"Деликатный критик" — это оксюморон?
Если вы любите читать книги, то мой совет от чистого сердца — не читайте "Удивительные приключения рыбы-лоцмана". Не потому что она плоха, а напротив — хороша. А что делает с вами хороший критик? Правильно, заставляет хотеть прочитать ту книжку, о которой он только что написал. В "Лоцмане..." 169 (плюс-минус парочка, потому что я гуманитарий и считаю невнимательно и без желания) рецензий на книги и почему-то 2 интервью (с Мариам Петросян и со Стивеном Фраем, при всём моём нежном отношении к обоим я так и не поняла, зачем сюда эти интервью засунуты, ну да ладно, хозяин-барин). После ознакомления с ними хочется взять эту пару полочек книг и немедленно прочесть, пусть и не все, но большинство. Юзефович умеет заражать интересом к литературе. Так что, если у вас хорошо развита эмпатия и любознательность, то в сборник рецензий лучше не соваться. Либо дозировать их по паре штучек в день, чтобы не перегореть.
Галина Юзефович в моём представлении говорит тихим голосом, потому что и в своих рецензиях она тоже тиха и ненавязчива. Иногда даже возникает впечатление, что у неё нет своего голоса (в отличие от мыслей), потому что большинство текстов строятся по одной и той же схеме: вводная часть, в которой может говориться об авторе, жанре, какой-нибудь истории или окололежащей теме, потом затравка и пересказ сюжета (без спойлеров, но зачастую достаточно основательный), затем анализ и в самом конце — почему стоит читать или вскользь о минусах. О минусах, которые Юзефович не может не замечать своим острым глазом, она говорит как-то робко, словно не хочет ругать книги, поэтому у каждой-каждой книги из этих 169 (?) её вердикт: "Читать". Только советы, никаких антирекомендаций. Впрочем, это не потому что кто-то сверху требует книги непременно хвалить, в предисловии Юзефович вполне внятно объясняет эту свою сознательную позицию. Наверное, именно поэтому она "рыба-лоцман" из заглавия — старается придерживаться нейтральных позиций (хотя недавний скандал с Захаром Прилепиным показывает, что в литературной среде сохранить нейтралитет невозможно, даже если очень хочется) и освещает, освещает, освещает, оставляя на усмотрение читателей выбор курса, плыть или не плыть в эту сторону. За эту сдержанность Юзефович просто любить, возможно, это одна из причин её популярности — даже какашками она обмазывает как-то деликатно, без перещёлкивания на личность и эмоции, обязательно указывая и плюсы. Впрочем, как я уже сказала, это случается крайне редко.
Автор этих рецензий находится в интересном положении среди мира критики. Она явно не академический критик, никакой напыщенности или снобизма, никакого стремления написать для себя и посложнее, всё направлено во вне, к потенциальному читателю. При этом Юзефович видит гораздо глубже, чем большинство рядовых читателей и даже некоторых специалистов, но свои литературные находки она преподносит просто и ненавязчиво, не кичится глубиной анализа и не выделяет его, как единственно возможный вариант. Вероятно, это ещё одна причина широкой общественной любви.
Что мне особенно понравилось, так это явная работа над редактурой и составлением сборника. Очень часто приходится видеть собрания малых вещей (эссе, очерков, статей), которые просто побросали в одну корзину, авось читатель сам разберется. Здесь сразу заметно, что тексты подбирались один к одному, выстраивались в логическую цепочку в специальном порядке, группировались тематически. Если прочитал рецензию на одну тему, то следующая может на неё косвенно ссылаться, порядок ни в коем случае не изменён, так что никаких непоняток. Хотя деление на части всё-таки немного странноватое к концу сборника, нон-фикшн получился уж очень дробным, практически "по тегам". В то время как художественная литература, по большей части, сгруппирована по ощущениям, а не по фактическим темам.
Жалко, что если ты работаешь критиком, то вынужден всегда быть на передовой литературного процесса и читать преимущественно новинки. Это говорит не только сама Юзефович, но и подбор текстов для "Лоцмана..." Почти всё — издано относительно недавно, лишь несколько любимых текстов и классики. Конечно, классика не нуждается в "рецензии-затравке", но если не появляются тексты Юзефович про классику, то велика вероятность, что у неё банально нет времени её перечитывать.
Лично мне Юзефович всегда нравилась, хотя я и ратую за то, что в рассказе о книжках не нужно себя искусственно ограничивать формой, нейтралитетом и безэмоциональностью. При всей разности подходов я с удовольствием часто ловлю себя на мысли, что наши мнения или выводы по чему-то некогда прочитанному совпадают. Чувство причастности — великая штука, хотя взгляд на то, с какого именно роман начал скатываться Пелевин, не то чтобы может блистать оригинальностью. Ещё один момент причастности уже ближе к концу сборника меня ошарашил: среди бестселлеров и топовых русских авторов вдруг выплыла фамилия моего преподавателя из провинциального университета, который написал-то всего полторы книги и издал их крошечным тиражом. Удивительно тесен мир.
Я рекомендую использовать этот "труд" (не побоюсь этого слова, потому что во вдумчивое чтение и оформление мыслей вложено немало сил) в качестве ориентира. В каждой рецензии достаточно информации, чтобы понять, о чём книга, в каком она стиле и кому может понравиться. Это не стопроцентные точные универсальные советы для всех и вся, потому что "нравиться" — штука хрупкая. Но они всё равно весь действенные. Так что ещё раз повторю для закрепления: не читайте вы всё подряд, как я, дурачок. Захочется объять необъятное. Но у Галины Юзефович было несколько лет на прочтение и осмысление этого массива, а вам может захотеться немедля.
126 понравилось
