Цитаты из книги Different class

Ты пойми, подобные различия имеют значения только в том случае, если ты сам позволяет им это значение иметь. Все мы ищем любви и утешения и обретаем их там, где это возможно; так кому дано право определять, какая разновидность любви лучше или достойней?

Я не верю, что на самом деле Богу есть дело до того, чем ты питаешься, как ты одет и кого ты любишь. По-моему, если уж Господь создал звёзды, то впереди у Него ещё немало великих планов и дел.

Тот, кто не желает помнить прошлое, обречён непременно его повторить.

Но в душе люди редко меняются; просто многие с возрастом весьма преуспевают в умении менять обличья.

И там было слишком много других детей, а я других детей не очень-то любил. Я их даже немного боялся. Так что в первые три дня я там вообще ни с кем не разговаривал, только лаял, как собака. Мне казалось, что так лучше, потому что собак люди любят. Но в итоге я только заработал кличку "придурок", да так с ней и остался.

Но осень мне всегда нравилась; нравилась происходящая в это время некая драматическая смена караула старого и нового времени года; нравился шелест опавшей листвы; нравился запах дыма; нравились костры, разожжённые в честь древних языческих божеств.

История - это всего лишь повествование о неких событиях одной из сторон - той, которой удалось лучше сохранить свои записи.

Извращенец. Вот оно, опасное слово. Из всех обвинений, которые могут быть выдвинуты против преподавателя школы, это единственное, которое не требует ни улик, ни доказательств. Говорят :слово - не обух, в лоб не убьёт, но таким словом можно не просто уничтожить человека, но и стереть в пыль всю его жизнь, все его добрые дела и поступки, словно он никогда и не жил на свете.

Никогда не болтай лишнего, никогда не плачь и никогда себя не выдавай – и тогда все у тебя в школе будет нормально.

Странно, до чего порой некое давнее событие становится для тебя важнее всей твоей сегодняшней жизни

Ибо то, что происходит в стенах нашей школы, там и должно оставаться.

Нельзя спастись ни от прошлого, ни от себя самих, ни – тем более – от «Сент-Освальдз».

Литература развивает способность мыслить, расширяет душу.

Возврата к прошлому нет. И слов тех уже не восстановить. И то письмо никогда уже не станет вновь целым, как не может вновь стать целой человеческая жизнь, если ее разбили вдребезги.

Вы уверены, что не хотите кофе? Кофе у них там очень приличный. Директор лично его покупает и смешивает сорта. Я покачал головой. – Вряд ли этот кофе мне понравится. Смесь бесчестности с трусостью всегда вызывает у меня тошноту.

Есть вещи, которых нам знать не нужно, даже если мы их чувствуем. Даже у самого хорошего во всех отношениях человека в душе может таиться некая тьма.

Прошлое мне представляется таким уютным. Оно для меня - как любимое разлапистое кресло, заботливо сохраняющее очертания моей фигуры.

Странно, до чего порой некое давнее событие становится для тебя важнее всей твоей сегодняшней жизни, и каждую его деталь ты воспринимаешь более остро, чем то, что случилось с тобой утром. У прошлого есть дурная привычка незаметно подкрасться к человеку со стороны, как это делают дети, играя в "Угадай, кто?", и, прежде чем игрок успеет крикнуть: "Я понял! Это...", столь же незаметно исчезнуть, оставив его мучиться догадками.

Понимаете, жизнь - это дар Вселенной. И мы, мы все, вольны делать то, чего хочется нам самим. И все мы можем быть именно такими, какими захотим сами. Все мы можем меняться, если этого захотим. Для этого требуется всего лишь немного мужества - и все получится. И можно будет чувствовать себя совершенно свободным.