Цитаты из книги Басни

Встретив Анну Каренину, он, по службе враг Алексея Александровича, как светский и умный человек, постарался быть с нею, женой своего врага, особенно любезным.

Как бы я желала знать других так, как я себя знаю.

Интерес общего блага должен быть у всякого человека, стоящего на известной степени образования.

Грамотный как работник гораздо хуже.

Тут надо быть убежденным прежде, что нужно иметь известные способности для этих дел и, главное, в том, что все эти дела важны очень.

Отчего же ты не можешь ничего сделать? Ты сделал попытку, и не удалось по-твоему, и ты покоряешься. Как не иметь самолюбия?

Всякая охота тем хороша, что имеешь дело с природой.

Есть дела, которые подлежат обсуждению только тех, кто прямо в них заинтересован.

Он знал, что это любовь не нравящаяся тем, кому нужно нравиться, и потому не одобрял поведения брата.

Полковые интересы занимали важное место в жизни Вронского и потому, что он любил полк, и еще более потому, что его любили в полку.

Когда бывало, чтобы кто-нибудь что-нибудь продал и ему бы не сказали сейчас же после продажи: «Это гораздо дороже стоит»? А покуда продают, никто не дает…

Сигара – это такое не то что удовольствие, а венец и признак удовольствия. Вот это жизнь!

– Вот вы никогда не умеете говорить такие хорошенькие вещи, – обратилась баронесса к Петрицкому. – Нет, отчего же? После обеда и я скажу не хуже. – Да после обеда нет заслуги!

Соображения родства не могут остановить его в высказывании своего искреннего мнения.

Эти вертящиеся столы доказывают, что так называемое образованное общество не выше мужиков. Они верят в глаз, и в порчу, и в привороты…

Он не сумел приготовить свое лицо к тому положению, в которое он становился перед женой после открытия его вины. Вместо того чтоб оскорбиться, отрекаться, оправдываться, просить прощения, оставаться даже равнодушным – все было бы лучше того, что он сделал! – его лицо совершенно невольно («рефлексы головного мозга», – подумал Степан Аркадьич, который любил физиологию), совершенно невольно вдруг улыбнулось привычною, доброю и потому глупою улыбкой.

Откуда взял я это? Разумом, что ли, дошел я до того, что надо любить ближнего и не душить его? Мне сказали это в детстве, и я радостно поверил, потому что мне сказали то, что было у меня в душе. А кто открыл это? Не разум. Разум открыл борьбу за существование и закон, требующий того, чтобы душить всех, мешающих удовлетворению моих желаний. Это вывод разума. А любить другого не мог открыть разум, потому что это неразумно.

Кого бог решает погубить, того он лишает разума.

Мне жить с ним теперь будет мученье, именно потому, что я люблю свою прошедшую любовь к нему...

Дайте тему. Все дело в теме. Если тема дана, то вышивать по ней уже легко. Я часто думаю, что знаменитые говоруны прошлого века были бы теперь в затруднении говорить умно. Все умное так надоело...