Больше рецензий

Inku

Эксперт

Эксперт Лайвлиба

7 декабря 2019 г. 12:28

848

3 Как прилепинский Санькя начитался Пелевина

И устроил Рагнарек. Перефразируя древний анекдот: так себе Рагнарек.

Гвоздь, на который Дмитрий Захаров повесил свой роман, — Болотные события 2012 года. Чтобы в наше время браться за художественное осмысление реальности всерьез, нужно быть чертовым гением, а Захаров в хорошем смысле нормальный человек и трезво оценивает свои силы. И силы потенциальной аудитории: проблема не столько в публикабельности подобного рода книг, сколько в их привлекательности для широкого читателя. Поэтому я понимаю решение Захарова уйти в «альтернативную реальность» — весьма условно альтернативную, впрочем: делаем революцию, только мистическо-пелевенскими методами. Но и на эту дистанцию дыхания не хватает, и приходится разбавлять историю сопротивления новыми приключениями Татарского, валить до кучи остроактуальные события, демонстративно развешивать ружья по стенам, придумывать роковые совпадения и смехотворные твисты. Чем дальше, тем больше книга начинает походить на городское фэнтези, и аналогии хочется проводить уже не с Прилепиным и Пелевиным, а с «Тайным городом» Панова. Во всяком случае местные Сантьяга и Темный князь точно оттуда. Игра в форму не спасает: на постоянную смену ПОВов у меня после тяжеловесно-занудного Мартина стойкая идиосинкразия. Предсказуемые сюжетные ходы, герои-маски и заезженные метафоры естественны для жанровой литературы, но Захаров вроде хотел в настоящую?

Герои романа несколько раз поминают Павленского, исключительно в глумливо-мошоночном контексте. А я не могла отделаться от ассоциаций с проектом «Угроза»: силуэт Павленского на фоне полыхающей Лубянки — мощное художественное высказывание. Когда он устроил ту же акцию во Франции — ... «Санькя» — это Лубянка; «Эдда», которая чуть ли не текстуально повторяет Прилепина, — даже не Франция, не подгорает.

Я далека от того, чтобы подозревать Захарова в спекуляциях на острою тему, но его заигрывания с жанром сыграли дурную шутку. Бог с ней, со вторичностью и шаблонностью. Читать его эзотерические фантазии в день, когда выносились очередные приговоры по московскому делу, было грустно. Расстроилась.

В романе есть две с половиной сильных сцены и несколько удачных образов. Из-за них не списываю книгу в полный утиль.

Понятно
Мы используем куки-файлы, чтобы вы могли быстрее и удобнее пользоваться сайтом. Подробнее
Регистрация по электронной почте
Пароль будет создан автоматически и отправлен вам на почту, или ввести пароль самостоятельно
Регистрация через соц. сеть
После регистрации Вам будут доступны:
Персональные рекомендации
Скидки на книги в магазинах
Что читают ваши друзья
История чтения и личные коллекции