Отзывы о книге Щастье

Щастье, Фигль-Мигль Что-то 2021 год в плане чтения не задался. Вроде в списке отличных книг, прочитанных за этот год, уже шесть наименований, а всё равно какое-то ощущение неудовлетворённости. Даже лучшее из прочитанного не могло захватить меня полностью. Пожалуй, только "Последняя ставка" Пауэрса и "Кот Шрёдингера" были безупречны в плане читательских впечатлений. И скорость чтения почему-то резко упала (читал, что это может быть из-за стрессов. Их есть у меня, да). А ещё, видимо, надо временно завязывать с перечитыванием впечатлявших когда-то книг. "Щастье" читал в 2014-м (а кажется — лет двадцать назад), надёргал оттуда огромное количество гениальных цитат и поэтому отложилось в памяти, что книжка-то отличная! Сейчас залез на форум, где оставлял отзыв на книгу, и понял, что за семь лет впечатления от книги не особо изменились: "Интеллектуальный постА. Причём две трети книги бойкий умный квест-поход в дальнюю провинцию Питера после катастрофы, когда в район Автово партия добиралась месяцами, через разные общественные формации. Последняя треть никак не связана с началом книги.. Такое ощущение, что пришили концовку от другого романа. Всё какими-то обиняками, шуточками для своих. Её "ТЫ ТАК ЛЮБИШЬ ЭТИ ФИЛЬМЫ" намного больше заслуживает каких бы то ни было похвал." При первом прочтении от меня как-то ускользнули бисексуальные пристрастия Фиговидца, филолога-сноба, одного из персонажей романа и Разноглазого, главного героя книги, местного экзорциста. Мир "Щастья" — уютная филологическая дистопия, не претендующая на реалистичность. Из сверхъестественного в книге только одно фантдопущение — призраки убитых мучают убийц во снах, доводя до самоубийства. Поэтому даже бандиты стараются не совершать убийств. Есть даже гильдия Снайперов, приловчившаяся стрелять так, чтобы делать жертву иммобильным калекой, но ни в коем случае не убивать. На а если хомицид таки случается, помочь может только экстрасенс Разноглазый, главный герой книги. Короче, читать только из-за красот стиля. Из крупной формы у Фигля-Мигля осталось прочитать только продолжение "Щастья" —обласканный жюри НацБеста "Волки и медведи". 8(ОЧЕНЬ ХОРОШО) https://s.livelib.ru/img/stars2/r80-x-green.png">

Взгляни на текст чудесный сей, В нем мысли нет, но стиль хорош, Достоин чтения князей И критикующих вельмож. Скорее Сталкер по сюжету, Мир не прописан нифига, Неясно кто, зачем при этом, Но всюду слога жемчуга. Пред нами Питер вероятно В фантасмагорическом бреду, Герой гоняет мертвых знатно, Отводит от людей беду. В сюжете очень мало понял. Еще честнее, не вникал, А может просто проворонил, Пока изюминки искал. Знакомства автор несомненно Достоин вашего и всех, Не избежите текста плена, Филологических утех. Притом и слабость очевидна, Роману б смысла хоть чуть-чуть, Но мне за автора не стыдно, Неповторимо свежий путь. Что фиговидцы, духожоры, Мы ведь и вправду таковы, Самовлюбленные мажоры Копаться в текстах здоровы. Рассказ на этом завершаю, Мне больше нечего сказать, Еще читат поднакидаю, Что б было по чему решать

И он стоит воплощённой печалью, отражаемый зеркалом, которое прибавляет свои пятна к его изъянам.

...руки цвета покрывающих их волос...

Я видел, как он померк и напрягся, как проступил бледной краской стыд будущих ненужных унижений и кожа треснула морщинами под напором всего, чего он не знал, не ждал, не предчувствовал, не мог допустить или, допустив, связать с собой.

Мы стали подвижным, бесшумным сном.

"Щастье" - переоцененное говно. С такой претензией, "интеллектуальный питерский постапок", роман оказывается наискучнейшим опусом про то, как несколько человек путешествуют из одной закрытой части Петербурга в другую. Самое интересное, что путешествие заканчивается на 60% книги, и оставшееся время происходит вообще непонятно что, роман не движется, все о чем-то разговаривают. Я то думал будет очень круто, когда покупал. Язык тут слабый, попытки показать себя шибко классным автору не удались. Сюжетная составляющая тоже никакая, сама форма украдена у "Метро 2033", но тут просто НЕЧЕМ ЗАИНТЕРЕСОВАТЬ. Задумка очень хороша, но так испортить собственную идею может лишь Пелевин. А Пелевину можно, он и так уже великий писатель современности, благодаря раннему творчеству. А это, напомню, дебют какого-то чудака. С таким вот дебютом литературного Олимпа ему не видать. Призываю не тратить свое драгоценнейшее время на подобную литературу.

upd. а тетка-то, за продолжение этого шлака получила "Нацбест".

