Отзывы о книге Hell's Angels

Конечно же никакая это не художественная литература, а самый настоящий нехулит. Мы имеем дело с журналистским исследованием, выполненным журналистом-фрилансером, причём выполненным в одной из самых непростых, зато добротных и основательных методик — метод личного погружения в исследуемую среду, метод внедрения в полузакрытое маргинальное, асоциальное и потому довольно опасное сообщество клубного типа (собственно говоря, есть некоторые основания считать и называть это клубное сообщество бандой) — в общем, в самые тесные взаимоотношения с нашумевшими в своё время и до сих пор знаменитыми «Ангелами Ада». Поскольку погружение это длилось довольно значительное время — автор в своей книге называет временнЫе отрезки то в год, то в 9 месяцев — и ему, в принципе, удалось войти в доверие к этим необычным мотожителям Северной Калифорнии, то можно полагать, что Хантеру С. Томпсону открылись многие неявные стороны существования людей, принадлежащих к этому байкерскому клубу, причём как его, так сказать, «руководителей», так и самых рядовых «ангелов».

Личная позиция автора в романе довольно долго недвусмысленна — он явно старается развенчать ореол общественной опасности и криминальной значимости, возникший вокруг «АА». Однако попытки эти выглядят довольно странно: хотя Томпсон в книге приводит довольно много примеров того, как та или другая информация о причастности членов «АА» к групповым изнасилованиям и попросту к индивидуально-личному и групповому насилию в самых разных его формах и видах (избиения и ограбления, дебоши и хулиганские выходки, уничтожение и повреждение чужого имущества и т.д.) оказывается преувеличена и не соответствует истинной картине происшедшего, однако буквально тут же или чуть далее он рассказывает о таких реальных случаях, которые, может быть, ничуть не менее ярки, выразительны и значимы в криминальном смысле. И потому вот у меня как у читателя нисколько не пошатнулось возникшее ещё давным-давно (со времён прочтения статьи об «Ангелах Ада» в каким-то давнишнем советском ещё журнале — не то «Огоньке», не то ещё в каком-то) представление об «АА» именно как о моторизованной банде преступников-маргиналов. Понятно, что всегда есть исключения и отклонения от среднестатистического образа «ангела», однако и исключения и отклонения только лишь оттеняют общую картину и разнообразят её.

Но вот что точно легло в копилку и пошло автору плюсом в карму, так это то, что Томпсон не ограничился описаниями тех моментов в жизни групп «АА», в которых он принимал участие или чему сам был свидетелем-очевидцем (иначе бы книга просто стала только лишь контркультурской и остросюжетно-развлекательной), а пошёл в своём исследовании этого весьма американского явления и вширь и вглубь. Автор книги, по сути, проследил корни, откуда пошло произрастать это самое явление, превратившееся затем в «Ангелов Ада», и точно обозначил, кто именно стал основоположником (имеется ввиду не какой-то один конкретный человек, но целая социальная прослойка послевоенных американцев) такого протестного в своей основе асоциального байкерства — и это стало погружением вглубь. И, вместе с тем, Томпсон рассмотрел в книге историю возникновения и развития не только групп и отделений «Ангелов Ада», но и многих других схожих с ними байкерских групп и клубов, однако имеющих уже другие «цвета» и немного другие основы для объединения (например, цвет кожи). По сути дела, эту книгу можно рассматривать и просто как некое социально-психологическое и социологическое исследование с весьма специфическим объектом исследования.

Авторский Постскриптум добавил «оптимистических» оттенков в описание членов «АА» и самого этого клуба и, как мне кажется, слегка провентилировал и проветрил мозги и самому автору, сдёрнув некий романтический ореол с его визави. Однако в защиту Томпсона следует упомянуть о том, что он вовсе не стремится романтизировать или героизировать себя самого — тоже немаловажная деталь, однако.

