Цитаты из книги Ghostwritten

У сказок нет будущего...
Сказки - это прошлое, для музеев.
Сказкам нет места в наше славное время рыночной демократии.

Если вы и правда хотите написать о чем- нибудь интересном, напишите о моем Дереве. На самом деле это пять деревьев в одном.
На нем растут миндаль, фундук, хурма, айва и яблоки.
«Дерево изобилия»!
Так и назовите свой рассказ, чего лучше!
Пять деревьев в одном? - переспросил газетный человек.
- Да. По правде сказать, яблоки кисловаты.
Но все равно! И еще оно умеет разговаривать!

Скажи, как может один лысый жирный коротышка так оболванить целый народ?

Да пошли они на хрен. Все одинаковые. Только значки да медали разные.
Отец умирал, как и жил, с одним желанием лишь бы сил не тратить.

На форме были вышиты знаки, похожие на головную боль, красный кружок, из которого вырывались красные полоски.

Последние месяцы я жил с тремя женщинами. Одна была призраком, а стала женщиной. Другая была женщиной, а стала призраком. Третья была призраком и будет им всегда. Но это не история о призраках. Призрак обитает в тени, где ему и полагается быть Если призрак выходит из тени, он становится человеком.

Тогда одна из этих шотландок спросила: а почему японские ребята, как мартышки, подражают американцам?
Одежда, рэп, скейтборды, стрижки.
Я сказал, мол, дело не в том, что они так уж обожают все американское, просто отвергают все японское, доставшееся от родите- лей.
Но поскольку собственной молодежной культуры у нас нет, вот им и приходится брать первое, что под руку по- падется, а это, естественно, американское. Но вообще- то, не американская культура имеет нас, а мы имеем ее.

Дождь барабанит по стеклу, у европейских дождей толстые пальцы.

Рождение сдает нам карты из колоды, но важны не только наши козыри, но и место, где мы их получили.

Город — это океан, в котором все теряешь. А находишь только потерянное другими.

На вечернем холодке небо зеленеет, как нефрит.

Чутье умирающей старухи подсказывает мне, что не все это — правда. Мудрость умирающей старухи подсказывает мне, что правда — это не все.

Это не моя работа — представлять интерес для ваших читателей. Моя работа — делать лапшу, заваривать чай.

По долине поползли слухи о нехватке продовольствия. Сперва люди откликнулись на эти слухи как обычно. Они не хотели верить, и они не поверили. Когда рисовые склады опустели, пришлось поверить. Но Мао обещал прислать грузовики с рисом. И даже самолично возглавить колонну.

Только англичане и славяне умеют правильно стоять в очереди.

Над чайными чашками поднимался пар. Неподвижные лица без всякого выражения. Чего-то ожидали. Вот бы зайти и сесть рядом с ними. Ради этого и "ролекса" не жалко. Вот бы они улыбнулись и налили мне жасминового чая. Вот бы весь мир был таким.

Шум, конечно, никогда не затихает. В головах у китайцев, должно быть, есть какой-то звуковой фильтр, позволяющий выделять из этой какофонии только ту партию, которая их интересует.

Думая о ней, я вспоминал не лицо. Просто впечатление. Цвет, у которого еще нет названия. Звук, еще не сложившийся в слово.