Цитаты из книги Дети Эдгара По

— Когда вам будет столько лет, вы тоже захотите больше отдыхать.

Обращай внимание на музыкантов.

Избегай сильных, ибо они наверняка попытаются причинить тебе вред.

Ошибаются все, включая богов и высшие силы.

Помни — даже когда ты один, ты всё равно в центре вечеринки.

Существование жены, пусть даже анонимной, действительно придаёт прошедшим годам некоторое подобие структуры.

... горе — отличное снотворное, помогающее перенестись в беззвучный и бессветный рай вдали от агонизирующей вселенной.

Вот почему столь трудно объяснить, как именно следует писать готический рассказ, ведь здесь требуется врождённый талант.

... личные вещи человека должны обладать определённой сущностью, определённым качеством.

Тем не менее незаконченность истории отнюдь не помешает ей послужить идеальной моделью для демонстрации того, как именно авторы хоррора делают то, что делают.

Потому что с выкидышами дело обстоит так: три сотни лет существует научная медицина, но никто ни фига не знает. Это просто случается, говорят люди, как синяк или простуда. Думаю, так оно и есть. Я хочу сказать: просто случается. Но не как простуда. Как смерть. Потому что это и есть смерть.

— Давай сознаемся, что это правда, — говорил я, — мы потеряли ребенка. Я могу понять твое к этому отношение. Но я переживаю это иначе. По милосердию Божьему я не чувствую этого так, как ты. — Потому что его не было внутри тебя.

Мы — худшее, что могло произойти.

Я бежал от глубоко укоренившегося и неизбежного сознания того, что присутствие, затмившее собою небо, было лишь удобной метафорой. Как бы оно ни устрашало, на самом деле это была лишь версия, доступная моему восприятию, — большего мне нельзя было показывать, иначе я сошёл бы с ума.

Едва моя нога ступила на пляж, как я задрожал от сырости и прохлады, под песком словно крылось болото.

Погода была неровной.

Однако писательство было моей манией: если я не писал несколько дней подряд, то впадал в депрессию. Писать для меня значило преодолевать депрессию, вызванную невозможностью писать.

За тусклыми горбами дюн светился пляж, его мутноватое сияние напоминало луну в тумане.

Корабль застыл в янтаре заката: мечта о побеге.

Пляж часто вызывал у меня головную боль, даже когда он не блестел, не говорю уж о том, как он выглядит по ночам.