А ещё чтение книги подвигло на размышления о различиях в общественной морали и социальных нормах, имея ввиду сравнение американского общества середины шестидесятых и нашего российского. Прежде всего, речь идёт о воспевании американцами (а в книге об этом говорится открытым текстом) идеологии индивидуализма, на которой строится и незыблемо стоят вся социальная структура и государственность США (однако тут же автор фактически приводит примеры высочайших коллективистских принципов и начал, распространённых среди членов «АА» — ну, хотя бы заключённых в некоторые их писаные и неписанные клубные нормы и правила, когда при драке любого «ангела» с любым другим человеком все остальные «ангелы» просто обязаны драться тоже, и, конечно же, на «ангельской» стороне, ну и так далее). В общем, мы очень разные в сравнении с американцами, такое ощущение вытекает из книги (да и из жизни тоже)…

Писать что-то о собственном своём отношении к «АА» и «ангелам» наверное нет особого смысла — мне кажется, что любой более-менее нормальный человек даст соответствующую оценку беспредельным бесбашенным деяниям «ангелов»…

Если говорить о книге как о литературном труде, то читается она очень легко, некоторое количество ненормативной лексики нисколько не напрягает и не отпугивает, ибо разного рода матерные выражения в основном служат только для придания большей выразительности речи «ангелов» и для обозначения некоторых их действий, чаще всего сексуального характера. Так что не только книга была интересной, но и вообще автор заинтересовал, пожалуй попробую прочитать что-нибудь ещё из его творческой копилки.

When you got nothing, you got nothing to lose

Вся орфография и пунктуация будет использована против вас! Или нас. На самом деле, это одна из тех книг, о которых больше хочется многозначительно молчать, чем говорить. С шиком так помолчать, подперев лицо рукой, роняя скупые слезы в высокую пивную кружку под отчаянную БобДилановскую гармошку. Реалии Ангелов, конечно, лишены всяческой хотя б маломальской приятности в представлении уравновешенного человека. Но ко мне данная книга попала в нужное время, когда внутри засел какой-то бес, эдакий мерзко хихикающий субъект, которому нравятся истории про удолбанных в дым байкеров. Хотя книга вовсе не об этом…

Я поняла, что Хантер - мастер, еще когда зачитывалась с неподдельным упоением Лучше, чем секс , хотя на американскую политику конца прошлого столетия мне более чем плевать. Байкеры тоже, скажем так, не самая мне знакомая тема, но так уж с Томпсоном: из любого явления конфетку сделает. А если явление экстраординарное, вот как Ангелы, то держитесь, будет весело. Поначалу я думала, что это будет нечто похожее на расследование: будем подробно анализировать вымысел об Ангелах, насаждаемый СМИ, а потом сравнивать эти нагромождения предубеждений с реальным положением дел глазами очевидца, проведшего с ними 9 месяцев. Временами так и было: первую половину книги видно желание автора развенчать мифы об «отверженных», показывая их в типичных ситуациях, ничем особенно не выделяющихся. Скажем, вечеринка с участием Ангелов не обязательно закончится атомным взрывом, массовым мордобоем или сожжением дотла близлежащих домов. Скорее всего, эти люди будут пьяны, обкурены и вследствие неадекватны, даже буйны, но тут уж на память любого может прийти какая-нибудь бурная ночка из юности, чтобы удостовериться, что вечеринки для всех, в той или иной степени, одинаковы. Другое дело, когда в игру вступают газетчики, а на дворе начало 60-ых: здесь Ангелы выступят как нацисты/сатанисты/насильники/убийцы/мародеры во всех возможных комбинациях. Журналистам сенсация нужна всегда, а особенно когда ничего сенсационного нет. О, они просто никогда не признают, что в Ангелах нет ничего дьявольски особенного. Что они – закономерное явление для своего времени, просто-напросто спровоцированное этим же самым временем.

Они, безусловно, большие оригиналы: со своими знаками отличия, на ревущих мотоциклах, мчащиеся на гигантских скоростях, приходящие без спроса, уходящие без предупреждения. У них редко есть что-то кроме мотоцикла, - никакой социальной значимости, никаких перспектив. Так чему удивляться, что такие люди творят все, что придет в голову? Кого им бояться, если у них атрофировалось само понятие страха? Но при том можно понять и принять, что Ангелы – не изверги. Они лишь те, кому нечего терять…

Во второй половине книги Хантер начинает позицию менять, оно и понятно – сколь бы он ни был возле них, ему никогда не стать одним из них. Он только их хроникер; доброволец, дающий свой ответ бездумно городящим околесицу чистеньким репортерам. И все-таки у него было куда возвращаться, к чему стремиться и куда идти. А Ангелы вечно колесят по дьявольскому кругу, пока не гибнут, сгорая и испепеляясь. И даже саморазрушаясь на невиданной скорости, они продолжают. Потому что это их игра. И потому что пошли все к черту.

