Цитаты из книги Крестный отец

— У тебя может быть много причин не выходить за меня замуж, — сказал он. — Не очень приятно выйти замуж за парня, который все время сморкается.

Майкл улыбнулся, повернув к ней обезображенную часть лица, и Кей заговорила, как бы раскаиваясь. — О, Майк, я не вижу даже этой глупости, клянусь тебе.

Все в ней было овальным — глаза, лоб, лицо. У нее была молочно-белая кожа, большие темно-синие глаза с длинными ресницами, которые бросали тень на прелестное лицо. У нее был сочный, но не вульгарный рот и губы, вымазанные темно-синим виноградным соком. Она была так хороша, что Фабрицио в шутку промямлил: «Иисус Христос, возьми мою душу, я умираю», но в его голосе чувствовалось подозрительное волнение.

Когда один из бедняков пытался воспользоваться законом, дающим ему право купить необрабатываемую землю, габелотто заставлял его под угрозой смерти отказаться от подобной мысли. Все было очень просто.

Никого из родных и близких не осталось здесь. Женщины умерли от старости. Мужчины либо погибли, либо эмигрировали — кто в Америку, кто в Бразилию. А кто и просто в другие районы Италии. Число убийств в этом городке было самым большим в мире.

В Сицилии он увидел, что стало бы с ними, откажись они от борьбы. Он понял слова дона «у человека одна судьба». Ему стало понятно их презрительное отношение к властям и ненависть к людям, нарушившим закон молчания — омерту.

Мы тут не юристы собрались, чтобы выдавать друг другу заверенные и подписанные ручательства. Мы ― люди чести.

Как подобает противникам, потерявшим в ходе войны сыновей, дон Корлеоне и Филипп Татталья обменялись при встрече лишь чопорными кивками.

Вторым явился Карло Трамонти, чьи владения простирались по южным штатам. Средних лет, представительный, не по-сицилийски высокий, с темным загаром на красивом лице, безупречно причесанный и элегантный, он мало чем напоминал итальянца. Такими на страницах журналов изображают американских миллионеров, удящих на досуге рыбу с борта собственной яхты.

К этим последним принадлежал Том Хейген, единственный здесь не сицилиец. Что, подобно физическому уродству, привлекало к нему любопытные взгляды.

И ничто, никакая кара не послужила бы для Боккикьо преградой на пути к отмщению ― вероятно, по причине их ограниченности. Надо умереть ― они умирали, и не было способа уйти от расплаты за предательство.

Род, некогда добывавший себе пропитание безумной жестокостью, ныне добывал его способом, достойным, образно говоря, святых страстотерпцев. Боккикьо владели одним неоценимым достоянием ― прочнейшей спаянностью кровных уз, образующих каркас их рода, племенной сплоченностью, редкостной даже для среды, в которой верность сородичам почитают превыше супружеской верности.

Карло усмехнулся: ― У Корлеоне даже бабы ― убийцы.

Убийство капитана полиции, с точки зрения полицейского служаки, равносильно цареубийству.

Он выдал ей заведомую фальшивку, притом намеренно шитую белыми нитками, чтобы она это поняла, ― хоть на том спасибо.

Мистер Адамс мягко сказал: ― Если он ни в чем не виновен и все же исчез, тогда это, может быть, означает нечто иное? Сначала до Кей не дошло. Потом она вскочила из-за стола и убежала к себе в комнату...