Цитаты из книги Paradise

О марна славо з голосу людського! Якщо нема глибоких корінців, То незабаром всохне крона вбога.

Хіба не бачиш ти, що ми черва, Що з нас метелик ангельський виходить І мчить туди, де істина жива?

Змиває часом краска гріх собою

Бо вельми щедрі руки в Доброти Для тих, хто шлях свій каяттям позначив

Бояться должно лишь того, в чём вред Для ближнего таится сокровенный; Иного, что страшило бы, и нет. (Данте - Лозинский).

Куда бы мой ни устремлялся взгляд - Страдания, страдальцев длинный ряд

Nel mezzo del cammin di nostra vita mi ritrovai per una selva oscura ché la diritta via era smarrita.

"Ужель настолько, чтоб смотреть назад, - Сказал мой вождь, - они твой дух волнуют? Не все ль равно, что люди говорят?

Иди за мной, и пусть себе толкуют! Как башня стой, которая вовек Не дрогнет, сколько ветры ни бушуют!

Двенадцать сот и шестьдесят шесть лет Вчера, на пять часов поздней, успело Протечь с тех пор, как здесь дороги нет.

Господня воля и содружный рок? Посторонись; мне небо указало Пройти с другим сквозь этот дикий лог».

Тогда гордыня в бесе так упала, Что свой багор он уронил к ногам И молвил к тем: «С ним драться не пристало».

Там «нет» на «да» меняют за казну.

Все до того рассудком стали слабы, Что люди верят всякому вранью, И на любой посул толпа пришла бы. \\Рай, Песнь XXIX

Отсюда видно, что любовь - начало Как всякого похвального плода, Так и всего, за что карать пристало.

//Чистилище, Песнь XVII

Когда одну из наших сил душевных Боль или радость поглотит сполна, То, отрешась от прочих чувств вседневных,

Душа лишь этой силе отдана; И тем опровержимо заблужденье, Что в нас душа пылает не одна.

Поистине безумные слова - Что постижима разумом стихия Единого в трех лицах естества!

О род людской, с тебя довольно quia; Будь все открыто для очей твоих, То не должна бы и рождать Мария.

В неправде, вредоносной для других, Цель всякой злобы, небу неугодной: Обман и сила - вот орудья зла.

«Надежда есть, — сказал я, — ожиданье Благ будущих, которыя дарит Нам благодать заслугам в воздаянье»

Но, ах! исчез Вергилий навсегда там, — Вергилий, он, отец сладчайший мой, Вергилий, кем я был спасен, как братом!

Все радости, что первою женой Утрачены, мой лик не защитили, Чтоб он не омрачился вдруг слезой.

«О Данте, слез о том, что прочь Вергилий Ушел, не лей — увидим скоро мы, Как от других заплачешь ты насилий!»

Поймете ль вы, что человек — червяк, Родившийся стать бабочкой небесной, Когда на суд он прилетит сквозь мрак?

Вид разных ран в несметном том соборе Так опьянил мне очи, что хотел Я постоять, чтоб выплакать все горе.

Но тут Вергилий: «Что ты обомлел? Зачем твой взор так в яму приманили Толпы теней с увечьем страшным тел?

При рвах других не так ты медлил! Или Ты хочешь всех их счесть? Но не забудь Что двадцать две вкруг сей долины мили.

Луна под нами уж свершает путь, И нам дано еще немного суток А надо нам на многое взглянуть.»