Быдлопитер приятным языком Начинал знакомство с этим автором не с этого произведения. Иначе, наверное, это знакомство мне бы не понравилось. Пользователь trunchenkov отметил, что автор здесь хорошо владеет "видением" картинки, но диалоги, мол, страдают. Я не соглашусь. На мой взгляд все с точностью до наоборот. Прекрасные диалоги и размышления главного героя, отсюда и хорошее количество цитат, а вот с видением картинки... тут еще стоило поработать. И могу констатировать, что работа была, что лично я увидел во втором произведении Фигль-Мигль Ты так любишь эти фильмы и, наверное, увидели люди, присудившие ей награду Нацбест за новейшую книгу Волки и медведи. Сила и главная фишка автора Фигль-Мигль в диалогах и рассуждениях персонажей. Очень острые они, понимаете ли, ни в бровь, а в глаз) А вот по поводу сюжета пара вяков. Мне сюжет, однозначно, не понравился. Может быть я, будучи родившимся, живущим, работающим и планирующим умереть от старости в Петербурге, покажусь человечком из Солнечного города, смеющимся над незнайкиными портретами других и негодующий над своим портретом незнайкиного же производства, но олучился какой-то Быдлопитер. Ну это, допустим, даже скорее всего, просто полет фантазии автора, траектория которого не всем оказалась приятна, поскрипела, так сказать, крылами по стенам узких коридоров сознания питерского патриота. Неприятно что тут же такой вот сюжет, в котором по сути описано довольно поганенькое будущее "Северной Пальмиры", предстающей тут ржавой калошей, вызвал множество восторгов всероссийского литературного бомонда и уже тогда чуть не получила Нацбест. Как я понял, Волки и Медведи тоже на ту же тему, и вот вам все-таки премию нате за быдлопитер) Нтиллегенция, понимаешь, над которой так смачно стебется Фигль-Мигль в своих книгах) Кстати, я бы не сравнивал книгу с Метро 2033. Скорее, я сравнил бы ее с Кысью Татьяны Толстой, тоже отмеченной чуть ли не тоже Нацбестом, уже за описание быдлороссии. А вот если сравнивать, Щастье выгодно отличается "правдой характеров" от лобочно-лубочного Кыся. Вердикт такой: знакомство с автором надо начинать с другой книги, а к Щастью приступать лишь привыкнув к фгльмигльщине, чтобы потом особо не обращать внимания на сюжет, а просто наслаждаться прямой речью персонажей)

Какой же у меня восторг! Приятная, лёгкая, смешная, фантастическая, умная книга. Очень питерская: действие происходит в будущем на том месте, где сейчас Петербург, только он не цельный, а разделен на небольшие территории-государства: богатые и бедные, ученые и рабочие, анархисты и обычные люди живут отдельно. Одна из сюжетных линий - это путешествие от одной части города к другой, которое занимает немало времени. Главный герой - Разноглазый - человек с паранормальными способностями. Его работа - стирать привидения убитых из подсознания убийц. Это дает ему некоторые привилегии в перемещении в пространстве, а без работы он не остаётся. Хотя и его совесть не чиста. Меня повеселило разделение интеллектуалов на фиговидцев и духожоров. Фиговидцы вынимают из книг, как из шкатулки с двойным дном, потайные смыслы, при этом могут вытащить не то, что там лежало, а то что у них в рукаве. Духожоры "препарируют смыслы, лежащие на поверхности. Расчленяют, перекладывают, сшивают наново - так, что получается уже не смысл, а концепция". Сюжет в этой книге - не главное. "Щастье" прекрасно написано: такие книги я очень люблю.

Роман очень четко делится на 2 части: 1 часть - приключения героев в постапокалиптическом Питере, 2 часть - роман идей.

Если бы автор остановился на первой части, вышел бы вполне приличный микс "Метро" Д.Глуховского и "Кыси" Т.Толстой. Петербург поделен на районы, у каждого из которых - своя "изюминка": Васильевский - приют интеллигенции, как творческой, так и научной, Петроградка - тусовочный район молодых пижонов, к Охте прибились анархисты (

... профессиональный революционер, то есть по преимуществу болтун и организатор.

