Цитаты из книги Степь

Ночь в степи оглушительна. Она черная, и стрекот в ней стоит такой, что вонзается в твое тело тысячью игл. Спать в ней тяжело, она как будто вся набрасывается на тебя. Ночная степь – это войско лучников, направивших на тебя свои черные электрические стрелы.

Насекомые в степи стрекочут, но их не видно. Птицы в степи пролетят, заигравшись, и исчезают в небе, в далекой тишине. В степи нет ничего, за что можно зацепиться глазу, в степи есть только даль. Иногда ветер принесет обрывок пластикового стаканчика, поднимешь его, и он рассыпается у тебя на ладони, как древний пергамент.

Люди часто говорят с другими лишь затем, чтобы убедиться в собственной правоте и успокоить себя. 

Кажущееся молчание степи - это ее голос

Природа времени такова, что оно заканчивается, а люди остаются жить сами по себе, заброшенные в будущее.

Мир — это связная вещь, даже у заброшенности есть исток. Даже у меня был отец.

Природа времени такова, что оно заканчивается, а люди остаются жить сами по себе, заброшенные в будущее.

ВИЧ представлялся отцу как заурядная болячка, от которой он было обязан умереть. Но когда это произойдет, он не знал, и поэтому его время становилось временем повторяющихся предсмертных мгновений.

Светило едкое астраханское солнце: оно прижимало к земле все живое, а мертвое оно делало еще более мертвым

Днем гул степи застилает яркий непреодолимый свет. Ты смотришь на этот простор и ничего, кроме изумления, чувствовать не можешь. Изумления оттого, что степь бесконечна и она все лезет, лезет тебе в глаза. И нет в ней места, где от нее самой укрыться днем, ее необходимо терпеть, сознавать и принимать такой – великой, немного сиротливой и однообразной.

Я сидела и думала, что старость вся похожа на этот одинокий взгляд вдаль. Взгляд туда, куда ты никогда не достанешь. Одинокое разочарование и ревизия дел, а еще тоска по миру, который вскоре предстоит покинуть. Невыносимая тоска по будущему и беспомощная злость на мир, который будет таким же и без тебя.

Преображенный мир всегда несет в себе следы прошлого, как тело помнит езду на велосипеде и хранит шрамы. Не верь в новое, все вокруг очень старое.

Дорога любит, когда её вбирают в себя без мыслей о месте, откуда едут, и без мечт о месте прибытия.

Хорошо бывает редко. А если что-то хорошее происходит, оно тут же съедается темнотой и рутиной.

Мне часто хотелось выйти из себя, как я выходила из рабочих джинсов. Мне хотелось снять всю себя.

Море ушло, но раковины остались.

Был отец, была степь. А меня и слов не было.

Об этом неприятно думать. Но есть много неприятных вещей, о них приходится думать, чтобы понимать, почему мы есть и зачем мы такие.

Я лежала, вглядываясь в проколотое светом белых звёзд небо. Чтобы его вместить, глаз не хватало, и тела не хватало, чтобы его вдохнуть. Небо смотрела на меня чернотой.