Однако самый главный политический эффект катастрофического происшествия заключался в том, что поражение деморализовало войско, сформированное не только из франков, но и из баварцев. Настроенное на добычу и легкую победу, оно вкусило горький вкус поражения. Пострадал престиж Карла как полководца, поэтому неудивительно, что официозная историография старается отмолчаться и скупится на информацию. Лишь в подкорректированных имперских хрониках и в еще большей степени благодаря Эйнхарду, который по прошествии полувека представляет чрезвычайно удачное жизнеописание своего героя, отдаетет дань принципу «открытости». Воспоминание о перевале Ронсеваль — лесе, о мятежных басках по обе стороны горной гряды, а также несостоявшийся союз с сарацинами оставались как заноза в теле, хотя впоследствии Карл вновь вмешался в дела народов в Восточных Пиренеях: в 785 году он без боя взял Герону, а в 789 году вторгся в провинции Уржель и Чердань. Об этой политике свидетельствуют главным образом широкие королевские привилегии, дарованные Карлом, а также Людовиком Благочестивым Hispani [34] , христианским беженцам из мусульманской Испании, которые кик «априсионеры» удостоились особых привилегий при расселении на юге империи, особенно на землях, где приходилось корчевать деревья.
Tatyana93428 августа 2026•Видна всемОднако самый главный политический эффект катастрофического происшествия заключался в том, что поражение деморализовало войско, сформированное не только из франков, но и из баварцев. Настроенное на добычу и легкую победу, оно вкусило горький вкус поражения. Пострадал престиж Карла как полководца, поэтому неудивительно, что официозная историография старается отмолчаться и скупится на информацию. Лишь в подкорректированных имперских хрониках и в еще большей степени благодаря Эйнхарду, который по прошествии полувека представляет чрезвычайно удачное жизнеописание своего героя, отдаетет дань принципу «открытости». Воспоминание о перевале Ронсеваль — лесе, о мятежных басках по обе стороны горной гряды, а также несостоявшийся союз с сарацинами оставались как заноза в теле, хотя впоследствии Карл вновь вмешался в дела народов в Восточных Пиренеях: в 785 году он без боя взял Герону, а в 789 году вторгся в провинции Уржель и Чердань. Об этой политике свидетельствуют главным образом широкие королевские привилегии, дарованные Карлом, а также Людовиком Благочестивым Hispani [34] , христианским беженцам из мусульманской Испании, которые кик «априсионеры» удостоились особых привилегий при расселении на юге империи, особенно на землях, где приходилось корчевать деревья.
10 понравилось14