Цитаты из книги Inheritance

Но если боги и существуют, то я о них не слишком высокого мнения, ибо они позволили Гальбаториксу так долго оставаться на троне.

Совестливый человек - вот самый опасный человеческий тип в мире!

Насуада

Мало что из стоящих знаний дается легко

Колесо судьбы вращается, и мы лишь мельком успеваем заметить, как проходит вечность.

У каждой загадки есть разгадка,а у каждого человека-какая-нибудь слабость.

Слишком осторожным быть невозможно.

Имя- это всего лишь ярлык, символезирующий опрелеленные знания о предмете, но для того чтобы воспользоваться самими знаниями, ярлык тебе , в общем, ни к чему. он сути не меняет.

Колесо судьбы вращается, и мы лишь мельком успеваем заметить , как проходит вечность.

Занятия древним языком научили его ценить важность имен-имена были силой, они давали понимание.

у Эрагона было ощущение, что раньше,когда он смотрел на звёздное небо, глаза его застилала некая пелена,не дававшая ему насладиться всей красотой и великолепием этого зрелища.

Магия - это самая большая несправедливость нашего мира.

Оставь мёртвых земле. Они существуют не для нас.

...Эрагон метался, словно пламя свечи на ветру, он был не в силах противостоять потоку зла и молил, чтобы кто-нибудь помог ему, но рядом не было никого... Ах, если б только он мог вспомнить, кто он, кем должен быть - деревенским мальчишкой или настоящим мужчиной, негодяем или героем, шейдом или Всадником?.. Все смешалось в бессмысленном и безумном водовороте. Он погиб, безвозвратно погиб, утонул в мутном потоке чужого сознания и воспоминаний...

Весь мир можно вывести из одной-единственной песчинки, если достаточно внимательно смотреть на нее.

Ни одна из его способностей – как умственных, так и физических – не слишком ценна по отдельности. Эти способности важны лишь все вместе, но все же способности умственные стоят на первом месте. Можно одержать победу, сражаясь и с умелым заклинателем, и с умелым фехтовальщиком, благодаря одной лишь силе собственного ума.

Настоящий воин идет в бой не потому, что хочет, а потому что должен. А тот, кто жаждет войны, кто наслаждается смертью своих противников, это не воин, а чудовище какое-то! И не имеет значения, какую славу он успел стяжать на поле брани. Никакая слава не искупит подобной злобности, того, что этот человек похож скорее на бешеного волка, готового с одинаковой легкостью порвать и врагов и друзей.

"Кто же все-таки решает, что один человек должен жить, а другой - умереть? Моя жизнь стоила ничуть не больше жизни этого мальчика, однако именно его закопали в землю, а мне предстоит еще по крайней мере несколько часов с наслаждением эту землю топтать. А все она, удача, случайная и жестокая! Или, может, у судьбы все-таки есть какой-то свой план, какая-то цель, пусть даже они и недоступны нашему пониманию?"