Больше рецензий

11 декабря 2021 г. 21:10

3K

5 Евангелие Толстого

Гениальный роман великого русского писателя. Здесь можно увидеть и самого Льва Николаевича Толстого, который в молодости вел распутную жизнь и сам однажды соблазнил молоденькую девушку. Роман-исповедь, в котором Толстой подводит итог своей жизни и продолжает морализаторство. Однако в биографии Толстого роман стал камнем преткновением на пути к богоискательству. Как известно после публикации романа православная церковь предала его анафеме за высмеивание таинство причастия и Толстого отлучили от церкви. Толстой был честным богоискателем и его все философские суждения о православной вере воспринималось русской православной церковью как искажение веры христовой. Его мучила жажда познания истины и свой духовный кризис он замкнул в Нехлюдове. Мне сложно назвать Толстого чистым безбожником, скорее у него был иной взгляд на христианскую религию.

В романе “Воскресение” словно соединились все герои Ф.М. Достоевского, а Нехлюдов стал двойником Раскольникова, Дмитрия Карамазова и Николая Ставрогина.
Нехлюдов от каждого унаследовал не только грехи и осознание падшей души, но испепеляющее чувство раскаяния. Он проделывает титаническую работу над изменением своих мыслей. Я думаю, что Толстой желал, чтобы “Воскресение Нехлюдова” случилось с каждым из нас, ибо спасение русского человека возможно только через исповедь и живое общение с Богом.

Символично: роман начинается именно с весны:

Как ни старались люди, собравшись в одно небольшое место несколько сот тысяч, изуродовать ту землю, на которой они жались, как ни забивали камнями землю, чтобы ничего не росло на ней, как ни счищали всякую пробивающуюся травку, как ни дымили каменным углем и нефтью, как ни обрезывали деревья и ни выгоняли всех животных и птиц, — весна была весною даже и в городе.

Таким образом, Толстой с весной и воскресением связывает обновление человеческой души, перерождение в сторону света и истины. Весна - это символ воскресение света, в то время как воскресение - это победа человека над грехом и смертью. В одном случается революция природы, в другом революция души. По Толстому ключ к преображению человека таится всецело в нравственном перевоплощении. Жить согласно евангельским заповедям. Известно, что у Толстого было любимое изречение “Царствие божие внутри нас”, он пламенно искал его всю свою жизнь и считал, что это долг каждого христианина перед Богом. В русской литературе прекрасно, то что “грех” не дьявольское клеймо на человека, а тернистая дорога, которая приводит человека к искуплению своих поступков. Мне кажется давно пора осознать формулу нравственного очищения “грех=добродетель”.

Главный герой соблазнив в молодости Катюшу Маслову даже не и мог подозревать, что совершил нечто то, что противоречит моральным канонам природы. Спустя годы он забывает этот “гнусный” поступок и не вспоминает его до судьбоносной встречи с Масловой. Нехлюдов будучи свидетелем присяжных по обвинительному делу Масловой осознает, что только он виноват в том, что Катюша стала проституткой и встала на порочный путь. Его душа просыпается от долгой спячки и грех обретает живую плоть. Он погружаются в бездну всепоглощающей тьмы. Он не может найти покоя и смирения, становится одержимым муками совести. Нехлюдов проходит классический путь раскаяния - преступление, презрение себя, очищение, катарсис, богоискательство, примирение с собой, чтение Евангелие и принятия Бога. Неслучайно эпиграф романа начинается с евангельских строф: “И что ты смотришь на сучок глаза брата твоего, а бревна в твоем глазе не чувствуешь? “ И кто из вас без греха, первым брось на нее в камень”. Так и главный герой - он начинает вершить суд над самим собой и через него приходит к искуплению. Нехлюдов бросает свою аристократическую и богемную жизнь и жертвует всем, чтобы спасти Маслову. Его поступок можно расценить двояко - с одной стороны через Маслову очень хочет спастись и искупить вину, с другой стороны он хочет освободить невинную жертву от наказания и соединиться с ней в любви. И Катерина Маслова как старец Тихон угадывает психологический мотив Нехлюдова:

Уйди от меня. Я каторжная, а ты князь, и нечего тебе тут быть, — вскрикнула она, вся преображенная гневом, вырывая у него руку. — Ты мной хочешь спастись, — продолжала она, торопясь высказать все, что поднялось в ее душе. — Ты мной в этой жизни услаждался, мной же хочешь и на том свете спастись! Противен ты мне, и очки твои, и жирная, поганая вся рожа твоя. Уйди, уйди ты! — закричала она, энергическим движением вскочив на ноги.

