Пространство Готлиба

Лирическое отступление. Когда-то давным-давно довелось мне участвовать в одной дискуссии, развернувшейся на одном форуме. Я имела неосторожность оставить ироничный комментарий и, не учтя уровень участников дискуссии, не снабдила его смайликом класса «улыбка» :-). Тут же мои слова были приняты за чистую монету, поэтому пришлось доказывать, что это была шутка, и сетовать на то, что без смайлов никто меня не понимает и т.д. Предыдущий разговор был благополучно свернут, и начался новый холивар на тему необходимости дополнительных средств выражения эмоциональности высказываний. Причем я, как ярый на то время противник смайлов, очень активно отстаивала свою точку зрения. С той пора прошло много времени, смайликами пользуюсь, но по-прежнему уверенна, что вполне можно обойтись без них. Точнее, была уверенна до данного момента. Теперь могу сказать, что никаких слов, никаких словесных оборотов не будет хватать для формулировки моего впечатления о книге «Пространство Готлиба». Но будет достаточно одного смайла, который абсолютно точно выразит полное охреневание.

Поэтому, собственно, рецензия на книгу выглядит так:

О_о

Уважаемый Дмитрий Михайлович!

Долго думала как к Вам обратиться. Сначала я написала «Здравствуйте, писатель Дмитрий Липскеров», но решила, что это слишком сухо. Затем попробовала «Многоуважаемый…», но так опять слишком помпезно и старомодно. Еще можно «Дорогой…», но это уж как-то интимно что ли. И так с десяток начал, пока не пришла к этому, хотя и оно скорее всего нехорошее. Вы уж простите меня.
Спасибо Вам за то, что обратились к такому редкому ныне жанру – роману в письмах. Сразу повеяло классикой, Достоевским…Ваши герои, ведь, тоже бедные люди, потому что несчастные, инвалиды-колясочники. Как романтично! Они пишут друг другу письма! Эпистолярный жанр умирает, а ведь какое это красивое и душевное занятие! Сколько возможностей выразить себя! Вот и Вашему роману эта форма придала некую достоверность и этакий налет романтичности, а потому и особое очарование.
Жаль только, что в середине книги, когда события со скоростью света понеслись, сменяя друг друга, Вы так увлеклись, что забылись и нарушили эту форму. Роман стал просто приключенческим, но ближе к концу приобрел первоначальный вид.
Герои вызвали сочувствие и уважение. Он и она. Несмотря на столь ограниченные возможности, не унывают, ищут и находят удивительное рядом, мечтают, влюбляются, сочиняют свою жизнь. А уж что они придумывают! Это же...слово-то забыла…как это назвать... фантастика…нет, не то, магический реализм! Тоже не совсем. Фэнтази? Пожалуй, да, но тоже не совсем то. Точнее всего будет сказать, что это история двух реальных героев, помещенных в особый мир, находящийся на стыке нескольких других параллельных миров, которые смешал некий Готлиб, с элементами всего вышеперечисленного. Так мне кажется, хотя, может, я и ошибаюсь, поправьте меня, если это не так. Феерическое, оргазмическое повествование! Мыслимое и немыслимое смешение всего и всех. Да, и уж эротики мало не показалось! Понравилось, как вкусно Вы рассказываете «про это». Только вот немного удивили однообразные эпитеты (видимо, любите сладкое, да?) Чуть-чуть бы добавить оттенков, красок в описание интимных сцен и тогда уж точно «пальчики оближешь»!
Боже! Ведь чего только не приключалось с героями и чего там только нет! И ожившие чудо - руки, которые и еду приготовят, и на гитаре сыграют, и в доме приберут, а еще могут массаж сделать и доставить маленькие радости, и женщины всех времен и народов, живущие в бутылках, и загадочная колесница, разъезжающая по Арбату, и девушки с хвостами, и юноши без ногтей… Очень густой и весьма крепкий коктейль из выдуманных и реальных персонажей и обстоятельств. Даже, извините, создавалось впечатление нагромождения всего и всех и присутствует некоторая небрежность, как мне показалось.
Впрочем, все это изложено с большим добродушием и непосредственностью, так что читается легко. А самым милым из фантастических персонажей мне представляется говорящий жук-паразит, живущий под кожей у ГГ, напомнил собой «Превращение» Кафки. История его жизни и любви – это отдельная история, этакий роман в романе (как тело жука в теле человека).Да, забавно написано. С мягким таким юмором…
В целом легкое, бесхитростное чтиво, без особых глубин и, как все развлекательное, читается легко. А Вы, Дмитрий Михайлович, ведь, другого и не планировали?
А вот конец романа, откровенно говоря, не понравился! Я надеялась, что это будет оригинальный и мощный заключительный аккорд, ну или хотя бы веселый, а получилось не совсем внятное разоблачение обмана девушки, и параллельная фантастическая развязка тоже не впечатлила. Осталось чувство разочарования, увы.
Очень удачно легкомысленная атмосфера этой книжки наложилась на мое летнее отпускное настроение. Не пожалела, что прочитала. Не знаю, скоро ли прочту следующую Вашу книгу (отпуск-то закончился!), но буду краем глаза следить за Вашим творчеством! Вам же желаю творческих успехов!
Читательница Ваша N….

