Цитаты из книги La Modification

С образом Рима -- его улиц, садов и руин -- для тебя связана мечта, власть которой растёт не по дням, а по часам, мечта обо всем том, от чего ты отказался в Париже, что Рим для тебя-- место, где ты вновь обретаешь своё "я".

Но в душе ты уже твердо решил немедля положить конец этому затянувшемуся фарсу, этой устояшейся фальши. Самое время это сделать!

- У меня нет никакой надежды спастись в одиночку. Я растрачу всю свою кровь, все песчинки своих дней в тщетных усилиях найти опору в себе самом.

Как боялся каждый из вас, что другой совершит промах, что из-за какого-нибудь неосторожного слова разойдутся края раны, которая ещё только начала зарубцовываться!

- "Мне всё известно; я знаю тебя, ты хотел попасть в Рим, отступать уже поздно, я сам отвезу тебя туда".

- "Чего ты ждёшь? Ты слышишь меня? Кто ты такой? Я явился сюда, чтобы переправить тебя на другой берег. Я прекрасно вижу, что ты мёртв, не бойся же опракинуть лодку, она не осядет под твоей тяжестью".

Ты сидел один в купе, держа в руках прочитанную книгу -- послания Юлиана Отступника, впереди уже виднелся город с куполами святого Петра, и предстоящая встреча с ним наполняла тебя радостью.

В этой книге несомненно говорится (...) о человеке, который папал в беду и хочет спастись, пускается в путь и вдруг обнаруживает, что выбранная им дорога ведёт совсем не туда, куда он думал, словно он заблудился в пустыне в джунглях или в лесах, они сомкнулись позади него, и он не может найти тропинку, по которой шёл.

- "А разве у тебя нет золотой ветви, которая указала бы мне путь и отварила передо мною решетки?" - "Не для тебя, не для тех, кто сам не ведает своих желаний. Придётся тебе отыскивать путь по неверному мерцанью, оно появится впереди, едва лишь угаснет мой жалкий костёр". -(Сивилла).

- "О, не смейся надо мною, сивилла! Я ничего не хочу, я хочу только выйти отсюда, возвратиться домой, к началу пути, по которому я бреду. И если ты говоришь на моём языке, сжалься надо мной, над моим унижением, над моим бессилием, ибо я не способен воздать тебе почести, обратиться к тебе с подобающими словами, дабы они заставили тебя возвестить мне ответ".

Но на сей раз ты едешь ради неё одной, на сей раз ты принял, наконец, бесповоротное решение, и однако, оно завяло, омертвело за время пути, ты больше не узнаёшь его, оно продолжает разрушаться у тебя на глазах,, а ты не в силах приостановить отвратительный распад.

- Можно подумать, что ты не любишь Рим. - Я его люблю, особенно когда ты приезжаешь туда ко мне. -(Сесиль). - Я был бы рад не уезжать оттуда. - А я хотела бы жить с тобой в Париже. -(Сесиль).

- Если она приедет в Париж, я её потеряю; если она приедет в Париж, между нами всё будет кончено. (...) Не надо об этом думать. Пусть события идут своим чередом.

- Взгляды у неё куда шире чем у тебя, и не обольщайся: ты вовсе не так уже ей необходим. -(Сесиль).

- В Риме ты говоришь мне тоном, не допускающим возражений, и глаза твои горят так, точно нас ожидает небывалое наслаждение, а твой голос дрожит от восторга. -(Сесиль).

- Она добилась лишь того, что в тебе появилось что-то старческое, а ты с этим не желаешь мириться, и ты прав. -(Сесиль).

Несчастная, жалкая женщина, которая хочет, чтобы я вместе с ней погряз в пучине скуки.

(...) Ты сказал, что странно, как это вы оба, собирающие подобно Изиде и Гору по кусочкам тело своего Озириса, до сих пор не пустились на розыски того, что осталось здесь от сделанного Микеланджело, чтобы собрать воедино разрозненные следи его трудов в этом городе.

(...) Тебя устраивало твоё двойное существование, в Париже ты предавался воспоминаниями о своей жизни в Риме, но тебе ещё ни разу всерьёз не приходило в голову изменить свою парижскую жизнь.

- Неужели тебе не надоела вся эта ложь, -- а впрочем, я не знаю, кого ты обманываешь: жену или меня. (...) Все мои упреки -- просто чтобы позлить тебя, должна же я отомстить тебя за малодушие, хоть я и давно тебя простила. -(Сесиль).