Герой нашего города
«По обстоятельствам боевой жизни на войне можно оказаться в плену, но не стать пленником. Для настоящего патриота плен — это только эпизод в его борьбе за свободу своей Родины. Михаил Девятаев доказал это своим героическим подвигом». — А. И. Покрышкин.
Вышедший в прошлом году фильм «Девятаев», имеющий мало общего с реальной историей лидера легендарного побега, поспособствовал, однако, возрождению интереса к его личности и подвигу. И, поскольку биография Михаила Петровича ещё не представлена в серии ЖЗЛ, для более близкого знакомства с ней я остановился на его художественно-документальной повести «Побег из ада». Данное издание, опубликованное «Татарским книжным издательством» в 2017 году, является переизданием финальной редакции книги, вышедшей в конце 1990-х и дополненной рядом новых материалов, включая сведения о судьбах участников побега и членов семьи Девятаева, фотографии из семейного архива и наиболее интересные письма, которые писали ему рядовые граждане, известные военные и культурные деятели, а также немецкие солдаты и французские военнопленные, ставшие очевидцами подвига советского лётчика.
По национальности Михаил Петрович Девятаев (1917—2002) был мордвином. Родился в селе Торбеево в Мордовии, но с юности связал свою жизнь с Казанью, где учился в речном техникуме, занимался в аэроклубе, создал семью, до и после войны работал на речном флоте капитаном теплохода. Наш город чтит его память: в Парке Победы в Казани на пантеоне Героев Советского Союза – уроженцев Татарстана, расположенном вокруг вечного огня, есть памятная мраморная табличка с именем Девятаева. В его честь названы судно на подводных крыльях «Восход–72» и пассажирский прогулочный катамаран «Волга–3», на котором летом 2020 года мы совершили экскурсию в Свияжск. До конца жизни он встречался с казанскими школьниками, и у меня сохранилось смутное воспоминание, что одна из таких встреч состоялась и в нашей гимназии в начале 1990-х годов, когда я был учеником младших классов.
С весны 1944 года Михаил Петрович служил в истребительном полку трижды Героя Советского Союза Александра Покрышкина, который помог ему вернуться в строй после нескольких ранений и службы в тихоходной и санитарной авиации, с чем никак не мог смириться рвавшийся в бой лётчик-истребитель. В июле 1944-го, выпрыгнув с парашютом из своего горящего самолёта в районе Львова, он был захвачен в плен гитлеровцами. За попытку побега из Лодзинского лагеря Девятаев был переведён в лагерь смерти Заксенхаузен, оттуда — на «остров дьявола» Узедом, где происходили разработка и испытание новых немецких бомбардировщиков, крылатых ракет ФАУ–1 и баллистических ракет ФАУ–2. Ему удалось попасть в команду военнопленных, обслуживавших секретный аэродром, и, по крупицам собрав скупые сведения об особенностях вражеских самолётов, средь бела дня угнать средний бомбардировщик «Хейнкель–111», прихватив с собой девять обречённых на смерть товарищей. (В 1996 году похожий подвиг совершил экипаж «Ил–76» казанской компании «Аэростан» (вторым пилотом которого был уроженец Татарстана Газинур Хайруллин), сбежав из 378-дневного кандагарского плена на своём же самолёте.) На пятый день после этого Узедом посетил разъярённый рейхсминистр авиации Герман Геринг, в результате чего «бывший комендант лагеря военнопленных, четыре эсэсовца из охраны и несколько солдат были приговорены к расстрелу».
Девятаев воспроизводит хронологию событий по минутам, признавая, что их дерзкий побег удался во многом благодаря не тщательно продуманному плану или серьёзной подготовке (для этого у них не было ни достаточного времени, ни благоприятных возможностей), а огромной доли везения. Не обходит Михаил Петрович стороной и активно циркулировавшие в 1990-е годы слухи о том, что после войны как бывший военнопленный и «изменник Родины» несколько лет он провёл в советских лагерях:
Такие толки породили годы безгласности. Нет. Я не сидел в тюрьме. Эти слухи пора развеять. Но сразу же после побега мною, моими друзьями по экипажу особо не восторгались. Скорее, наоборот. Мы подверглись довольно жестокой проверке. Длительной и унизительной. <...> После войны на нас, на всех бывших военнопленных, смотрели как на прокажённых. <...> Самолёт мне уже не доверили. А так хотелось летать! <...> Имея профессию речника, я мог бы работать капитаном или помощником капитана парохода. Но в Казанском речном порту от меня отворачивались. <...> Под какими только предлогами мне не отказывали в работе по специальности. Пытались приклеить и клеймо пьяницы, хотя пьяным меня никто не видел. Явно мешало другое — клеймо бывшего военнопленного. В лицо, правда, никто не сказал, а шёпотом иногда говорили. И так мыкался до 1957 года.
Лишь спустя 12 лет после описываемых в книге событий о подвиге М. П. Девятаева стало известно широкой общественности, а сам он был удостоен звания Героя Советского Союза, «Золотой звёзды» и ордена Ленина. «Никогда не должны повториться сталинские времена, когда человек, совершивший такой героический, выдающийся подвиг, как вы, много лет ещё после этого оставался под подозрением», — писал ему знаменитый советский прозаик и военный корреспондент Константин Симонов в письме от 12 февраля 1966 года. «Такова жизнь»...
68 понравилось
