Больше рецензий

30 апреля 2021 г. 11:31

418

4.5 Всем губкам, наблюдателям, любителям Селинджера и сидящим у стены во время вечеринок посвящается

Чбоски написал манифест ко всем честным и ранимым. Он дарит надежду и понимает тебя. Он не врет и не приукрашивает. Не выдавливает слезы и не пишет драму ради драмы. Он предельно откровенен, как и его герой.

Чарли обыкновенный подросток, который переходит в старшую школу. Его лучший друг недавно покончил с собой, а смерть давно умершей тети Хелен не дает ему покоя. Чарли пишет письма незнакомцу, который, как ему кажется, должен его понять.

Чарли — полное попадание во все болевые точки взрослеющего человека. Он как Холден Колфилд у которого нет возможности отстраниться и понаблюдать со стороны. Он наивный, эмоциональный, рефлексирующий и ранимый, и боится причинить людям боль. Ему тяжело справляться с жизнью.

И несмотря на то, что это история о жесткой подростковой реальности с сексом, травкой, пошлыми байками, безответной любовью и холодными родителями - она не воспринимается как нечто грубое. Наоборот, Чбоски оставляет свет в конце туннеля, и показывает, что во всем этом можно остаться честным, открытым миру и любящим человеком.

Главное «быть фильтром, а не губкой», «погружаться» в жизнь, а не зависать в мыслях. Да, жизнь трудна, порой даже жестока и несправедлива, друзья покидают тебя, книжки оставляют только вопросы и даже собственный разум выбивает опору из под ног. Но возможно для спасения не так уж и много нужно. И однажды туннель, пикап, The Smith и ветер, развивающий волосы, спасут тебя и будут снова и снова возрождать к жизни.

P.s.: Будь мне 16, эта книга запала бы мне в сердце, поддержала и утешила. И потому мне очень странно, что в 2003 году она была запрещена и убрана из школьных библиотек за вульгарность и поднятие табуированных тем. По мне это как забрать у человека руководство по жизни на необитаемом острове, когда он уже на нем.

P.p.s.: "Я стою в этом туннеле, подставив лицо ветру. И не стремлюсь поскорее увидеть город. Вообще об этом не думаю. Потому что я стоял в туннеле, вытянувшись в полный рост. И находился именно там. И этого было достаточно, чтобы ощутить свою бесконечность"