Письма

Жизнь мистера Уальда можно выразить тремя пословцами
1. Красота - страшная сила. С детства окруженный классической красотой, он получил базис, который дал пищу многим его произведениям. И в Оксфорде преподавателями быль Джон Рескин и Ултер Пейтер. А путешествие по Греции - повезло же ему. И а Америке побывал и жену нашел. Живи и радуйся, но..
2. Любовь зла - полюбишь и козла. Только мелкий рогатый скот в городах не водится. Но и тут везет - нашел. Некий лорд Дуглас, отец -боксер, мать -истеричка. Но крышу у него снесло окончательно от красоты молодого и небезгрешного человека
3. От сумы и от тюрьмы не зарекайся. Ну и процесс закатил маркиз Куинсберри. Куда уж бедному писателю тягаться с аристократами.
В итоге - смерть в занюханном парижском отеле.
Красота спасет мир? Чепуха, если пристрастие к красоте погубило одного человека.

Если бы все писатели и поэты прошлого и современности оставляли после себя письма, настоящие письма настоящим людям, и вкладывали бы в них всю свою любовь, всё своё страдание, всю радость и горечь бытия; и если бы на каждого из них нашёлся бы издатель, готовый бы это напечатать, возможно, сегодня мы могли бы понимать многих из них.
В своё время я представляла себе Уайльда "другим" человеком.
"Письма" - прекрасная вещь; это словно самостоятельный роман о жизни великого человека, такого же как мы, попавшего в водоворот диковинных страстей, живущего своей жизнью, сопереживающего и любящего, самоотверженного и беззащитного. Эти письма заставляют то улыбнуться, радуясь прелестному остроумию и самовлюблённости Оскара, то грустить и сжав губы, читать о его вселенской тоске, о письмах, которые "можно писать раз в три месяца" из тюремных стен, о людях, которых он любил и которым верил.

Это книга в письмах, написанная Уайльдом, возможно, самое искреннее и самое честное из всего того, что мне когда-нибудь доводилось читать.

Сложно дать "Письмам" однозначную характеристику. В одних, адресованных близким друзьям, много душевной теплоты и любви, в других, преимущественно редакторам лондонских газет, сарказм переплетается с гениальностью.

«Письма» позволяют заглянуть в душу Уайльда и отчасти даже разделить с ним все перипетии судьбы.

Мне было непросто читать письма, написанные в годы тюремного заключения. В них много горечи, боли и тоски. Но еще тяжелее дались последние письма, где Оскаром в полной мере описаны невзгоды человека, в одночасье потерявшего все: честь, имя, славу, деньги. Но он не потерял гордости. До конца он был все тем же Оскаром Уайльдом, великим литератором и эстетом.

Он ценил друзей. Свою пьесу «Как важно быть серьезным» Оскар посвятил Роберту Россу, написав на подарочном экзампляре: «Воплощению Совершенной Дружбы: Робби, имя которого я начертал на вратах этой скромной пьесы. Оскар. Февраль ‘99» Это не было ни лестью ни даже преувеличением, Росс и правда представлял собой идеал друга. Он остался верен Уайльду после всех невзгод, обрушившихся на голову писателя. Именно он поддерживал Оскара морально и материально в последние годы. Это он был с ним в последние предсмертные часы. И он стал литературным душеприказчиком Оскара Уайльда.

Ныне Роберт Росс похоронен в одной могиле с Уайльдом на кладбище Пер-Лашез в Париже.

Оскар Уаильд "Письма"
Для этого нет слов в моем лексиконе.
Личные письма Уаильда, письма для публикаций в газетах... письма, в которых весь он. Я читала книгу медленно, с наслаждением. Вот! Я нашла это слово! Я буквально наслаждалась чтением, наслаждалась каждой строчкой. Это едва ли не лучше его книг, но может потому, что письма открывают нам не только Уаильда-писателя, но и Уаильда-человека... Хотя каждое его письмо - это маленькое произведение искусства.

А на середине книги поняла, что фактически ностальгирую по тем временам, когда сама часто писала письма...

Сборник помогает заглянуть хотя бы немного в душу великого гения английской литературы, позволяет поднять завес над жизнью, в которой так переплелись блеск, великая любовь, красота и трагичное падение в бездну отверженности и отчаянья.

Первая половина писем восхитила меня потрясающим стилем, яркостью, точностью, меткостью и язвительностью высказываний, афоризмами, пестрящими на каждой странице и изумрудным ядом, сочившимся из писем редакторам и оскорбленным антиморальностью произведений читателям.
Над второй же половиной переписки я откровенно хохотала. Такое чувство, что, познакомившись со своим обожаемым Бози, Уайльд (замечу - уважаемый писатель, звезда своего времени, сорокалетний мужчина двухметрового роста и медвежьей комплекции, с благородным лицом английского лорда, обремененный женой и двумя сыновьями) растерял все свои мозги, самоуважение и чувство юмора. Потому как за короткими и меткими посланиями резко пошли четырехлистовые пространные манускрипты с фразочками типа

Моя прелестная роза, мой нежный цветок, моя лилейная лилия. Даже забрызганный грязью, я стану восхвалять тебя, из глубочайших бездн я буду взывать к тебе!

><

Но веселее всего следующее:

Письмо Роберту Россу от 28 мая 1897 года

<...>*О Бози* Меня охватывает настоящий ужас перед этим злополучным и неблагодарным молодым человеком, перед его тупым эгоизмом и полной бесчувственностью ко всему, что есть в людях хорошего и доброго или хотя бы может таковым стать. Я боюсь этого несчастного, словно дурного глаза. Оказаться с ним рядом значило бы вернуться в ад, из которого, как я очень надеюсь, я выбрался. Нет, не хочу больше видеть этого человека. <...>

Письмо Лорду Альфреду Дугласу (Бози) от 4 июня 1897 года

<...> Не подумай, что я разлюбил тебя! Конечно же, я люблю тебя больше всех на свете. Нам осталось сознание того, что мы любим друг друга, и я думаю о тебе каждый день, и я знаю, что ты настоящий поэт, отчего ты становишься в моих глазах вдвойне милым и чудесным. <...>