P. S. Для тех, кто все еще путает Дмитрия и Михаила Липскеровых, сообщаю, что первый из них приходится сыном по отношению ко второму. И даже по стилю и по содержанию книг можно догадаться об их родстве, это как раз тот случай с яблоней и яблоками.)))

Совершенно обычный эпистолярный роман, повествующий (и представляющий собой) переписку двух людей среднего возраста, инвалидов-спинальников. Евгений - ветеран войны, потерявший возможность ходить в результате боевой травмы. Анна - одинокая вдова, сбежавшая в село от городского шума и постоянных напоминаний о своей увечности, которая стала последствием личной драмы. И ничего бы примечательного или из ряда вон выходящего в романе не было, если бы не пара деталей. Например:
- жук Hiprotomus Viktotolamus, он же в прошлой жизни Российский Император Аджип Сандал, эротоман и инфантил, который ныне живет под кожей главного героя, сросшись с ним пучком нервов;
- набор рук (совершенно индивидуальных и автономных рук) в числе 3 (трех) штук, среди которых: Лучший Друг (кухонный комбайн, пылесос, полотер, повар, охранник, временами - еще и любовник); Лучшая Подруга (изнежена и манерна, что не мешает ей быть хороший массажисткой); Горький (собственно, Максим);
- история русско-японско-греческой войны (Метрической), связанной с активным сопротивлением русских внедрению метров, литров и граммов;
- апельсины как фактор греческой геополитики;
- женщина с небольшим хвостиком, который умеет открывать замки;
- врач районной поликлиники с хардкорными лесбийскими наклонностями;
- русская Императрица, понесшая от коварного араба, сброшенная на бамбуковые колья;
- правая нога без ногтей на пальцах и фут-фетишизм по-французски;
- французско-русский садомазохизм и женщина с "феноменом Барби";
- идеальная девушка из бутылки с вином;
- молодая барышня, отдающая свою молодость престарелому любовнику с каждым актом;
- секс по переписке и последующая беременность;
- прошлая собачья жизнь и золотая стрела вне времени и пространства;
- бутылки Готлиба - забавные сосуды для объединения измерений;
- сам Готлиб - метафизический пакостник...
...ну и еще достаточно веселья. Все это, как в хорошем квесте, сочетается в нужное время и в нужном месте. В общем, изысканный бред в хорошем литературном оформлении (правда - очень сочный слог в письмах); сюрреалистический текстовый лабиринт, в котором чувствуешь себя как дома.
P.S. флешмоб-2011, искренняя благодарность Sonya-san

Постмодернистский роман в двадцати двух письмах. Мне кажется, или уже это настолько абсурдно, что можно не продолжать?
Переписка идет между мужчиной и женщиной, прикованными к инвалидным коляскам. Аллюзия на "Бедных людей" Достоевского почти неслучайна: Достоевский всегда был слишком русским писателем. Мастером "таинственной русской души". Так вот же она - русская душа века сегодняшнего! С одной стороны - тщетные попытки "косить" под великую империю, которая когда-то была. С другой стороны - какие-то совершенно дурацкие идеалы и гордость за собственную "неповторимость" (пожалуй, возьму это слово в кавычки).
И это было бы низкопробным бульварным романчиком, если бы было лишь вариациями на тему Достоевского. Но нет. Это лишь с одной стороны что-то отдаленно похожее на него. С другой же стороны - это стильная постмодернистская бредятина, написанная если не прекрасным, то, по меньшей мере, очень хорошим языком. Через эти потоки бреда требуется пробираться, продираться и умудриться не сойти при этом с ума. Но, бесспорно, и эти потоки бреда полны забавных аллюзий и цитат.
Безумно вкусно. Простите за двусмысленность.

