Крох, прозванный так из-за того, что появился на свет раньше срока и всё детство отличался невеликими размерами, вырос в американской коммуне «Аркадия». Мечты сотен людей о гармоничной жизни, радости и горести которой день за днём они собирались делить друг с другом, разбились о быт. Оказывается, помимо беззаботных вечеров с песнями под гитару, жизнь в общине предполагает ещё коллективный труд и коллективную ответственность. Подростком Крох с родителями покинул «Аркадию», однако «Аркадия» никогда не покинет его.
Идейные общины расцвели пышным цветом в конце 1960х-1970е. Сейчас большинству кажется, что в 99% случаев это были деструктивные организации, наподобие «Семьи» или «Синанона». Однако приём наркотиков, травмирующие практики или авторитарный лидер, получающий некую выгоду – вовсе не обязательная часть подобных сообществ. Часто в общины ехали те, кто хотел жить за городом, работать на земле и приносить как можно меньше вреда экологии. У людей не было денег на покупку собственной фермы и опыта организации хозяйства, поэтому совместное проживание нескольких семей казалось им отличной идеей. Выдуманная Грофф «Аркадия» – как раз одна из подобных эгалитарных общин, экопоселение, в духе «Фермы», «Твин Оукса» или «Эйкорна».
Композиционно роман состоит из двух частей – взросление Кроха в «Аркадии» и его жизнь в качестве университетского преподавателя и отца-одиночки. Пространство между ними – разлом, размером с Большой Каньон, о котором читатель не узнает практически ничего. Для нас есть только утопия и антиутопия: идеалистичный мир прошлого, который покрылся трещинами и развалился на части, оставив от себя лишь покрытые пылью воспоминания, и мир будущего, где самолёты врезаются в небоскрёбы, а смертельный вирус закрывает границы и делает людей одинокими, как никогда прежде.
Детский взгляд – идеальная призма для того, чтобы говорить об общинах, не скатываясь в их превознесение или осуждение. Многие довольно спорные вещи (домашние роды, полиамория, употребление марихуаны) воспринимаются Крохом как объективная реальность, которая не нуждается в его оценке, точно так же, как концепции ненасилия, веганства или отсутствия частной собственности. «Аркадия» растёт и меняется вместе с героем, но её жизненный цикл куда меньше. Коммуна не переживает время подросткового бунтарства и сепарации её членов. Дожив до своих четырнадцати, она окончательно потеряла тот идеализм, на котором строилась, и который, как оказалось, был её фундаментом. А вот Крох, как и другие бывшие обитатели «Аркадии», умудрились не только сохранить его в себе, но и подарить тем, кто рядом.
31 понравилось
