Больше рецензий

CaptainAfrika

Эксперт

Эксперт Лайвлиба

8 апреля 2014 г. 16:08

438

5

Эта книга не могла не привлечь моё внимание. Во-первых, я с большим уважением отношусь к творчеству Милана Кундеры. А во-вторых, испытываю очень большой интерес к роману – жанру, пожалуй, самому противоречивому и загадочному в литературе.

Сразу скажу, что книга представляет собой статьи, эссе, а также интервью с 1979 г. по 1985 г. Чуть позже Кундера собрал эти материалы в одну книгу. И вот – русский читатель может ознакомиться с этими размышлениями автора о романе.

Сразу скажу, что в этой книге Милан Кундера выступает не как теоретик или историк литературы. Сам себя он называет «практиком». И действительно, здесь он – писатель, читатель, просто человек, размышляющий о путях романа в мировой литературе.
Свою книгу автор начинает с упоминания лекции Эдмунда Гуссерля о кризисе европейского гуманизма. Потом говорит и о Хайдеггере, определяя тем самым феноменологическую почву, на которой стоит. Понятие «мира жизни» человека (его die Lebenswelt) постепенно отходит на второй план. Гуссерль связывает это со страстью человека к познанию и прогрессу. Так начинается Новое время, характеризующееся утратой и прогрессом одновременно. И тут Кундера произносит свою фундаментальную мысль:

если философия и наука действительно позабыли о человеческом бытии, то совершенно очевидно, что именно с Сервантеса сложилось великое европейское искусство, которое есть не что иное, как исследование этого самого позабытого бытия.


Тем самым Кундера и обозначает важнейшую роль романа в истории Европы (которая увеличивается также благодаря двум Америкам и России). Эта роль – в защите человеческого бытия от забвения. И здесь Кундера говорит словами немецкого писателя Германа Броха:

единственное право романа на существование – раскрыть то, что может раскрыть один только роман


Таким образом, Кундера встраивает роман в человеческое бытие, говорит о нём как о способе человеческого существования, а не как о структуре и форме повествования. Роман оказывается наделён следующими чертами: "относительностью истин" и "мудростью сомнения". Именно это выводит нас за пределы узкого восприятия романа, связанного, например, с этикой. И поэтому в романе Л. Н. Толстого нет правоты Анны или правоты Каренина. Сам дух романа против этих однобоких этических, исторических и сообразующихся со временем выводов. Он призван показать нам, что всё гораздо сложнее, что путь познания сложен и тернист. И смысл романа в самом романе.

При этом совершенно логично, что Кундера разделяет писателей и романистов. У писателей есть мнение, идея, которые он и выражает в своём творчестве. Это могут быть и гениальные писатели. Так, у Кундеры писатели – это Руссо, Гёте, Камю, Сартр. Романисты же не имеют в виду определённых идей, они «срывают покровы с различных аспектов бытия», соответствую при этом самым высоким требованиям поэзии, сообразуясь с красотой. Романисты по Кундере – это, например, Флобер, Джойс, Гомбрович, Брох, Кафка.

Сам себя Кундера, кстати, причисляет именно к романистам. К тем, кто прислушивается к мудрости самого романа и слышит при этом отголоски смеха Бога.

Но почему смеётся Бог, видя, как человек думает? Потому что человек думает, а истина ускользает от него. Потому что чем больше люди думают, тем больше размышления одного расходятся с размышлениями другого. И наконец, потому что человек всегда не то, что он сам о себе думает. Именно на заре Нового времени обнаруживает себя это основное состояние человека, вышедшего из Средневековья: думает Дон Кихот, думает Санчо - и от них ускользает не только истина о мире, но истина об их собственном "я". Первые европейские романисты увидели и осознали это новое состояние человека и сделали его основой нового искусства, искусства романа.

Книга прочитана в рамках флэш-моба "Урок литературоведения" Урок № 14

Комментарии


интересное разделение на писателей и романистов! Сижу думаю. кто Толстой... Вроде бы и кого больше идей, чем у него. Но его произведения шире, чем он сам... Или как?


Толстого Кундера причисляет к романистам. Много раз говорит о нём в книге. Видимо, у Толстого идеи не живут отдельной жизнью от героев. А являются частью их бытия...