Цитаты из книги Consolation

Бросил взгляд на спидометр - 90. Не выскочить.

Я тут тебе сказала, что они сдохнут, как собаки? Я ошибалась: собакам повезло больше, их можно усыпить.

Хотите знать, где я живу? В моих воспоминаниях...

Мне казалось, что, на самом деле, лаская меня, она пыталась прощупать и залечить собственные раны.

Живот женщины, это самое таинственное, что есть в мире, самое волнующее, самое красивое, даже самое сексуальное, как бы написали в ваших дебильных журналах, — долдонил он под снисходительным взглядом Лоранс, — так что, нет, только не живот… Спрячь его. И береги… Я, Матильда, тебе не мораль читаю и не о приличиях говорю… Я о любви. Куча пацанов будут мысленно измерять твою задницу и угадывать форму груди, и это честная игра, но живот — прибереги его для того, кого полюбишь, ты… Ты меня поняла?

- А ты любил её НАСТОЯЩЕЙ ЛЮБОВЬЮ? - спросила она наконец. Медлил с ответом, подыскивая другое слово, более верное, более точное, не столь опасное, не столь обязывающее, и получил ту самую пощёчину, котоой двадцать лет ждал, чтобы прийти в себя, - услышал, как она с пониманием проворчала: - Ну, конечно, какая же я дура.... Как же ещё можно любить?

Ладно... На этот раз я с ней попрощаюсь. Goodbye, So long, Farewell, словарного запаса хватит... Или просто "адье", одно из тех замечательно красивых слов, которые путешествуют без паспорта. Да... a Dieu, с Богом - это неплохо для женщины.

- Видишь ли, Шарль, у тебя есть только один недостаток, но, черт возьми, весьма прискорбный... Ты слишком умен... А в жизни, поверь мне, есть вещи, для которых не существует правил... Когда я вошла в ресторан и увидела, чем ты занят, все эти твои расчеты... Целуя тебя, я тебя жалела. Нельзя в твоем возрасте столько времени тратить на то, чтобы раскладывать свою жизнь по полочкам.

— Видишь ли, Шарль, у тебя есть только один недостаток, но, черт возьми, весьма прискорбный… Ты слишком умен… А в жизни, поверь мне, есть вещи, для которых не существует правил… Нельзя в твоем возрасте столько времени тратить на то, чтобы раскладывать жизнь по полочкам.

Дети — это же наша жизнь, черт подери!

Я внимательно на нее посмотрел. — Что ты улыбаешься, как кретин? — Потому что, — ответил я, пропуская ее в дверь, — будь ты моей собакой, я бы кормил тебя остатками пищи со стола и ты бы наконец стала моим верным френдом. — Ха, ха! Очень умно. Пока мы пережидали поток машин, стоя на краю тротуара, она задрала ногу, сделав вид, что писает мне на штаны.

Если на свете не останется художников, не будет и нас

- Дети - это же наша жизнь, черт подери! Они, между прочим, тоже появились на свет только потому, что мы трахались, разве нет?

- Почему ты не бросишь его? - Не знаю. Наверно, потому что я ему не нужна...

- А когда я играю, то это для него и ... - И? - И когда мне говорят, что я играю хорошо, то это потому, что мне кажется, будто я плачу...

И впрямь, в усталости есть некий шик, как будто знак удачной карьеры. И даже что-то лестное. Орден за заслуги, приколотый к неприкаянному сердцу.

Хватит: никогда больше не сядет в самолет, не расставив все точки над и. Никогда в жизни.

Больше не курить - всего лишь способ запутать самого себя в причинах своей тоски. Больше не курить, это как клин клином вышибают.