Гениальный физик по имени Готлиб смешал в колбе все существующие параллельные миры и измерения, из-за чего стрела с золотым наконечником, вылетающая из одного мира вонзается между позвонками героя, живущего в другом. Двое прикованных к инвалидному креслу людей, вступивших в переписку, рассказывают друг другу о невероятных событиях, проходящих с ними. Но что в их рассказах правда, а что — вымысел, не знает никто. Даже они сами.

Знает об этом лишь один человек – писатель Дмитрий Липскеров. Из-под его пера вышел постмодернистский роман в классическом виде. В нарушение принятых в литературе условностей герои живут не в якобы реальном мире. Они поселены в сознании писателя, а следом за ним — и читателя, то есть там, где мир любой книги расположен на самом деле.

Главные герои Анна и Евгений — это голоса в голове автора. Уйдя от условностей реалистической эстетики, автор становится максимально свободным. Его книга, подобно романам Роб-Грийе, не пытается интерпретировать окружающий мир, а сама является вселенной, живущей по собственным законам. Поэтому в сюрреалистических деталях повествования (хвостатые возлюбленные, зачатия на расстоянии в 1500 километров, ожившие отрубленные руки, делающие домашнюю работу и переписывающие романы Горького от первого лица, живущий в человеке жук-телепат, который в прошлой жизни был императором российским) нет ничего удивительного. Герои просто не могут жить по другим законам.

Липскеров, исследуя возможности постмодернистского романа внутри самого романа и возможности своего сознания внутри самого сознания, в итоге расписывается в собственном бессилии. Готлиб — это он сам. Забравшись в построенный им самим литературный лабиринт, он не в силах выбраться наружу. Ему суждено оказаться внутри гигантской бутылки, куда его посадили мстительные персонажи. Все, что ему остается, – коротать бесконечность и каяться, каяться, каяться...

что получится, если скрестить собрание сочинений павича с подборкой газеты спид-инфо? вот оно самое и получилось, да.

Это то, что надо, то, что я люблю! "Пространство Готлиба" - книга-иллюстрация к работам Фрейда и текстовое сопровождение к произведениям Сальвадора Дали. Привлекает онейрическое (сновидческое) построение сюжета. С одной стороны, полный бред, к которому странице на 50-й привыкаешь. А с другой стороны, хорошо смоделированная постмодернистская ризома-корень, однако совсем не глубокая и малораспространенная. Вот только я не поняла, чем там дело с руками закончилось... Кто читал, может, объясните.
В общем, книга неплохая. Пространство Готлиба - сосуд, в котором объединяются многие пространства, возможность параллельной жизни, всякие там переселения душ и прочая мистика - интересно!

Это книга - отражает стиль автора. Парелельные миры, "паралельные" персонажи. Все окутано магическим реализмом. Никогда бы не подумал, что выбрав стиль и сюжет в виде переписки двух инвалидов может быть столь захватывающим и волшебным.
Почему у Липскерова все главные герои в книгах военные?
П.С.: Великолепно, как и все его книги

Эта книга очень тронула в свое время, и осталась любимым романом Липскерова. Все последущие книги автора тоже не оставляли равнодушной, но первое впечатление свежести и непосредственности от его текста, уже не перекрыло ни что - я знала, чего ждать и получала ожидаемое.
Головокружительное, столь характерное для явления постмодернизма, смешение эпох, жанров, культурных аллюзий, цитат, ассоциаций, образов, которым Липскеров владеет виртуозно, увлекло и погрузило в себя. Автор настолько легко ориентируется в своем параллельном мире, так органично чувствует его реальность, что без труда заражает этой текучей реальностью и читателя, заставляет проникнуть сквозь радужную пленку, отделяющую мир авторского вымысла от мира окружающего, чуть ли не поселиться там.
Эпистолярный роман, альтернативная история, фантастика, сказка, притча, фантасмагория - какой жанр главенствует в книге? Скорее - все равноправны, чем какой-то избранный. И главная ценность лично для меня во всей прозе Липскерова - бесконечная трепетность его любви к человеку, сострадание его хрупкости, сложности, неоднозначнасности, потерянности в лабиринтах своих внутренних пространств. И второе свойство, без которого текст не может стать любимым и требовать перечитывания - самобытный, абсолютно индивидуальный язык, с узорчатостью, плавностью, богатством которого трудно сравниться.