), Автово страшно своей неизвестностью (даже не "волки и медведи"), но оказалось процветающей провинцией. Каждый район как отдельное мини-государство со своими ментами, бандитами, порядками, причем все, кроме Автово обобщается понятием Город.

- Ну ты точно ребенок, - сказал он. - Кто же обращается за содействием к властям? - От властей наоборот откупаются.

Из Города выделилась группка фриковатых персонажей и отправилась в Автово за наследством покойной тетушки одного их них. Чтобы было интереснее, на юг они отправились через север.

Если жизнь идет мимо, так ли важно, куда именно.

Сюжет простенький и ни на что не претендующий, но главное не он, а описание районов, которые пересекают герои. Каждый человек из книги не прописан вообще - это шаблон персонажа, который говорит клишированными фразами и часто действует внезапно, хотя и в пределах своего образа. Времени в романе нет: это может быть как параллельный мир, так и будущее любой отдаленности.

Путешествие в Автово заинтересовывает приемом "как могли дойти до такого", хотя автор, к сожалению, и не пытается объяснить причины или даже правила устройства мирка района: реальность принимается как данность.

Во вторую часть романа я честно пыталась вникнуть, но мне это не удалось: отдельные разрозненные всполохи действия, немного характеров и очень много диалогов, которые не имеют под собой никакой цели.

Ты же писатель, гармонизируй! Пусть и с трехглазыми китайцами, но дай же мне единый мир.

Книгу я не вижу цельной - по фрагментам отлично, но ведь задача стояла другая?!

Путь настоящей, подлинной книги до читателя часто труден – судьба романа таинственного анонима, прикрывшегося личиной сомнительного псевдонима, как нельзя лучше свидетельствует об этом. Так, еще полтора года тому назад у романа «Щастье» были все шансы выйти в шортлист «Нацбеста», что означало бы для книги немедленную публикацию. Для этого достаточно было, чтобы автор этих строк проголосовал за Ф.М. (будем называть нашего анонима для краткости так) тремя баллами вместо одного – либо же чтобы Андрей Аствацатуров, филолог и писатель, отдал бы «Щастью» хотя бы один голос – что он было намеревался сделать. Однако поскольку ни того, ни другого не случилось, книга, пролежав в издательстве два долгих года, была выпущена лишь недавно.

Чем же так замечателен этот роман, сделавший из его автора еще до выхода в некотором роде (пускай и в узких кругах) чуть ли не легенду? Сюжет таков: полуразрушенный Петербург, транспортное сообщение в котором прекратилось, а районы города отделились друг от друга и живут самостоятельной жизнью, подобно средневековым княжествам. Обладатель магических способностей Разноглазый и его друзья отправляются в опасное путешествие на другой конец города, в Автово, чтобы получить в наследство несколько огородов с коноплей…

Нетрудно представить, какой бред мог бы нагромоздить из всего этого средней руки фантаст – но тем легче представить, как развил бы тему кто-нибудь из известных модернистов середины XX века. Что-то именно в последнем роде роман и предлагает: первая его часть написана в условном духе «Осени в Пекине» Бориса Виана, вторая – отдаленно напоминает салонные эпизоды из эпопеи Пруста.

Но что нам запад, когда напрашивается куда более точная отечественная аналогия: роман Ф.М. – и это очевидно сразу же – генетически наследует гоголевской традиции русской литературы, не в последнюю очередь великой одиссее Чичикова вкруг города N. Если что и можно поставить Ф.М. в вину, так это то, что, освоив гоголевское письмо, автор не научился еще отпускать внутреннее видение так, чтобы прозревать героев живее, чем они предстают перед нами в реальности, как это умел Гоголь. Автор «Щастья» везде следует от приема – ко смыслу. Что в диалогах, что в композиции. В то время как важен не столько даже абстрактный смысл, сколько видение – и если с видением «картинки» у нашего анонимного автора все в порядке – то с видением характеров и созданием диалогов – не очень.

И все же все это можно простить, потому что роман хотя и не дотягивает до «Мертвых душ», но написан вполне на уровне, быть может, не самых сильных гоголевских повестей. Что ж делать, если во времена Нашего Всего-2 можно было набивать руку на повестях, сейчас же тренироваться – и то позволительно только на романах.

Автора романа «Щастье» смело можно поставить в один ряд с такими крупными (и при этом часто малоизвестными) современными писателями, как Мариам Петросян, Вероника Кунгурцева, Андрей Темнков, Анна Старобинец (в ее лучших повестях) – а то, что именно эта линия если не победит, то по крайней мере оправдает существование всей той накипи, что сейчас громко кричит о себе с выкладок у касс, – можно не сомневаться.