На что Нехлюдов смиренно возражает:

Я все-таки буду служить тебе.

Через служение он хочет прийти к спасению и принять наказание как единственное избавление от греха. Тут мы видим поистине христианский поступок - несение своего креста вопреки всему и герой уже начинает медленно симпатизировать читателю за то, что он готов забыть себя, раздать свое богатство, и стать вторым Лазарем. В любви к Масловой он находит смысл своего существования и идет к своей цели напролом. Нехлюдов чем-то похож на Ставрогина: он склонен совершать безумные поступки, его любовь к Масловой можно охарактеризовать как вулканическое извержение, а агония страстей часто чередуется бесконечным самоанализом главного героя. История любви Катюши и Нехлюдова весьма прозаична - две души не могут соединиться, ибо их любовь не от мира сего. Мы видим двойную жертву: Нехлюдов готов отдать душу ради спасения Масловой, а Маслова ради счастья Нехлюдова отвергает его любовь и не принимает его жертву.

А дальше Толстой проводит своего читателю через все ужасы российской судебной системы 19 века. Мы видим невинно заключенных людей в тюрьмах, униженных и оскорбленных. Ворами, убийцами, разбойниками, оказываются не люди в тюрьмах, а министры в гладковыбритых бородах, которые вершат судьбы людей. Вот как Толстой видит этот мир:

Нехлюдов видел, что людоедство начинается не в тайге, а в министерствах, комитетах и департаментах и заключается только в тайге; что его зятю, например, да и всем тем судейским и чиновникам, начиная от пристава до министра, не было никакого дела до справедливости или блага народа, о котором они говорили, а что всем нужны были только те рубли, которые им платили за то, чтобы они делали все то, из чего выходит это развращение и страдание. Это было совершенно очевидно.

По Толстому настоящая антропофагия в России 19 века зародилась именно в государственной системе управления и как вирус парализовало все общество. Русская революция медленно началась в чиновничьих кабинетах и завершилась духовным кризисом и ознаменованием атеизма.
Роман пропитан философскими и морализаторскими рассуждениями о жизни, вере, любви, добре и зле. В одной главе Толстой рассуждает о природе любви:

С вещами можно обращаться без любви: можно рубить деревья, делать кирпичи, ковать железо без любви; но с людьми нельзя обращаться без любви, так же как нельзя обращаться с пчелами без осторожности. Таково свойство пчел. Если станешь обращаться с ними без осторожности, то им повредишь и себе. То же и с людьми. И это не может быть иначе, потому что взаимная любовь между людьми есть основной закон жизни человеческой. Правда, что человек не может заставить себя любить, как он может заставить себя работать, но из этого не следует, что можно обращаться с людьми без любви, особенно если чего-нибудь требуешь от них. Не чувствуешь любви к людям — сиди смирно, — думал Нехлюдов, обращаясь к себе, — занимайся собой, вещами, чем хочешь, но только не людьми. Как есть можно без вреда и с пользой только тогда, когда хочется есть, так и с людьми можно обращаться с пользой и без вреда только тогда, когда любишь.

Катарсис Нехлюдова похож на раскольниковский сон о конце света. Сон снится Раскольникову, когда он находится на каторге, после всех перенесенных им мук. В какой-то степени Нехлюдове тоже прибывает на каторге вместе с Масловой, он вместе с ней начинает борьбу за свершение справедливости в этом мире:

Он молился, просил Бога помочь ему, вселиться в него и очистить его, а между тем то, о чем он просил, уже совершилось. Бог, живший в нем, проснулся в его сознании. Он почувствовал себя им и потому почувствовал не только свободу, бодрость и радость жизни, но почувствовал все могущество добра. Все, все самое лучшее, что только мог сделать человек, он чувствовал себя теперь способным сделать.

В конце романа мы видим и воскресение Масловой, которая умеет сострадать и несет в себе всю боль человечества, очищение и страдание. Каторга для Масловой становится началом новой жизни и искуплением страшного греха, а для Нехлюдова символом обновления души.

Комментарии


Пусть меня ругают, ведь классиков так легко хвалить, но эта книга реально крута! Читала, перечитывала, мне очень нравится. Хороший отзыв, спасибо!


Да, классика вечна.
Спасибо вам за отзыв!

`