Вторая неделя Курской битвы
Расчет советского противотанкового ружья во время боев на Курской дуге. ПТР продолжали широко использоваться и против новой бронетехники немцев не от хорошей жизни.
Вторая по хронологии книга из Курской Трилогии авторства Валерия Замулина переиздавалась неоднократно начиная с 2005 года, в каждом новом издании автор что-то подправлял или дописывал на основе новых найденных архивных документов или свидетельств участников, так что читателю лучше брать самое последнее переиздание 2017 года, то ли шестое, то ли седьмое по счету. Но принципиально все эти книги на 750+ страниц объемом отличаются только в немногих деталях, главное же содержание неизменно - рассказ о боевых действиях на южной фасе Курской выступа с 10 по 16 июля 1943, включая легендаризованное Прохоровское сражение.
К концу первое недели сражения планы немцев по выходу в район Обояни-Курска с юга пошли прахом, и несмотря на куда большие успехи по продвижению, чем у войск на северном фасе, само наступление начало идти далеко не по плану. Справа АК "Кемпф" увязая в обороне 7-й гвардейской армии Шумилова, медленно пробивалась на северо-восток. Слева 48-й танковый корпус окончательно перенес свои основные усилия против остатков 6-й гвардейской Чистякова и 1-й танковой Катукова в излучине Пены фронтом на запад. И только идущий посередине 2-й танковый корпус СС вышел в район Прохоровки и частью сил переправился через Псел. Район безвестной тогда ж/д станции фигурировал уже на этапе планирования как место предполагаемой встречи с советскими резервами после прорыва линии фронта, и это объяснялось его географическим положение как танкодоступное дефиле между Пселов и Северским Донцом, собственно по этой же причине там была некогда проложена железная дорога идущая по дуге в водоразделе от Курска до Белгорода. Само сражение под Прохоровкой в 12 июля - это как раз классический пример влияние географии и времени на боевые действия. Выдвигаемая 5-я гвардейская танковая армия Ротмистрова должна была развернуть свои танковые корпуса западнее станции и занять господствующие высоты, чтобы иметь возможность одновременно участвовать всеми своими частями на поле боя. Но была опережена немцами, и Прохоровское сражение в том виде, которым его до сих пор рисуют школьные учебники истории - чуть ли не рукопашные тараны вражеской бронетехники - никогда не существовало. А была атака с ходу несколькими корпусами в разорванных во времени и пространстве волнах в узком дефиле между Пселом и железной дорогой на успевших подготовится и создать ПТО немцев, в том числе с подтянутой артиллерией, которые отбивали волну за волною танковые атаки и молились, чтобы снаряды не кончились раньше, чем у советских войск кончатся танки. В итоге половина танковой армии, примерно 340 машин были подбиты или сгорели на поле боя. Вроде бы не самое большое количество, примерно 10-12 дневный объем выпуска советских танковых заводов в тот год, но танки нужны были здесь и сейчас, к концу сражения от сотен танковых армад противников остались клочья, и самые крупные баталии следующих дней были представлены максимум несколькими десятками танков с обеих сторон. Вину автор за подобную катастрофу примерно поровну делит между Василевским, Ватутиным и Ротмистровым, в основном сравнивая действия последнего с Катуковым - тот получив недальновидный приказ о контр-наступлении несколькими днями ранее, дозвонился до Сталина и смог добиться его отмены, или скорее сумел своим докладом перевесить мнение колеблющейся Ставки.
Если еще до Прохоровски Курская битва как попытка немцев срезать выступ прекратилась, тем более, что на северном фасе войска Моделя начали отбиваться от "Кутузова", то на юге немцы перешли к плану "Б" по нанесению максимального урона советской стороне перед тем, как эвакуировать с таким трудом завоеванный выступ. Но действовавший несравненно грамотнее Катуков остатками танковых сил и свежими дивизиями из 40-й армии Москаленко на западном учатске фронте перевел борьбу в своеобразный тяни-толкай в излучине Пены без обрушений линий фронта. А на востоке сказались те танковые гекатомбы Прохоровского поля, потому что когда немцы приступили к локальной задаче - срезу опасного выступа с 48-й стрелковым корпусом между флангами АК "Кемпф" и 2-м ТК СС в районе южнее Прохоровки в междуречье Липового и Северного Донцов - то парировать эту угрозу оказалось нечем, истончившиеся до в лучшем случае пары-тройки десятков танков подвижные соединения ни количественно, ни качественно не смогли остановить немецкие клещи. Не без тяжелых потерь, но основные силы советских войск в выступе успели выбраться из окружения. На этом немцы начали эвакуировать южный выступ.
И так же как и первая книга трилогии, "Прохоровка" представляет собой очень подробное и скрупулезное исследование до боевых действий на уровне отдельных батальонов и танковых рот, с обилием цитат документов обеих сторон. Хотя отходов от темы на общие рассуждения о Красной армии образца 1943-го года тут куда меньше, очень плотный и изматывающий ход боевых действий уже не позволяет повествованию отвлекаться на что-то еще. И видимо, десять дней постоянных боев и бессонных ночей лежат уже на грани человеческих сил и психики, немецкие донесения оправдывают потери тем, что радисты и водители танков засыпали прямо на своих рабочих местах в ходе боя. Наверное, советские танкисты чувствовали себя не лучше, тем более, что былого качественного превосходства советской бронетехники уже давно не было. А впереди у меня еще одна книга автора по южному фасу.
20 понравилось
