Герман Геринг перед судом
Эта книга представляет собой протокол допроса рейхсмаршала Германа Геринга на Нюрнбергском трибунале. Текст приводится без сокращений, то есть со всеми техническими сторонами, просьбами предоставить документы, спорами о неточности перевода, замечаниями председателя и так далее. Герман Геринг, на мой взгляд, это самый страшный человек из верхушки Рейха, даже Гитлер не кажется таким зловещим по сравнению с ним. Даже фотографии, где он спокоен, внушают ужас.
В фильмах и книгах о Нюрнбергском процессе о допросе Геринга судьями часто упоминают, что обвиняемый держался крайне стойко, а иногда даже казалось, что Геринг полностью владеет ситуацией. Кто-то из адвокатов даже обратился к нему по званию. Нельзя не заметить, что Геринг взвешенно отвечал на вопросы, вчитывался в текст предоставленных ему обвинением документов, иногда указывал на неточности перевода или формулировок. Всякий раз, когда кто-либо из обвинителей пытался переиначить ответ Геринга, чтобы фраза звучала более остро, подсудимый позволял себе реплику и уточнял, какое именно выражение он использовал в ответе.
В начале допроса Геринг казался не обвиняемым, а больше рассказчиком – Как познакомился с Гитлером, каким образом партия НСДАП пришла к власти, почему он решил вступить в партию, с кем советовался фюрер, когда принимал те или иные решения. Он делал акцент на своей значимости и вкладе, совершённом им в пользу своей страны.
По мнению Геринга, НСДАП совершенно легально пришла к власти, более того, он утверждает, что если бы выборы в Германии были бы такими же демократичными, как в Англии, то партия выиграла бы ещё в 1931ом. Интересен и его рассказ о том, как национал-социалисты удерживали власть, физически устраняли коммунистов, проводили чистки в полиции.
GÖRING: Ich konnte nun nicht gut erwarten, daß diejenigen, die gestern noch die Polizei mit besonderem Nachdruck gegen uns einzusetzen bereit waren, heute mit der gleichen Loyalität für den neuen Staat eintreten würden. Die Situation war aber durch unsere Machtergreifung eine andere/…/ war die Kommunistische Partei außerordentlich stark. JUSTICEJACKSON: Und Sie gründen Konzentrationslager Ihrer Meinung nach als Sicherheitsmaßnahme? GÖRING: Sie fragen, ob ich es notwendig gehalten hätte, sofort Konzentrationslager einzurichten, um die Opposition dort auszuschalten? Das ist richtig.
Гестапо и концлагеря – это тоже детища Геринга и этого он не отрицает. Преследование коммунистов и всех инакомыслящих и заключения из в концлагеря Геринг ловко увязывает со свободой немецкого рабочего и его правом на рабочее место и следовательно надёжное будущее.
Ich bin der Überzeugung, daß wir dem deutschen Arbeiter die wirkliche Freiheit gebracht haben, denn sie bestand in erster Linie darin, daß wir ihm sein Recht auf Arbeit wieder sicherten.
Когда речь зашла про концлагеря, Геринг отметил, что название он вычитал в 1933 году из английской книги. Основой организации госаппарата фюрер брал в пример опыт США. Первыми планами 4-летками, как Геринг их называет, было укрепить аграрный сектор экономики Германии, а также сделать так, чтобы страна была готова дать военный отпор. Саму войну против Советского союза Геринг называет предостережением, хотя с его точки зрения опасность со стороны СССР ещё не назрела настолько, чтобы нападение состоялось уже в 1941ом. Таким образом, он пытается придать событиям иной вид, дескать лучшая защита – это нападение. Что ещё оставалось делать? Переломным по словам Геринга был визит советского министра иностранных дел – Вячеслава Молотова.
Достаточно интересен рассказ Геринга о том, как он присваивал себе картины и другие произведения искусства, иногда он их покупал, менялся с музеями, не забыв при этом отметить, что после своей смерти он это всё завещал немецкому народу. Дальше вопрос адвоката Штамера плавно переходит в присваивание личных вещей граждан тех стран, на которые напала Германия. Здесь Геринг сочувственно рассказывает про украинский город Винницу и о том, как беден был там народ – взять было нечего.
Als ich mich mit meinem Sonderzug dort als Hauptquertier aufhielt, war es so, daß ich wiederholt die Bauerkaten, Dörfer und die stadt Winniza besuchte, weil mich das Leben dort interessierte.
