Цитаты из книги The Closed Circle

...Понимаешь, расизм повсюду, но он о себе не заявляет. Если хочешь увидеть настоящий расизм, съезди в глубинку или прорвись на ужин в клуб Ротари. Там полно белых британцев из среднего класса, которые изначально не любят черных, — не любят никого, кто от них отличается, — но они хорошо устроены, их жизнь идет по плану, поэтому им нет нужды громко кричать о своих пристрастиях: разве что прочтут «Дейли мейл»,[22] а потом выпустят пар за барной стойкой в гольф-клубе. Вот это расизм. А люди, о которых ты говоришь, люди, которые вступают в организации, ходят на демонстрации и дерутся на улицах, те, что высказываются открыто, — это совсем другая история. Эти люди в беде. Их страх и ощущение беспомощности столь сильны, что они не могут с ними сладить. Для того и разводят бурную деятельность — чтобы их страх заметили.

- Господи. - Они глазели на нее с неподдельным изумлением. - Так ты тэтчеровское дитя? (Тэтчеровскими детьми называют поколение, родившееся и выросшее в годы правления Маргарет Тэтчер (1979–1990); этому поколению приписывается сосредоточенность на личном благосостоянии в ущерб общественному.)

И я всегда была неряхой... - К счастью, - добавила Клэр, - человек, с которым я живу, очень терпимо относится к таким недостаткам. - Я думал, ты живешь одна. - Я о том и говорю...

Наверное, секрет в том, чтобы жить настоящим моментом. Или хотя бы постараться этому научиться. В конце концов, разве не удалось ему однажды убедить себя в том, что "бывают мгновения, за которые не грех отдать целую жизнь"? А нынешние мгновения разве не было таковым, если посмотреть на него под определенным углом зрения?

Дуг наблюдал за всем этим со злорадным удовольствием: происходящее наглядно, ярко иллюстрировало его точку зрения на Британию - 2002, которой он собирался поделиться с читателями, - оскорбительная невесомость культурной жизни, гротескный триумф над сутью и прочее... Расхожие истины, да. Но ведь "расхожей" истину делает ее абсолютность, смекнул Дуг.

-Жить надо помаленьку, Бенджамен, вот что я тебе скажу. И не откусывать больше, чем сможешь проглотить.

Монахи бросали крошки хлеба уткам, собравшимся в стаю ради кормежки, какой-то детский восторг сиял на их профессорских лицах, и на миг чудилось - старое забытое ощущение, - что настанет день, когда вся жизнь будет состоять из таких вот фрагментов блаженной простоты, и робкое охватило Бенджамена,...

Он был один, и ничто не мешало ему думать. Впрочем вот уже три с лишним месяца он мог размышлять сколько душе угодно. Но он устал от этой свободы, точнее, его измучила ответственность, неизбежная при таком положении вещей. Свободу, подумал он, - во всяком случае, абсолютную свободу - сильно переоценивают.

Как-то ранним вечером я зашла в местную gastronomiа и увидела там Стефано с дочкой Аннамарией: они спорили, выбирая оливки.

Абсолютно банальное происшествие, если подумать. Что тут такого особенного? ... Они разглядывали две банки жирных зеленых оливок, выставленные на полке в отделе самообслуживания, и он колебался, не зная, какую взять. Но это было не обычное замешательство покупателя. Вовсе нет. Ему было действительно, действительно важно принести жене именно те оливки, которые ей больше всего нравятся. И вдруг я поняла, что вот на таких мелких будничных проблемах и зиждется счастье их семейной жизни. В этих колебаниях по поводу оливок, с удручающей четкостью проступила непреходящая любовь, которую он испытывает к той женщине...