Есть нечто в облике пролетающего мимо мотоциклиста, что пробуждает во многих автомобилистах желание совершить убийство.

По одной из дорог Калифорнии с оглушающим рёвом мотора, раздающимся на всю округу, мчится ураган в виде нескольких сотен мотоциклистов. Длинные бороды, банданы, перчатки с короткими пальцами, черные кожаные куртки и нашивки на спинах с изображением черепа. Они называют себя Ангелами Ада. Теми, кто бросил вызов обществу, кто добровольно выбрал жизнь разбоя, грабежа и пьянства, кто наводит страх на целые города и остаются безнаказанными. Так ли на самом деле страшна одна из самых ужасных мотоциклетных банд Америки, как о ней рассказывают в новостях людям из другого, гораздо более приличного мира?

Впервые эта книга вышла в 1966-ом году, когда в Америке как раз никак не утихали страсти вокруг "отверженных". На носу был ежегодный фестиваль, на котором должны были собраться тысячи мотоциклистов. Томпсону предложили написать об этом статью, но что можно написать об Ангелах Ада? То, что и так говорят в новостях? То, что приводится в полицейских сводках? Можно ли этому доверять? И Томпсон, человек у которого и в помине не было тормозов, ради репортажа прыгнул в самое жерло вулкана, придя к "отверженным". Около года он был с ними на одной волне, делая заметки и создавая свои статьи. А на выходе получилась полноценная книга, в которую сами Ангелы тыкали толстым грязным пальцем и, брызжа слюной, кричали, что это, "мать вашу, самая честная книга, когда либо написанная о нас".

Мы - законченные изгои для этого общества, мы - аутсайдеры, противостоящие обществу. Именно такими мы и хотим быть. Случается что-нибудь хорошее - мы смеемся над этим хорошим. Мы - ублюдки для окружающего мира, а они, представители этого мира, - ублюдки для нас.

Бесконечное пьянство, сожженные дотла бары, массовые драки, переломанные кости и покалеченные судьбы – всё это составляющие жизни "Ангелов". При одном только взгляде на проносящийся мимо поток "отверженных" на их железных конях, можно истечь холодным потом и запереться в своей машине, не говоря уже о том, чтобы рискнуть вставить поперёк им хоть слово, нарвавшись на конфликт. Газеты пестрят яркими заголовками, полицейские выстраивают целые патрули, обычные граждане вооружаются ружьями и запирают свои дома, узнав, что в их городе будет проходить парад "Ангелов", но такое ли это страшное чудовище на самом деле?

Чудовищами их сделало общество. Те самые приличные люди в галстучках, у которых никогда бы не хватило смелости даже на каплю того, на что способны "Ангелы". Обычным людям нужна была груша для битья, мнимое чудовище, страшный антагонист, социальная группа, которую можно было бы законно ненавидеть и размахивать своими факелами. И с помощью средств массовой информации и полиции "Ангелов" уже превращают в "Настоящий кошмар", в "отбросов", "неудачников", "насильников и психопатов". На них навешивают клеймо убийц и бандитов, лишь раззадоривая их пыл. На деле же, большинство "отверженных" – это обычные люди, которые, как и все, подрабатывают в супермаркетах и встречают теплыми объятиями своих дочерей. Просто им нужно было быть не такими как все, нужно было быть чёрным масляным пятном на этом белом холсте жизни, явлением, о котором говорили бы и боялись миллионы. В этом и заключался истинный кайф.

