Борис Лавренев «Звездный цвет» — рецензия

Оценка sizhunalune:  4.5  

Неугасимый и живой, -
Все слышен в рокоте прибоя
Столетний шепот роковой (Б. Лавренев)

Вот по сердцу мне такие писатели – тонкие, анализирующие, рисующие жизнь не в черно-белом цвете, а такой как она есть.
Охват тем произведений сборника довольно широк: революция, Гражданская война, социальное неравенство, декабристы, Пушкин, Великая Отечественная война… Включены и публичные очерки Лавренева, но мне они показались суховатыми и несколько высокопарными.

Для меня в этом сборнике особняком стоят «Звездный свет» и «Сорок первый». Есть в них щемящая лирика и пронзительность.
«Звездный свет» - необычайно поэтичный рассказ. Каждый раз читая, надеюсь на иной финал. Но увы… Несмотря на драму, произведение проникнуто духом романтики - интернациональная любовь юных сердец в бурю Революции. Поэтично и само описание Средней Азии: так и слышишь журчание воды в арыке, ощущаешь разлитый в воздухе зной и аромат плова, а горы Большого Чимгана высятся вдали и манят «зеленовытым жемчугом». И даже женская доля в романтическом ключе рассказа кажется простой и понятной: «У нас такой закон советский – кого женщина любит, с тем и живет». Красиво и на эмоциональном подъеме заканчивается рассказ: автор отдает дань краю, с которым свела его судьба («сурова и крепка земля железного хромца Тимура»), людям его населявшем («крепки и суровы» с «неразгадываемой тайной») и с пронзительной верой в будущее воспевает «алый звездный цвет» Революции.

«Сорок первый», кончено, уникальное произведение. Невозможно просто прочитать его и забыть на следующий день – выворачивает оно наизнанку и заставляет вести диалог - с автором, близкими, да и с самим собой.

Интересно и, вместе с тем, горько читать, как же однобоко воспринимают его сегодняшние читатели. Мне странно видеть во многих рецензиях осуждение безграмотной «рыбачьей сироты» Марютки, работающей с семилетнего возраста(!). Никто почему-то не осуждает рафинированного поручика. За что? Да хотя бы за его конформизм, интеллигентное чистоплюйство… 21 век – вон как все повернулось: едва ли не каждый в наши дни - потомственный дворянин, многие – просто «интеллигенты», которым почему-то смешна безграмотная речь человека низкого сословия (оксюморон какой-то). Но это так – эмоциональное отвлечение.

А относительно рассказа – трагический финал мне видится пусть не единственно возможным, но закономерным. На острове, вдали от людей, возможно тихое личное счастье героев, возможно отодвинуть свои взгляды и убеждения. Но такое счастье – это только мираж в песках, зыбкий и обманчивый. И мираж рассеивается при первом столкновении героев с внешним миром – ни один из них не отказывается от своих убеждений. Я не думаю, что автор осуждает Марютку или считает ее бездушной: на протяжении рассказа он говорит о ней иронично, но с нежностью. Она как ребенок – чиста и непосредственна, она самоотвержена, что не может не восхищать (особенно в наш циничный век). И в последней сцене перед нами не холоднокровный стрелок, готовящийся до конца завершить свой революционный долг, а просто женщина и ее осознание личной трагедии. Остров с говорящим названием Барса-Кельмес (в пер. с тюрк. – «пойдешь – не вернешься») становится гибелью для героев.

Еще один рассказ об эпохе Гражданской войны - «Комендант Пушкин». Рассказ был написан в 1936 году к столетию со дня смерти А.С. Пушкина. Возможно, Лавренев своим произведением высказал идею о близости Пушкина и его творчества идеям революции. По крайней мере, к пониманию этого приходит красноармеец, военный моряк и тезка великого русского поэта, когда знакомится с творчеством и биографией Пушкина, когда – «открывает» для себя народного поэта Пушкина. В начала произведения герой имеет слабое представление о том, кто такой Пушкин и о его роли в истории России. Как много это говорит об уровне грамотности и доступности образования в дореволюционной России. И позднее мысли героя: «Человек для всего народа писал. Кровью, можно сказать, писал, надрывался. А многие ли его знают? И проклятая же жизнь наша была, если девять десятых России в такой серости жили, как я вот!». Как точно подметил Лавренев момент очарования героя творчеством Александра Сергеевича, момент, когда герой осознает поэта своим другом, а «встречу» с ним называет знаковой: «Только от него я другим человеком стал. Многое мне через него захотелось. И понял я, какие мы жили темные, словно слепые щенки. Возьмем меня, к примеру. Я ведь ничего, кроме революции, не смыслил. Да и к ней чутьем тянулся одним, вот как щенок ощупью титьку находит. А вот с Александром Сергеевичем повстречался, и ныне ясно мне стало, как много человеку знать нужно, и края тому знанию нет». Как это действительно верно - глубокий писатель, с близким читателю мироощущением, подчас последним воспринимается как добрый друг и советчик.
Таким другом стал мне и Борис Лавренев.

Мэтт Ридли «Эволюция всего»
Мэтт Ридли английский журналист, член парламента, биолог, бизнесмен. За шестьдесят лет своей жизни он многое видел, многое соотносил, но именно бум…
platinavi
livelib.ru
Вирджиния Вулф «На маяк»
Вечно (то ли у нее характер такой, то ли женская природа такая)
прежде чем текучесть жизни застынет сосредоточенностью работы,
на минуты какие-то…
zdalrovjezh
livelib.ru
Робин Хобб «Волшебный корабль»
Да, дорогие любители книг, похоже все мои читательские планы на июль летят в тартарары, так как прочитав первую книгу саги о живых кораблях, я хочу знать что…
Airgid_Lynx
livelib.ru
Регистрация по электронной почте
Пароль будет создан автоматически и отправлен вам на почту, или ввести пароль самостоятельно
Регистрация через соц. сеть
После регистрации Вы сможете:
Стать книжным экспертом
Участвовать в обсуждении книг
Быть в курсе всех книжных событий и новинок