Цитаты из книги И тогда я солгал

В ту пору у меня хватало глупости считать, будто человек умнее, чем война. Можно сидеть тихо и не высовываться, можно из кожи вон лезть, чтобы получить повышение, но войне все равно. У нее найдутся места и для тех, и для других.

Вы знаете, что перекормленная крыса становится разборчивой? Выедает у мертвеца глаза и внутренности, а остальное не трогает. Она может прогрызть в щеке у мертвеца дыру и вылезти наружу.

Иногда наедине с другим человеком чувствуешь себя более одиноким, чем когда совсем один.

Гладить собаку - самое успокаивающее занятие, которое мне известно.

Рассвет — самое скверное время. Все нервные, стреляют по всему, что движется.

Война терпелива. У неё достаточно времени для всех.

Я всегда думала, что могу увидеть дождь раньше, чем он прольётся.

Существует одиночество, которое, словно мороз, обжигает руку, когда с ним соприкасаешься.

"Иногда наедине с другим человеком чувствуешь себя более одиноко, чем когда совсем один. "

Чтобы лучше воспринимать книгу, нужно оказаться наедине с ней, внутри нее.

Ты никогда не оставался один, из тебя выбили все, что ты знал прежде, и тем самым превратили в нечто новое

Всем вам порой снятся кошмары. А очнувшись, вы готовы зарыдать от радости, что это был только сон. Вот ваша кровать, рядом стул, на нем одежда. Скоро в окно проглянет рассвет. Это был только сон, не более. Но в аду этот кошмар приходит снова и снова. Вы не можете от него пробудиться. Иногда думаете, что пробуждение близко, но оно не наступает никогда, никогда.

Книжку можно прочесть и закрыть, и вернуться в свою собственную жизнь.

Разве пушки не помеха стихам?

Ко всему привыкаешь, и в этом беда.

Если убиваешь альбатроса, то никогда не вернёшься в родимый край. Будешь счастливей, если перестанешь на это надеяться.

"... война-это самая тяжёлая работа, какая только бывает. "

От нас хуже всего воняет, когда мы снимаем обмотки. Неудивительно, что крысы подбираются так близко, что могут облизать наши напомаженные волосы. Они рассматривают нас по-свойски. Ничего, говорят они. Мы за вами еще вернёмся.

"Между жизнью и смертью нет ничего, даже когда приближаешься вплотную. "

"Мы говорили только о ранениях, а не о страхе смерти, который пронизывал нашу живую плоть. Но к ней смерть приходила медленно. Мне думается, что если смерть год за годом понемногу бросает в человека свои семена, то становится более привычной.."