Ангелам не нравится, когда их называют «неудачниками», «проигравшими», но они уже научились жить с этим ярлыком. «Что ж, похоже, я такой и есть, – сказал один из них. – Но ты смотришь на неудачника, который, прежде чем окончательно выйти вон, устроит здесь настоящий беспредел, такой, что тебе ад покажется раем…»

Томпсон, решив приручить это огнедышащее чудовище, вливается к ним в банду, пьёт пиво с их главарём, ездит на их фестивали и делает всё, чтобы "отверженные" его приняли. В своей книге он рассказывает о них всю правду. Такую, что не увидишь больше ни в одной газете. Рассказывает об их отношении с обществом, образе жизни, о ценах на мотоциклы, фирменных нашивках, драках с полицией, судебных разбирательствах, традициях и привычках. Смотрит с совершенно другого ракурса на скандальные новости о том, что "Ангелы" кого-то изнасиловали, убили или провезли наркотики через границу. Но, как нельзя выйти сухим из воды, так нельзя и подружиться с "отверженными", оставшись невредимым. Что и доказывает финал этой истории.

"Ангелы Ада" – честное, откровенное, пропитанное запахом гари и табака журналистское расследование, которое высмеивает не "Ангелов", а всю Америку как страну, с её расшатанной системой ценностей, расхлябанной полицией и лицемерными журналистами. С её "правильным" обществом, которое готово ненавидеть всё, что движется и отстаивать свои никому ненужные права. "Ангелы Ада" здесь гораздо честнее и открытее тех, кто выступает против них, хоть и сами они далеко не ангелы. Ха! Всем, кому интересна данная тема, фанатам Томпсона и просто "неудачникам", рожденными проигрывать, советую прочитать книгу и составить своё мнение о бородатом завывающем чудовище. К тому же, Томпсон пишет так, что у читателя словно появляется возможность самому посидеть в баре с байкерами, которые через минуту разнесут тут всё, или запрыгнуть на мотоцикл и помчаться по хайвею, ощущая невероятную свободу от всего, что тяготило раньше.

Тот, кто сам в себе будит зверя, избавляется от боли чувствовать себя человеком.

Очень качественный образчик журналистского расследования-исследования и, как итог, документальной прозы. Журналистам читать обязательно и следовать заветам Ильича: учиться, учиться и еще раз учиться. Тема (житие собачие родоначальников всех байкеров по имени Ангелы Ада, их взгляды на жизнь и вообче) для меня не совсем актуальна. Если бы я жил в 1966 году или если бы Томпсон писал в 2011 о современных асоциальных организациях, моя оценка была бы намного выше. Не рекомендуется к прочтению лицам с повышенной чувствительностью к чистоте языка. Количество мата иногда зашкаливает даже для меня. Если говорить о передаче речи самих Ангелов Ада, то тут все правильно: как говорят, так и пишем. Журналист должен быть честным, не надо нам всякой там политкорректности и стыдливых многоточий! Но вот когда сам автор в своих рассуждениях, аналитических выкладках начинает вспоминать чью-то мать и склонять ее во всех позициях, тут перебор. Понимаю, контркультура и все дела – но все же… Интересна книга в первую очередь историей создания такого социального феномена как outlaw, сиречь «люди, считающие себя вне закона», и ролью в этом СМИ, в погоне за сенсацией нагнавшими страх и ужас на всю Америку. Хотя, по словам Томпсона, на самом деле «безграмотные насильники и алкоголики» почти белые и почти пушистые. Истина где-то рядом, точнее посередине. ОЦЕНКА -5 -4 -3 -2 -1 0 1 2 3 4 5

