Больше рецензий

10 августа 2019 г.

2K

1 ...ты втираешь мне какую-то дичь

  Когда я случайно обнаружил в своей фейсбучной ленте, что 1 июня в Центре Вознесенского произойдёт встреча читателей с Андреем Аствацатуровым и Евгением Водолазкиным, то тут же решил, что схожу на неё, так как к Аствацатурову я отношусь с уважением за его лекции по зарубежной литературе, а с Водолазкиным я был лишь "знаком" через уже устаревшую (или нет?) волну хайпа о «Лавре» ("русский Умберто Эко") и через его интервью Познеру, посмотрев которое у меня сложилось мнение о Водолазкине как о писателе, достойного моего внимания. И вот, сходив на встречу и купив там же новый роман Водолазкина "Брисбен", я его прочёл.

  Последний раз, когда мне ТАК было плохо от прочтения художественной литературы и морально и физически, было во время чтения «Убить пересмешника» - больше всего в художественной литературе я ненавижу лицемерие с одновременным чтением морали, которое превращает художественное произведение в Азбуку Морали. Понимаете, когда я ставлю высокие оценки трудам Чака Паланика, которые некоторые даже в руки не взяли бы, так это потому, что Чак Паланик не притворяется чем-то большим, чем он есть на самом деле - он не строит из себя добродетель или того чувака, что изменит мир в лучшую сторону. Даже такие корифеи литературы как братья Стругацкие недавно вызвали у меня возмущение и недоверие своей книгой «Отягощенные Злом» , поскольку в ней они показали себя образованной элитой, обособленной от необразованного быдла, но о благе которого они переживают (я упрощаю и пишу кратко), из-за чего она теряет свою художественность, превращаясь в эссе. По той же причине некоторые читатели не могут переносить «Гроздья гнева» Стейнбека - к художественным произведениям, которые имеют в себе ярко выраженную нравоучительную мораль, сопряженную с неотъемлемым при этом пафосом (пафос так-то не имеет изначально ни знака "+", ни знака "-" - это всего лишь инструмент выразительности - суть в том, как именно автор им воспользуется), у меня резко повышаются требования и отношусь к ним я намного серьёзнее, потому что они наиболее подвержены оседанию в голове читателя осадком переработанного жмыха от изначально спелого, свежего яблока, пропущенного через соковыжималку, с со временем начавшимся необратимым процессом гниения - то есть изначально в этой "нравоучительной морали" ничего плохого может не быть, но то, как её может воспринять читатель (он получает концентрат, лишаясь при этом процесса самостоятельного осмысления), извратит её и превратит в оторванный от реальной жизни бред какого-то отдельного человека-писателя, при этом художественное произведение переформировывается, перекомпилируется в восприятии читателя в литературу научпопа или образовательную литературы.

  Критикуя "Брисбен" сразу отмечаю, что в нём Водолазкин никого не учит специально (как Толстой в "Воскресенье" или Достоевский, например - Водолазкин же "новый русский классик", поэтому такие стереотипные сравнения). Тогда, казалось бы, зачем я написал предыдущий абзац? Да при том, что не выражая открыто свою "нравоучительную мораль" она легко считывается из поведения, реплик героев и из "скрытого" голоса автора, находясь при этом на поверхности, свисая со страниц книги комками увлажнённой в слезах читателя розовой ватой .

  Мне лень делать разбор "Брисбена" полностью и слишком много чести ему будет от меня - я опишу лишь несколько деталей, которые особенно вывели меня из себя, тем более, что читатель snob написал хорошую рецензию - я хочу лишь дополнить её.

1.Кто из Вас в здравом уме пойдёт на концерт и почти до истерики будет восторгаться тому, как какой-то мужик средних лет сидит на сцене с классической гитарой, играет заезженные произведения и при этом мычит как сломанный холодильник из песни Radiohead - he buzzes like a fridge, he's like a detuned radio?

2.Автор лишь чуть-чуть зацепил Майдан Незалежности, непонятно зачем вообще введя его в одно из мест действий - у меня сложилось при прочтении мнение о том, что ему просто не хватило мужества написать что он хочет написать на самом деле, но при этом хотелось добавить остроты своему произведению, завлекая аудиторию Meduzа (что, похоже, ему удалось, хотя даже Галина Юзефович пишет сначала о том, что всё это попахивает фальшью, но затем говорит о том, что эту фальшь можно простить, так как список конструктивных недочетов и несуразностей можно было бы продолжить, но, признаться, для этого требуется запас строгости куда больший, чем тот, которым обычно располагает читатель - то есть тебя, читатель, критик, которая сама прекрасно поняла о том, что "Брисбен" - хрень на постном масле, она считает быдлом, которое, отключив свой критический аппарат, и так проглотит то, что ему дают - и тебе до сих приятно читать этого критика...?). Я сижу на берёзе, высоко, на суку, на вас гляжу - мне не хотелось впутывать свою историю в политику, потому что я написал о чём-то более высоком и важном - я пишу его об экзистенциальном страхе смерти и о том, как нужно...Ой... а что это такое? Почему наш воробушек падает с ветки - постойте, да это же камень тётки Политики в него полетел! Но ведь я пишу не о тебе, постой, не надо, зачем вы меня бьёте, я просто мимо проходил, зачем вы тащите меня в автозак.

3.При всём этом "мычащий мужик" как и в деталях, так и в недосказанностях оказывается не таким уж и хорошим, каким его делает Водолазкин, создавая вокруг героя и его жены нимб искренней добродетельности. Да что ты несешь! Главный герой показан в "Брисбене" испуганным человеком, столкнувшимся с неизлечимой болезнью, который старается при этом утвердить и нащупать свой "смысл жизни", поэтому он и совершает порой нелицеприятные поступки, а его жена так сильно переживает за своего мужа и больную девочку (названную дочь), что лишь алкоголь поможет ей в этом деле - проблема в том, что впервые детали, указывающие на то, что главный герой - это "тихий омут с чертями", были ещё до того как он стал профессиональным музыкантом - это и сцены из его детства, когда он сорвался на бабушку (якобы из-за стресса) и то, как прошёлся Водолазкин (всё-таки неразличимый для читателя со своим альтер-эго в лице главного героя, как бы при этом автор не открещивался от него в своих интервью) по тем женщинам, что нанесли ему обиду, превратив одну из них в выжившую из ума фанатичку. Отношение к подобным Водолазкину авторам у меня как к тому священнику из "Нимфоманки" Ларса фон Триера, который в конце фильма показал своё настоящее лицо, скрывая его до той поры за маской целомудренности, праведности и даже энциклопедической образованности.

4."Брисбен" так и проситься быть премированным какой-нибудь большой премией - ничего плохого в этом нет - чувак просто зарабатывает деньги, я уважаю чужой труд, но только не надо при этом лицемерить. We're only in it for the money, как говорил Фрэнк Заппа, критикуя The Beatles.

картинка 36105997

Комментарии


Согласен с вами. Лицемерие и самоцензура в этой версии Водолазкина зашкаливает. Если говорить откровенно про эту книжку современности - написано трусливо.

Понятно
Мы используем куки-файлы, чтобы вы могли быстрее и удобнее пользоваться сайтом. Подробнее
Регистрация по электронной почте
Пароль будет создан автоматически и отправлен вам на почту, или ввести пароль самостоятельно
Регистрация через соц. сеть
После регистрации Вам будут доступны:
Персональные рекомендации
Скидки на книги в магазинах
Что читают ваши друзья
История чтения и личные коллекции