Цитаты из книги Трагедии

АНТИГОНА: Шаг за шагом со мной иди. Силе любящих рук доверь Тела старого слабый вес.

ЭДИП: Слепая, жестокая доля!

(Опускается на камень)

ЭДИП: Что велишь ты мне делать, родная моя?

АНТИГОНА: Мой отец, волю граждан почтить мы должны, Уступая, где надо, и слушаясь их.

АНТИСТРОФА I Из запретной чащи Уходи! Если хочешь мне дело сказать — Из дозволенных мест Говори, а дотоле — ни слова!

КОРИФЕЙ: О защитник наш Зевс! Кто пред нами стоит?

ЭДИП: Перед вами — несчастный, жестокой судьбе Обреченный, старейшины этой земли! Я чужими глазами свой путь нахожу: Посмотрите, бреду, Большой, за малою следом!

СТРАЖ Ты благороден, мнится, чужеземец, Хоть и печальной доле обречен;

ЭДИП: О да не минут милостью своей Просителя святые Евмениды! Из рощи их я боле не уйду.

СТРАЖ: Что это?

ЭДИП: Знаменье судьбы моей.

ЭДИП: Дитя слепого старца, Антигона, Куда пришли мы? (...)

АНТИГОНА: А место здесь святое: Все виноградом поросло оно, Маслиной, лавром; рокот соловьиный Повсюду льется в зелени ветвей.

ЭДИП: Так эту местность населяют люди?

СТРАЖ: Конечно: соименники Колона.

ЭДИП: Кто ж правит ими? Иль в народе сила?

СТРАЖ: Царю афинскому они подвластны.

ЭДИП: Дитя слепого старца, Антигона, Куда пришли мы? Как зовут страну? Кто в ней живет? Кто бедному скитальцу Предложит скудный милостыни дар? Ах, о немногом просит он — и меньше Немногого ему дают — и этим Доволен он. Довольству научили Его и горести, и долгий век, И прирожденный благородства дух. (...) Мы странники; что граждане прикажут, Тому должны мы следовать, дитя.

КРЕОНТ: Слуги верные, Уведите в глушь поскорей меня — Вознесен был я, – стал ничем теперь.

КОРИФЕЙ: Человеку сознание долга всегда — Благоденствия первый и высший залог. Не дерзайте ж заветы богов преступать! А надменных речей беспощадная спесь, Беспощадным ударом спесивцу воздав, Хоть на старости долгу научит.

КОРИФЕЙ: Оставь мольбы; нет смертному спасенья От бед, что предначертаны судьбой.

КОРИФЕЙ: Уйти бы лучше – если лучшим вправе Назвать мы зло: страданью люб конец.

КРЕОНТ: О дитя! Не своей руки пал ты жертвою, А моим сражен неразумием.

КОРИФЕЙ: О Правда! Поздно ты узнал ее!

ВЕСТНИК: Соседи дома Кадмова! по правде Мы не должны ни горькой, ни счастливой Жизнь человека называть – до смерти. Вот счастья баловень – вот горя сын — И что ж? Случайность манием единым Того низвергнет, этого возвысит,

КРЕОНТ: Пойду немедленно. Скорее, слуги! И те, что здесь, и прочие: секиры Возьмите, и вперед – на скорбный холм. И я, – коль так решил теперь, – то узел Сам затянув, – сам развяжу его. Боюсь, что лучше доживать нам век свой, Храня давно завещанный закон.

КОРИФЕЙ: Божьи Кары Стремительно виновных настигают,

КРЕОНТ: Ах, трудно побороть души упорство, Но с Неизвестным в спор вступать – безумье.

КОРИФЕЙ: Благоразумью следуй, государь!

КРЕОНТ: Что делать? Молви! Я на все согласен.

КОРИФЕЙ: Освободи из подземелья деву; Погибшего могилою почти.

КОРИФЕЙ: Пророк ушел; пророчество осталось Ужасное. Прошло не мало лет С тех пор, как кудри черные мои Засеребрились; но вещаний лживых Я не запомню от него, мой царь.

КРЕОНТ: Не дам! Хотя бы Зевсовы орлы К престолу бога самого примчали Его растерзанную плоть – и этой Не испугаюсь скверны я, Тиресий: Не властен смертный бога осквернить! Нет, нет, не быть царевичу в могиле! И мудрецов крушенье терпит мудрость, Когда прикрыть неправду дела дымкой Красивых слов внушает им – корысть.