Мне очень понравилась книга. Мне близка культура байкеров, у меня много друзей- мотоциклистов, среди них попадаются колоритнейшие личности. Поэтому книгу я пропустила через себя чуть более, чем, наверное, следует. Впрочем, я получила также огромное эстетическое наслаждение: язык Томпсона образен, сочен, ярок, и даже ненормативная лексика, которой в книге в изобилии, удивительно уместна. Сюжет немудрен и известен многим. Лирическое альтер – эго Томпсона – Писатель – по пятам следует за байкерами из группировки под названием «Ангелы Ада». Члены группировки знамениты своим крутым нравом, отсутствием морали, тотальным неприятием законов социума и устрашающей символикой. Молодой человек пишет книгу и статьи о столь знаменательном явлении Америки 60-х, а заодно пытается разобраться, что же правда, а что ложь в многочисленных слухах о жизни и приключениях Ангелов Ада. Томпсон – не летописец мира Ангелов. Его цель – не столько составление хроники, сколько создание образа Ангелов Ада. Книга – «репортаж с места событий», но также – несомненно и литературное произведение, потому не всегда иной раз ясно, что же правда, а что – художественный вымысел с художественными же задачами. Образ Ангелов собирателен: как правило, демонстрируются все Ангелы «в деле», но иногда Томпсон выделяет в повествовании отдельных Ангелов и останавливается на них подробнее. Безусловным негласным стержнем образа Ангелов Ада является Баргер, лидер группировки, Первый Рыцарь в крестовых «ангельских» походах. Неоднократно подчеркивается стихийная, хаосная природа мира Ангелов Ада. Герой – писатель попадает в «сердце тьмы» (позже, ближе к концу, он процитирует Куртца из «Апокалипсис сегодня»), а обитателей этого «мира» он называет то гуннами, то пиратами, а мотоциклы не раз отождествляются с конями. Заметно, что симпатии Писателя – на стороне Ангелов, он находится под впечатлением от столь оглушающей силы и упоительной свободы, порой романтизирует Ангелов, восхищается их самобытностью. Однако видно, что, хоть герой и формально с ними, всё же он обособлен от Ангелов: у него нет мотоцикла, он следует за ними на машине, таким образом происходит обособление его от «ангельской» тусовки, а многие члены группировки относятся к нему как к чужеродной части того слоя мира, который им не близок и непонятен. Ключевой мотив романа – мотив дороги. «Дорога – их дом», все события романа так или иначе – «дорожные»: это жестокая рок-н-ролльная «сказка странствий». Дорогой же роман заканчивается, в финале происходит нечто интересное: герой, до того водивший только автомобиль, получает своеобразный подарок судьбы за свои страдания – мотоцикл. Он совершает пробег по ночному шоссе, одинокий и почти свободный, подобно извращенному американскому Чичикову.

Этот парень был из тех, Кто просто любит жить, Любит праздник и громкий смех, Пыль дорог и ветра свист. Он был везде и всегда своим, Влюблял в себя целый свет И гнал свой байк, а не лимузин, Таких друзей больше нет. Ты летящий вдаль, вдаль ангел Ария «Беспечный ангел»

Добро пожаловать в мир Outlaws, мир в котором свобода не пустой треп, мир в котором твои карманы пусты, а мозги свихнуты набекрень от действия различных наркотических веществ уже смешанных с алкогольным опьянением. Мир, в котором крутой вираж суть жизни, философия его преодоления, а байк самое важное. Заводи мотор, выжми из него максимум, вперед на шоссе приключения ждут, что бы не случилась, сделай это: сожги мир в объятьях смерти и улети в космос! Мы рождены, рождены быть свободными! Отверженные, презираемые обществом или просто человеческий мусор на обочине цивилов, встречайте воины дорог Hells Angels от легендарного репортера, культового писателя нонконформистской культуры, человека создавшего особый и уникальный жанр журналистики, который умел показать то, что было скрыто от глаз. Эта история о байкерской банде «Ангелы ада» рассказанная Хантером, дала сильнейший импульс развития и популяризации байкерского движения в мире, что в конечном итоге стало брендом. Ангелам стали подражать, некогда грязное отребье, испускающее огонь из своих задниц сидя на стальных «боровах», накачивающаяся пивом свои животы и пытающаяся отодрать сладкую сучку, превратились в героев времени. На данный момент филиалы Ангелов насчитываться более чем в сорока странах мира, где с шестидесятых годов балом правит не сменный лидер и президенте клуба «Сони» Баргер. Эта история, написанная словами самих Ангелов, биография клуба и одна из удачных антропологических исследований американского общества середины семидесятых годов. Томас показал этих парней из нутрии, вывернув их на изнанку: главным образом неудачники, которые живут, не воплощая мечты в реальность, растиражированные прессой и наделавшие большой кипишь в Калифорнии. Их образ, воплощен в грязное животное, облитое с головы до ног ушатом помоев и истощающих дикий запах за километры, облаченные свастикой в нацистских касках, свингующие «Христос - Клевый наркотик». Они принимают амутал, небутал, туинал запевая пивом, что приводит к дьявольскому эффекту, комбинация барбитуратов с алкоголем может вполне оказаться смертельной дозой, но не для Ангелов. Пробеги, которые приводят к грабежам, дракам и самому любимому делу изнасилованию, это по Ангельски. Вечеринки, на которых было полно ЛСД, которое открывало сокровенные глубины понимания этого мира, где бог смотрел на тебя с небес разочарованным взглядом. И все же 1965 году Ангелы стали серьезной социальной группой с которой не возможно было не считаться. Они стали как хорошо выдержанный коньяк, их высказывания цитировались в прессе, не одна богемная вечеринка не было клеевой, если на ней не было Ангела. Во время пробега города выставляли серьезные полицейские кордоны с привлечением гражданственности, их ждали и трепетали от страха. На одной из крыш во время пробега местные жители установили пулемет, обществу нужен был враг и этим врагом были Ангелы.

