Цитаты из книги Потоп

Разлука с тем, что ненавидишь, увечит ещё больше, чем разлука с тем, что любишь.

Он чувствовал, как слёзы накипают у неё с неиссякаемой лёгкостью, словно кровь течёт из невидимой раны. и что та, кто выплакивает эти слёзы, испытывает для себя новые глубины жизни.

Они не ужились. Может, если бы она так его не любила, они бы и ужились. Из них могла бы получиться вполне пристойная пара с эффектной суммой общего подоходного налога и долгими утренними играми по воскресеньям в постели. вполне приятными для обоих. Но она его любила.

Потому что теперь, когда он утратил смысл своей жизни, ему стал понятен смысл жизни других.

Он подумал о том, как поднимутся воды и люди поймут, что жизнь, которой они жили, была благодатью.

Но я говорю о такой женщине, с которой ляжешь рядом, возьмёшь её за руку и почувствуешь, что всё на свете прекрасно.

Он страда от того, что ему не удалось уговорить Красавчика Раунтри помолиться. Но страдал он и потому. что боялся, как бы в конце концов Красавчик Раунтри не стал молиться.

Была и третья причина его страданий. Он страдал оттого, что в эту минуту сам не мог молиться.

Но тут он вспомнил, что и эпизод в библиотеке тоже был их тех, которые надо спрятать подальше. Засунуть в глубь тёмного чулана. Нельзя жить на свете, если всё помнишь.

Вот так Бредуэлл Толливер вошёл в Обитель Всепрощения. Он не знал, что в этой обители много покоев и некоторые из них лишены света.

Когда любимый город мой Уйдёт в пучину вод, Молясь, я буду вспоминать, Как нас любил Господь.

И захлестнёт всю жизнь мою, Всех нас один потоп. Он моет злобу и обиду, И мир придёт потом.

Всё то, чего не дал мне Бог, Всё - дар его, не долг. Молюсь, чтоб, глядя на потоп, Узнать я счастье мог.

Мысль о том, что её надо поцеловать, была невыносимой. Даже погладить по плечу. Она почему-то казалась причиной всех бед. Он сам не знал почему. Но всё было причиной всего, а она была частью этого.

И в то же время понимала, почему Летиция от него без ума, - вот из-за этой его непреклонности, как у камня, который катится вниз и может прокатиться по тебе; из-за ощущения чего-то неминуемого, того, что непременно случится, и случится так, как он этого хочет.

К тому же есть у меня одна страстишка: иногда хочется, чтобы тебя осуждали. Тогда всё как бы приобретает истинную окраску.

Потом он подумал: не означает ли то, что он не сознавал, какая она есть на самом деле, отсутствия подлинной сущности у него самого?

И он её обожал. Когда они бывали вместе, они просто светились от счастья, правда, свет был такой мягкий, что днём его видно не было, но казалось: останься они в темноте - от них будет исходить сияние, как от рыбы, выпрыгнувшей при луне.

И не прерывистый и мерцающий, а постоянный приглушённый свет.

Раз Мексика - дело верное, она витает над ним, сияя и маня, как мечта, он может с головой уйти в здешнюю жизнь, посмотреть на неё по-другому, ощутить её с новой остротой.

Она пыталась внушить мне, хотя ей нелегко было вспоминать то, что тогда произошло: что твоё "я" ты должен вылепить из всей зыбкости и ломкости жизни.

Он стоял, замерев, но в душе его нарастала какая-то бешеная радость. Ему открывалась великая и страшная тайна жизни, открывалось, что у него хватит сил её вытерпеть.