Цитаты из книги Böses Blut

— Даймонд, Джекс, Даутвейт, – отчеканила Донна. – И сколько же у тебя еще фамилий?
— Больше нету. – Даутвейт попытался хохотнуть, но безуспешно.
— Почему ты сменил фамилию Даутвейт на Джекс? – требовательно спросила Донна. – За что тебя разыскивала полиция?
— Никто меня не разыскивал, – проскрипел Даутвейт. – Дело прошлое. Я хотел начать с чистого листа, вот и…
— И сколько же чистых листов требуется одному человеку? – взвилась Донна. 

— А вам не приходило в голову, – начала издалека Робин, – что при строительстве оранжереи кто-нибудь мог заметить…
— Да неужели? – взвился Такер. – Ни разу не видал, чтобы строитель хлопот на свою голову искал, вместо того чтобы бетона шлепнуть сверху – и дело с концом.

Она пытается манипулировать посредством слов, а иногда лести. Рассказывает мне, как я умен, а потом заговаривает о «лечении». До смешного прозрачная стратегия. Ее «квалификация» и «образование» в сравнении с моим самопознанием и самоосмыслением – это тление сырой спички рядом с солнечным протуберанцем.

Но, я пологаю, что просто таковы женщины, -вздахнула Уна. - Мы таким образом приспосабливаемся к нуждам общества, но, может, и мать-природа приложила к этому свою руку. Много ли детей дожило бы до года, если бы мамы не умели их прощать?

– Медиумы, ясновидящие, все эти продажные твари… пьют людскую кровь.

– Неужели ты считаешь, что ни один из них не верит в то, что делает? Не верит, что получает вести из потустороннего мира?

– Я считаю, что в мире полно психов и чем меньше мы будем вознаграждать их за психоз, тем лучше для всех нас.

В эти дни Робин осознала, насколько ей повезло, что у нее есть двое любящих родителей. Ее работа показала, сколь многим людям не улыбается такая удача, у скольких семьи безвозвратно разрушены, сколь многие живут с душевными рубцами, полученными в раннем детстве, с искаженным восприятием и ложными ассоциациями, порожденными отсутствием любви, насилием, жестокостью.

Мне наплевать на тех, кому всегда было наплевать на меня.