На первый взгляд этот мир кажется оригинальным, но когда вся гниль, скопившаяся в теле начинает болеть, начинаешь понимать что боль это малая цена за то чтобы быть Ангелом.

Честно говоря, не знаю, чего я ждала от этой книги. Точно не того, что мне будет скучно. А мне было оооооочень скучно ее читать. Тут совместилось все: и не самая, как оказалось, интересная мне тема, плюс слишком уж подробное и постоянно повторяющееся журналистское исследование, и практически полное отсутствие событий. Все детали, мелкие происшествия, подробные отсылки к давним историям, лишь косвенно относящимся к теме произведения – все это размывает внимание читателя. И за этими мелочами теряется основное: что же все-таки хотел сказать автор? Если это летопись, то она крайне избирательна и ограничивается очень коротким периодом времени, не затрагивая одно из самых знаковых событий из истории "ангелов" – 1969 год и фестиваль в Алтамонте. Если это хроника нескольких преступлений, то никакой интриги, саспенса, не получилось. Захватывающие моменты очень быстро теряются в море отступлений, дополнительных фактов и "грязной" лирики. А если это социо-культурное исследование, то оно получилось односторонним – без изучения предпосылок к появлению этой волны и причин ее угасания. Вообще именно этот аспект был бы для меня самым интересным. Но автор лишь показал нам настоящее "ангелов", без глубины и поиска сущности всего явления.

А ведь на самом деле это очень интересно – появление в разные периоды развития общества подобных контр-культурных явлений: наряду с мотоциклистами, скин-хеды разных стран, радикальные футбольные фанаты Англии и некоторые другие. Почему они появляются? Как угасают подобные агрессивные течения? Как так получается, что они при всей их кажущейся опасности и одиозности не приносят какого-то действительно ощутимого урона всему обществу, стране? И, что самое интересное, как агрессивное начало умудряется из раза в раз проигрывать миролюбивому? Почему в итоге больше молодежи идеологически оказалось ближе к мирным хиппи, чем к воинственным ангелам? И эта история повторяется вновь и вновь. Эта тема оказалась вообще не тронутой Томпсоном. Он лишь заронил зерна сомнения и вопросов во мне. Вызвал желание покопаться в этой теме дальше (что я и постараюсь сделать).

Вторая тема, которую тоже можно было бы чуть поглубже покопать – это лицемерная по сути своей природа провозглашаемой "ангелами" свободы от морали, общества, государства. Автор иногда цепляет этот пласт вопросов, но совсем слегка, не развивая тему дальше и глубже. А ведь если докапываться до сути, то так кичащиеся своей независимостью "ангелы" оказываются одними из самых зависимых, бесправных и несвободных элементов общества. Их не-работа, отсуствие привязанностей для отсутствия обязанностей приводит лишь к тому, что они оказываются зависимыми от подачек добрых "цивилов" – родственников и друзей. Они продают свой имидж и свою свободу за несколько сотен долларов за интервью и фото. Они живут на пособия – то есть на те деньги, которые платят в казну так ненавидимые ими "нормальные люди". Какая же это свобода? Это обычный паразитизм. А жизнь паразита, при всем его ничегонеделании, никак не назовешь свободной. Почему же так романтизирован такой образ жизни? Что люди, даже не следующие за "ангелами" по их пути, находят вдохновляющего и впечатляющего в них? Чем эти вечно немытые, нетрезвые и агрессивные тунеядцы привлекают умных, "цивилизованных" людей?

