Цитаты из книги Paradise

Но все-таки Лавинии лишилась.
О, матушка! Могу ль я не рыдать,
Когда я в страшной тайне убедилась,
Когда известно мне, что смерть одна
Другую смерть наверно предвещает!

Которую мы видели в Иуде.
Флоренцию он нагло разорит,
Разграбит по бессмысленной причуде,

Себе приобретая только стыд
Или позор, но только не владенья,
Да совести, быть может, угрызенье

Италии, не только вдруг ослабил
Власть Конрадина, даже отравил
Фому и в Небеса его отправил, —

Я в будущем ту истину открыл,
Что явится из Франции Карл новый,
Чтоб каждый перед ним страх ощутил.

Причину — почему затрепетала
До основанья эта вся гора,
Перед твоим приходом, и дрожала

Но наших прав лишен в своем пути.
Вот почему я вызван был из Ада,
Чтоб смертного вслед за собой вести,

И мне свой долг теперь исполнить надо
По мере сил и всех своих заслуг...

Он — сам Вергилий, знай ты, тот поэт,
В тебе буднивший прежде вдохновенье,
Чтоб петь богов, людей и целый свет.

Как человек беспечный иногда
В своей ленивой праздности теряет
Часы необходимого труда

И потому велик он пред народом
И славою бессмертной окружен
В преданиях и в Божьих книгах он.

Не знавши перед смертью покаянья,
Греша до гробовой своей доски?
Я думал, что несешь ты наказанье

В том месте вечной скорби и тоски,
Где человек тем дольше пребывает,
Чем меньше к покаянью прибегает».

Идет, не потому ль теперь решился
Свои шаги замедлить, что на нас
Усталый взор его остановился,

И отвести своих глубоких глаз
Не может он? Тень добрая, скажи же:
К кому в толпе мелькающих духов

Приблизиться теперь я должен ближе?
Достойных имя я узнать готов.

Тот город для тебя, хотя потом
За то заслужишь общие упреки.
Вперед я говорю тебе о том.

В иные дни или иные сроки
Когда-нибудь припомни мой ответ
И вспомни, прав ли был я или нет

Которая любовью рождена...
Вот почему стихи твои прекрасны,
И сила их нам в мире не дана,

Слова поэта холодны и неясны,
Когда в них вдохновенья вовсе нет.

На родине моей уже явилось
Зловещих много признаков: они
Нам говорят про близкие те дни,

Когда грозит народу униженье…»
«Того я вижу, — призрак возразил, —
Кого назвать мы можем без сомненья

Виновником тех бедствий. Он без сил,
К хвосту коня привязан, быстро мчится
Все ближе к Царству смерти и могил.

Внимания; так, шествуя вперед,
На узкую тропинку мы вступили,
Где в новый круг открылся нам проход

Спешит лететь, но слабость такова,
что снова он на место упадает
И теплого гнезда не покидает,

Всех мыслей, что успели накопиться
В моем мозгу. Хотя мы быстро шли,
Чтоб в новый круг скорее углубиться,

Как можно там так похудеть ужасно,
Где в пище не нуждается никто?
Я этого не понимаю ясно».

Других людей таких же зарождает.
Не одному тебе уже пришлось
решать такой таинственный вопрос:

Поставил он в большое затруднение
Сильнейшего, чем сам ты, мудреца.
Он развивал то ложное ученье,

Лишь слепотой духовною греша,
рассудок твой кругом не замечает,
Как с чувствующей силою душа

Вдруг развиваться, действовать начнут,
Как и в те дни, когда они имели
Под сердцем человеческим приют

Среди живых, в живом еще их теле.
Как летний дождь способен отражать
Цветы и краски, так же принимать