Ich habe dort eine so unvorstellbare Armut festgestellt, daß ich mir mit besten Willen nicht erklären kann, was man dort hätte nehmen sollen.
Геринг также объясняет, почему ему стала близка политика Гитлера, и рассказывает о так называемом «принципе фюрера». Ссылаясь на слова президента США Рузвельта, он говорит о том, что к демократии нужно было быть готовым, а такая европейская страна как Германия для этого ещё не набрала достаточное количество сил. Также он утверждает, что каждый, кто вступал в партию знал о том, что значит «принцип фюрера» и чем занимался Гестапо.
Что касается концлагерей, Геринг утверждал, что в последствии он не интересовался тем, что там происходило. Здесь мне вспомнились мемуары фрау Юнге – секретаря Гитлера, которая рассказывала, как за чаепитием Гиммлер в красках описывал и хвалился тем, как обустроена система уничтожения людей, Геринг и другие там тоже были и слышали это.
Вопросы генерала Руденко касались только нападения на Советский Союз. Мне показалось, что Геринг здесь или выдохся или что-то другое, но такой уверенности в ответах больше нет, хотя он и пытается спасти своё положение.
Генерал Руденко ловит Геринга на лжи о плане захвата советских территорий до Урала, о которых тот якобы не знал, ссылаясь на конференцию от 16 июля 1941 ого года, на которой обвиняемый присутствовал. Геринг ответил на это, что протокол, составленный Борманном, преувеличивает насчёт территорий Поволжья. Следующим ударом Руденко был вопрос о зерне и других продуктах, вывезенных из советских территорий. На ответ Геринга, что он не знал и об этом, нашёлся документ со статистикой, подписанный рейхсмаршалом.
GENERAL RUDENKO: Können Sie mir sagen, wieviele Millionen Tonnen Korn und andere Produkte aus der Sowjetunion nach Deutschland während des Krieges ausgeführt wurden? GÖRING: Ich kann Ihnen die Summe nicht sagen/.../ GENERAL RUDENKO: Auf Grund Ihrer eigenen Dokumente wurden die Zahlen festgelegt.
Цитирование диалога коменданта Бухенвальда Карла Коха и Геринга и речь последнего от 6 августа 1942 года генералом Руденко вообще не оставляет обвиняемому шансов. Я не могу не привести этот диалог здесь:
Руденко: Я бы хотел напомнить Вам, Вы сказали: «Солдаты могут купить всё, что хотят и сколько хотят, и то, что могут утащить» [в ориг. schleppen] Геринг: что могут унести /…/[в ориг. wegnehmen] Руденко: На странице 142 Вы говорите Коху: «это не только украинцы, их смешные 500 000 людей. Скольких он привёз? Почти два миллиона!» [речь о людях, привезённых из СССР в Германию насильно]
Вы нашли это место?
Геринг начинает рассказывать о программе Заукеля и о том, что Коху из двух миллионов достались 500 000 рабочих.
На вопрос Руденко о линии Гиммлера 30 миллионов славян (о котором рассказывал фон Зелевски на суде) Геринг, теряя последнюю надежду, отвечает, что ничего об этом не знал.
Ещё понравился вопрос, который по-моему до генерала Руденко никто Герингу не задавал, а именно, о расовой теории и господствующей арийской расе. Конечно же, Геринг ответил, что он с ней не согласен. Однако это не помешало ему и Гитлеру понимать друг друга, ведь фюрер вёл страну к процветанию.
После допроса Руденко Геринга ещё о чём-то спрашивали. Ответы обвиняемого неоднократно прерывались председателем. Положение его становилось всё более жалким. Председатель пресекал попытки Геринга «держать речи» и призывал задавать обвиняемому только конкретные, а не общие вопросы.
Всем известна судьба этого человека и каким был приговор. Не хочу делать Герингу комплименты, но меня поразила его концентрация и стремление спасти свою шкуру любым способом. Иногда он требовал конкретики, настаивал, просил повторить, указывал на неправоту обвинителей, одним словом, использовал любую возможность оправдаться или просто потянуть время.
Я даже не знаю, кому эту книгу можно посоветовать, наверное тем, кто в подробностях хочет узнать «как это было». Ещё раз отмечу, что не хочу хвалить нациста, который сделал столько зла, но то, с каким рвением и наглостью он защищался, может преподать урок. Даже дьявол будет пытаться себя оправдать – стоит только Вам быть мягче и милосердней к нему.
47 понравилось