Если очистить всю шелуху о "бесконечной дороге", "ветре в лицо" и "свободе полета", то в остатке останется только зависть к хулигану, который может без оглядки на ограничения общества выпускать наружу своего внутреннего зверя. На самом деле каждому из нас иногда хочется без разговоров стукнуть чем-нибудь тяжелым по голове обидчика, хочется говорить в лицо все гадости, которые приходят в голову, хочется расколотить что-нибудь до щепок. "Ангелы" могли себе это позволить, и этому нет-нет, да и позавидует обычный клерк из огромного офиса. Но подводить под это новую философию свободы, создавать привлекательный образ бунтаря, как по-настоящему свободного и, следовательно, более высокого по уровню Человека с большой буквы – на мой взгляд крайне странно. И, к чести Томпсона будет сказано, именно этот аспект он постарался аккуратно нивелировать: особенно хорош в этом плане финал произведения (точнее послесловие), расставляющий все по своим местам в образе настоящего "ангела ада". Только очень и очень многие читатели, мне кажется, последние страницы как-раз и не читают, или не обращают на них внимание.

С.R. Друзья, ну это совершеннейший непрофессионализм – ставить на обложку "Ангелов Ада" спортивного раллийного мотоциклиста (явно 80-90-х годов). Ну неужели не нашлось ни одной фотографии Харлея? Из изданий на английском выделю новое издание от Penguin – минималистично, но очень красиво. А вот на центральной обложке рекламный слоган – strange and terrible saga – в котором (imho) ложь все, кроме "and" :)

Как я это вижу - книга совсем не про банду мотоциклистов, которые держали в страхе (да и до сих пор пугают) жителей США. Не про этих отбросов, на которых навешивали все грехи и использовали как пугало. Книга о том, что происходит в системах Америки. В СМИ, в правительстве, в социуме. О том, как с помощью различных газет, репортажей и благодаря тяге читателей к «жареным фактам» из обычной толпы неудачников, которые были увлечены своими мотоциклами, сделали натуральное чудовище. Можно сказать, взрастили самостоятельно. Ведь все что хотели эти бандиты - кататься на своих мотоциклах, чувствовать себя отбросами и испытывать от этого какую-то свою гордость. Но американцам нужен был такой жупел, чудище, которое можно было изредка тыкать палочкой и смотреть, что они сотворят в ответ, как ответят в своей манере. Кто-то для того, чтобы можно было себя чувствовать себя лучше на их фоне. Как там пелось «С известной долей гордости вспомнить кулаки люберов». А как только они стали популярными, благодаря этим репортажам и обращенному на них вниманию, то к ним стали присоединяться все больше и больше людей. Поведение их становилось все более агрессивным, они начали чувствовать свою власть и возможности. Такое самоисполняющееся пророчество. Вот об этом и пишет Томпсон.

Он ездит вместе с этой бандой, рассказывает впечатлениях, которые произвели на него эти люди, собирает различную информацию из газет, показывает как формируется общественное мнение. Он не говорит, что все эти «Ангелы» - ангелы (да, я долго ждал возможности вставить этот банальный каламбур). Но это вполне обычные люди, которые живут рядом с нами. Возятся в гаражах, думают, как бы заработать денег, не хотят отдавать себя на откуп системы. И через его рассказы отлично прослеживается эта основная мысль. Да, вначале все это довольно скучно читать. Автор как будто только начинает раскручиваться - дает какую-то сухую выжимку, переосмысливает произошедшие события. Но стоит ему завести рассказ о собственных впечателениях от этих людей - вот тут уже читать становится интереснее. То, как эти мотоциклисты отправляются на слеты, как они живут в своей «обычной обстановке». По ходу он развеивает несколько связанных с этими байкерами мифов. Например, про изнасилования, или про перевозку наркотиков. Не знаю, как сейчас, но во времена когда эта книга только писалась, выглядят эти доводы вполне себе логичными. Да, в этом повествовании довольно много повторов одной и той же мысли. Иногда даже возникает ощущение, что повествование ходит по кругу. Иногда не понятно, когда заканчивается история самого автора и повествование переходит к другим точкам зрения. Но в целом, все это выглядит очень органично и легко читается.

