Цитаты из книги Floating Staircase

Вина стала лужей, и я в ней тонул.

Спи, старый призрак, хотя мне известно: ты все еще голоден...

... если чему-то суждено случиться - родиться, заявить о себе, выйти на свет - значит, оно было всегда. Формы развиваются и приходят в упадок, но вещи не исчезают. Творения и, следовательно, разрушения не существует - есть лишь трансформация. Вся жизнь - столкновение электронов и позитронов: преобразование материи в свет, в молекулярные потоки. Вода становится паром - и снова собой.

Говорят, что природа не знает смерти - ей известна лишь трансформация. На самом деле ничто не исчезает, какая-то часть всегда остаётся: след, кусочек, видимое сходство - что-то да есть. Можно превратить воду в пар, но она не исчезнет: конденсация вернёт её к жизни.

Говорят, что природа не знает смерти: если ты существовал, то все твои части, рассеянные по ветру или сочленённые, пребудут вечно. Густая пыль может покрыть останки истории человека, но не сотрет память.

Я посмотрел на дверной проём. Было слишком темно, чтобы различить хоть что-то. Если пялиться во мрак достаточно долго, можно убедить себя в чем угодно.

Годы превращаются в куски криптонита и вытягивают из нас веру, как вампиры тянут кровь...

Я подумал: найди якорь.

... реальность - состояние ума, как сон и вымысел. Все на свете - выдумка. Фокус в том, чтобы зацепиться за что-то, удержаться любой ценой, пока не сможешь снова обрести себя.

Ускользая от мира, ты понимаешь, что никогда в нём и не был, ведь природа не знает умирания. В общем, если тебя больше нет - значит, ты и не существовал.

– Мы можем отправить людей на луну и посылать радиосигналы в космос, но не разгадали земных тайн – тех, что внутри нас самих. ... – Смерть – это помеха. Люди просто дорожные знаки на пути. Но послушал бы ты, как мы обмениваемся нашими историями болезни – словно бейсбольными карточками! Кто захочет говорить о раке?

Я иду по пустынному шоссе, собирая скальпы, как странные сокровища.

Тебя отстранили, заменили воздухом, молекулами, частичками электрического света. Тебя стерли, удалили. Когда это произошло, раздался хлопок — молекулы заполнили пространство, которое ты занимал всего миллисекунду назад, покрывая место и время, уничтожая само воспоминание о твоем бытии. Тебя больше нет.

— Хватит. Не вкладывайте слова мне в рот. Я этого не говорил.

Полный отчаянья, Дентман казался оболочкой, лишенной содержимого. Пустой шелухой.