|
|
|
|
|
|
Постмодернистский роман в двадцати двух письмах. Мне кажется, или уже это настолько абсурдно, что можно не продолжать?
Переписка идет между мужчиной и женщиной, прикованными к инвалидным коляскам. Аллюзия на "Бедных людей" Достоевского почти неслучайна: Достоевский всегда был слишком русским писателем. Мастером "таинственной русской души". Так вот же она - русская душа века сегодняшнего! С одной стороны - тщетные попытки "косить" под великую империю, которая когда-то была. С другой стороны - какие-то совершенно дурацкие идеалы и гордость за собственную "неповторимость" (пожалуй, возьму это слово в кавычки).
И это было бы низкопробным бульварным романчиком, если бы было лишь вариациями на тему Достоевского. Но нет. Это лишь с одной стороны что-то отдаленно похожее на него. С другой же стороны - это стильная постмодернистская бредятина, написанная если не прекрасным, то, по меньшей мере, очень хорошим языком. Через эти потоки бреда требуется пробираться, продираться и умудриться не сойти при этом с ума. Но, бесспорно, и эти потоки бреда полны забавных аллюзий и цитат.
Безумно вкусно. Простите за двусмысленность.
Гениальный физик по имени Готлиб смешал в колбе все существующие параллельные миры и измерения, из-за чего стрела с золотым наконечником, вылетающая из одного мира вонзается между позвонками героя, живущего в другом. Двое прикованных к инвалидному креслу людей, вступивших в переписку, рассказывают друг другу о невероятных событиях, проходящих с ними. Но что в их рассказах правда, а что – вымысел, не знает никто. Даже они сами.
Знает об этом лишь один человек – писатель Дмитрий Липскеров. Из-под его пера вышел постмодернистский роман в классическом виде. В нарушение принятых в литературе условностей герои живут не в якобы реальном мире. Они поселены в сознании писателя, а следом за ним – и читателя, то есть там, где мир любой книги расположен на самом деле.
Эта книга очень тронула в свое время, и осталась любимым романом Липскерова. Все последущие книги автора тоже не оставляли равнодушной, но первое впечатление свежести и непосредственности от его текста, уже не перекрыло ни что - я знала, чего ждать и получала ожидаемое.
Головокружительное, столь характерное для явления постмодернизма, смешение эпох, жанров, культурных аллюзий, цитат, ассоциаций, образов, которым Липскеров владеет виртуозно, увлекло и погрузило в себя. Автор настолько легко ориентируется в своем параллельном мире, так органично чувствует его реальность, что без труда заражает этой текучей реальностью и читателя, заставляет проникнуть сквозь радужную пленку, отделяющую мир авторского вымысла от мира окружающего, чуть ли не поселиться там.
Эпистолярный роман, альтернативная история, фантастика, сказка, притча, фантасмагория - какой жанр главенствует в книге? Скорее - все равноправны, чем какой-то избранный. И главная ценность лично для меня во всей прозе Липскерова - бесконечная трепетность его любви к человеку, сострадание его хрупкости, сложности, неоднозначнасности, потерянности в лабиринтах своих внутренних пространств. И второе свойство, без которого текст не может стать любимым и требовать перечитывания - самобытный, абсолютно индивидуальный язык, с узорчатостью, плавностью, богатством которого трудно сравниться.
Каждому рано или поздно попадается книга, которую и читать тошно, и бросить не дает животное любопытство: что же этот маразматик выдаст под конец? Так и листаешь страницы, сквозь которые ползет разговаривающий жук, бегут человеческие руки и плывут женщины в бутылках, твердишь себе: «Это бред, бред, бред, прекрати, перестань, выбрось эту макулатуру!», но не выбрасываешь, а добираешься до конца, чтобы захлопнуть этот проклятый томик и забыть о нем на долгие и счастливые года.
Прочтение «Пространства Готлиба» - результат столкновения двух маразмов: того, кто эту книгу написал, и того, кто эту книгу читает. Первого можно оправдать: в конце концов, даже авторам иронических детективов надо на что-то жить, не говоря уж о мистификаторах вроде Липскерова. А вот со вторым при таком раскладе действительно тяжелый случай…
Доблестный читатель-герой, пробирающийся сквозь толщу липскеровской ахинеи, наблюдает переписку двух спинальных инвалидов, с которыми регулярно происходят самые, что ни на есть, бытовые случаи: в одного вселяется жук с богатым прошлым несостоявшегося российского императора, другая обнаруживает футляр с тремя человеческими руками, при необходимости свободно передвигающимися и выполняющими просьбы новообретенной хозяйки. Бытовуха, одними словом, неприкрытая жизненная реальность. На фоне присутствуют Метрическая война (причина тоже стандартна – Япония, объединившись с Грецией, насильным путем свинцовых пуль доказывают России выигрышность измерения длины в метрах, а массы в килограммах), женщины с хвостами и другими атавизмами и прочие привычные явления нашей с Вами неприглядной жизни.
Чем дальше в лес, тем сильнее колбасит нашего автора, переплетая две истории, которые и без того дали бы фору любому фэнтези, в один нескончаемый поток больного воображения. Под конец интересно уже лишь одно: кто в этой истории врет: Анна, Евгений или их непосредственный создатель Дмитрий. После того, как книга добита – а иначе и не скажешь – этот вопрос уточняется: кто из них врет больше всех, но и он, естественно, остается открытым.
Впрочем, стоит признать, что на язык Дмитрий Батькович не хромает – уж простите мне столь грубый оборот. Наоборот, в письменной речи его «подопечных» встречаются удивительно красивые метафоры, которые, увы, затмевают вышеупомянутые хвостатые женщины. Обо всех «чудесах», то и дело приключающихся с героями, говорится так, будто странного или, упаси Боже, противоестественного, в них ничего нет, да и сами герои воспринимают их как очередную реалию их порядком скучной жизни. С другой стороны, ну улетел человек в небо и улетел. С кем не бывает. Время от времени создается впечатление, что автор – здоровый человек, который просто не отличает свои фантазии от реальности – знаете, с детьми такое случается. Так что следует отдать должное – хоть кто-то на этом сделать себе имя.
Но все-таки не стоит думать, что нет ничего хорошего в этом произведении, ничего привлекательного и стоящего – это не так. Ведь в каждой книге можно найти что-то уникальное и удивительное, «Пространство Готлиба» - не исключение. Дивно хороша обложка, да, дивно хороша…
Очень понравилось, интересно, необычно, остался открытый вопрос о прототипах ??? Мне очень нравится Дмитрий Липскеров
В книге все как я люблю. Невозможно закрыть книгу, не дочитав. Неожиданный конец валит с ног. Пожалуй, лучшая книга Липскерова. ИМХО.
Простите, но бред!