А теперь о плохом - перевод. Он в этом издании ужасен. Можно было бы сразу об этом догадаться встретив лакмусовую бумажку переводчика - «кавказский мужчина». Ну не выходец с Кавказа он. Caucasian в английском языке - это обычный белый человек, представитель европеоидной расы. Но дальше подобных финтов встречается все больше. Откуда-то появляются бумажные ткани, брюки превращаются в комбинезоны. Переводчик активно гордится словом outlaw и оставляет его без перевода, что тоже очень режет глаза. Но больше всего меня раздражало то, что мотоциклы становятся боровами. У слова Hog есть несколько вариантов перевода. И «боров», пожалуй, самый худший в данном случае. Боров - это кастрированный кабан, ленивый, жирный. Почему не воспользоваться обычным словом «кабан». Есть в нем и неповоротливость и тяжесть, но при этом - нет какого-то негативного оттенка. Я понимаю, что это слово – моя вкусовщина, но из таких мелочей складывается все впечатление от книги, от её перевода.

Так что стоит отметить, что книга сама по себе хороша, она выполнена в таком старомодном стиле гонзо-репортажа, с деталями, размышлениями и хорошими подводками для осмысления более глубоких вещей, чем история и летопись банды мотоциклистов. Но вот перевод - вот что портит все впечатление от этой книги. Жаль, что я не очень хочу перечитывать эту книгу на английском или в другом переводе.

Книга написана объективно и Не предвзято, потому что описаны, как плохие моменты, так и положительные стороны такого мотоклуба(группировки на тот момент), как Ангелы ада. Хотя у автора были все основания описать мотоклуб  с плохой стороны, потому что "расстался" Томпсон с ними плохо ( безосновательное побоище, где автор был в роли жертвы событий). Описаны причины зарождения, развитие и направление движения мотоклуба, так сказать духовная основа "отчуждение" от системы-миропорядка (чтобы вступить в клуб нужно было "расстаться" с системой, совершить немыслимое действие на глазах  членов клуба, чтобы доказать, что с миром ты готов расстаться и тебя с ним больше ничего не связывает, показать насколько ты сумасшедший(не такой как большинство членов общества)).
Вот человек, который никогда из себя ничего не представлял. Но сегодня вечером он вывел из равновесия департамент полиции и пожарную службу Лос-Анжелеса. Он заставил вызвать национальную гвардию. Сегодня вечером он стал личностью.
Хантер за все время проведенное с мотоклубом так и не стал своим, хотя был вхож вместо тусовок, а так же имел много знакомых среди клуба. По описанию получается государство в государстве, и в нем есть своя иерархия, свои порядки, свой быт-уклад, свои плюсы и минусы.
Так же автор в книге затрагивает такие зарождающиеся субкультуры, как панки и хиппи. Проводит интересные аналогии, сравнение с байкерами "outlow". Вот  общество уже начало привыкать к байкерам, начало их популизировать, как внезапно появилась "погоная" молодежь, от которой не знаешь чего ожидать и от  начинаешь бояться. Вот байкеры уже  подавляют марш студентов против войны во Вьетнаме. А это уже начинает расходиться с изначальной идеалогией быть "отверженными", быть вне системы, быть аполитичными. Вот байкеры уже хотят за свои интервью денежку, чтобы что то приобрести у системы(а не "отжать" или "надыбать"), которую они ненавидят и к которой вроде бы враждебно относятся. Так же в книги Хантер затрагивает появление телевизора и оболванивание населения. Автор объясняет со своей точки зрения, почему люди состоящие в клубе предпочитают мотоциклы и в чем схожесть мотоцикла с ЛСД, приводит аналогии.
Повествование в книге не заставляет принимать читателя чью либо сторону, оно просто говорит вот так и так, а выводы вы уже сами делаете исходя из своего мировоззрения. И такая манера написания,- это огромный плюс Томпсону.
Всю жизнь моя душа искала нечто, чему названия дать я не могу.
Я был таким же, как и вы, И вы будете таким же, как я.