Раздражение, разделявшее их, не имело никакой внешней причины, и все попытки объяснения не только не устраняли, но увеличивали его. Это было раздражение внутреннее, имевшее для нее основанием уменьшение его любви, для него — раскаяние в том, что
он поставил себя ради ее в тяжелое положение, которое она, вместо
того чтоб облегчить делает еще более
тяжелым. Ни тот, ни другой
не высказывали причины своего раздражения, но они считали друг
друга неправыми и при каждом предлоге старались доказать это друг другу.