
Не засоряйте своей души, своей жизни пока не поздно!
Лидия Стожарова живет насыщенной жизнью, дышит полной грудью в унылом Петербурге (и думает о Ницце), устраивает чаепития,посещает званые вечера. И кажется, что она - счастливая женщина, ведь самая большая ее проблема - мадера вместо колы, поданная на завтрак глуповатой служанкой. Мир Лидии полон кокетства и высокомерия, и она в нем - муза для влиятельного барона Шверта. А еще она - ужасная мать. Сергей вырос в этом доме, видя яркую мать лишь изредка, и он тянется к ней в попытках найти даже не опору и утешение, а понимание, что они не чужие друг другу люди. Но в ее жизни нет места сыну, и никто лучше, чем она сама, об этом не смог бы сказать:
Ты говорил, что хочешь открыть мне душу. Разве я не готова всегда тебя слушать? Я же люблю тебя, мой мальчик! Ты не можешь требовать, чтобы я тебе отдала все. Ведь ты сам со временем полюбишь женщину -- и уйдешь от меня... Это закон судьбы... Но я люблю тебя, как мать должна любить сына, без преувеличений и без позы, которых терпеть не могу и считаю вульгарными. Это все годится для сцены только. А что я мало знаю твою жизнь -- видишь, моя жизнь пока еще слишком полна и интересна. Я еще молода...
Идеальная жизнь Лидии разбивается в тот момент, когда сына арестовывают. Это прекрасный момент осознания того, как ничтожна была ее жизнь до этого, и я плакала вместе с ней и сочувствовала ее горю. Очень горько, что теперь-то все ее мысли, действия и жизнь обращены к сыну, но слишком поздно. Мне очень нравится та легкость, с которой Лидия отказывается от прошлой жизни, но раздражает, как легко прошлая жизнь отказывается от Лидии. Ее начинают сторониться задолго до ее отъезда; муж - не опора, а ходячая истерика, тревожащаяся лишь о своем положении в обществе. Барон Шверт, к которому она обратилась за помощью, показал себя невероятным мерзавцем. Как приятно целовать руки чужой жены и воспевать ее обжигающие глаза, когда ей от тебя ничего не нужно; и как легко переступить через свою страсть ради своих принципов и положения, отказав в помощи убитой горем матери. Но я признаю за ним это право, пусть он мне и омерзителен. Чего я не могу простить барону - его попыток убедить ее развестись и отправиться с ним на Ривьеру. В этот момент мне показалось, что он Лидию никогда по-настоящему и не знал, настолько абсурдно было его предложение.
У этой истории мог бы быть счастливый финал, но его нет, и это прекрасно. Ведь только так можно задуматься о том, что иногда бывает слишком поздно что-то менять.





















