Рецензии Svetlanaj

12 февраля 2016 г., 19:32
5 /  3.917
Кошек жалко, людей – нет?

Пистолет бы тебе не помешал.
Анджей Стасюк
Финал. «Недалеко от тротуара на мокрой земле среди прошлогодней травы лежал бурый кот. Он пытался двигаться. Ксендз оглянулся назад, потом поставил портфель на тротуар и пошёл к зверьку. Осторожно взял его на руки, прихватил портфель и пошёл обратно в костел». Так заканчивается роман «Девять» польского писателя Анджея Стасюка. Роман отличный.
Образ автора. Автор отстранён от своих героев, не буду утверждать, что равнодушен к ним. «В прямоугольной раме, сваренной из железных труб, вращался зверюшечий ангел с бурой шёрсткой. Только когда раздался очередной выстрел и она услышала сдавленный хлопок, а кошка дёрнулась, совсем как человек, она поняла, что это такая забава». Жалеет всё-таки он живое существо.
Система персонажей. Думаю, что главного героя в этой книге нет. Зато есть парность (явная для персонажей или только для автора и читателя): Павел – Зося, Болек – Силь. Яцек – Беата, Белобрысый - Люська. Мужчины дружно предают своих девушек. Люська скорее деловой партнёр, поэтому с ней всё в порядке (с её точки зрения). Яцек и Павел в финале остаются на крыше, где роща антенн, выходы вентиляционных шахт и одиночество. Люки закрыты, герои не могут попасть обратно к людям. А в это время гибнет Зося, любившая Павла (о чем он не хочет думать). В это же время пытают (мне так показалось) Беату, которая любит Яцека. Крыша оказалась очень комфортным местом обитания.
Запахи и звуки. Их любит польский писатель. «Ему стало тепло, он почувствовал себя вещью и снова стал думать о безопасности, которая на этот раз ассоциировалась с резким запахом её пота. Она не пользовалась дезодорантом». «Шумит вода в раковине, шумит бачок унитаза, гудит брошенный фен». «Провонявшие пестицидами страницы тетрадки были очень ветхие».
Сны героев. Роль снов в структуре художественного произведения общеизвестна. В этом произведении снов очень много. Не буду на них останавливаться.
Почему «Девять»? Девять муз? Ха-ха. Девять основных персонажей? Примерно так: Павел, Болек, Яцек, Силь, Беата, Зося, Пакер, Белобрысый, Люська. Филологическое образование позволяет вспомнить 9 кругов ада в «Божественной комедии» Данте (на это намекает и аннотация издательства). Жителями ада становятся нехристиане, сладострастники, обжоры и гурманы, скупые и расточители, гневные и унывающие, еретики и лжеучители, насильники всех видов и самоубийцы, обманщики, предатели. Герои книги именно такие. Пожалуй, последняя версия кажется более убедительной.
Образ города в романе почти дьявольский: насилие, наркотики, тотальное равнодушие людей к людям, власть денег. Что делать? В финале, мне кажется, дан ответ на этот вопрос. Человек, живущий в аду, жалеет живое существо и пытается его спасти. Этот человек оказывается коллегой папы римского (пусть так). Видимо, милосердие (не только католическое, надеюсь) ещё живёт в сердцах жителей адского города.

5 мая 2015 г., 20:29
5 /  3.852

Новый Башмачкин с того света
Жми, Иван! - грохотала небесная музыка. -
Жми! Он никуда не делся!
И Ванька жал.
Илья Бояшов
Книгу Ильи Бояшова "Танкист, или "Белый тигр" прочитала два раза. Поэтому захотелось высказаться о прочитанном.
Остановлюсь, пожалуй, на сильных позициях художественного текста. И воспользуюсь (не удивляйтесь!) справочниками по русскому правописанию.
Название книги Ильи Бояшова "Танкист, или "Белый тигр" двойное составное, поэтому первое слово второго названия пишется с прописной буквы ("Правила русской орфографии и пунктуации", 1956). Запятая перед союзом "или" ставится, потому что он является пояснительным. Пояснение – это обозначение одного и того же понятия другими словами (Д.Э.Розенталь "Справочник по правописанию и стилистике"). Таким образом, обе части заголовка равнозначны: и советский танкист, и немецкий "Белый тигр" одного поля ягоды, существа одного мира. Мира мёртвых. Главные герои, как в волшебной сказке, из мира мёртвых попали в мир живых людей.
Эпиграфом стали слова Воланда (в последнем разговоре с Левием Матвеем): "Не будешь ли ты так добр подумать над вопросом: что бы делало твое добро, если бы не существовало зла, и как бы выглядела земля, если бы с нее исчезли тени?" (из романа М.Булгакова "Мастер и Маргарита"). Конечно же, сразу вспоминается эпиграф к самому роману Булгакова: "Так кто ж ты, наконец? − Я − часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо" (фраза Мефистофеля из "Фауста" Гёте). Опять два мира, две сущности: добро и зло, свет и тень.
Первое и последнее предложения текста. "Через семь дней после Прохоровского побоища ремонтники подцепили трос к очередной растерзанной "тридцатьчетвёрке". О символике сакрального числа семь (и других) в фольклоре, мифологии, христианстве и т.д. написано достаточно много учёными людьми. Семь дней творения мира, например. "Семь дней" умирал неизвестный танкист в убитом танке. "Девяностопроцентный" ожог - и выжил? Кстати, он умирал, как думали врачи, сорок дней и ночей (40 дней душа умершего находится среди живых, а потом покидает этот мир) в ожоговом отделении уральского госпиталя (7, 34, 90, 40). "Побоище" - битва с большим количеством жертв (синонимы - избиение , побиение, резня, бойня, кровопролитие, зверства). "Очередная растерзанная" - разорванная, разодранная на части, на куски. Вот мир, в котором "родился" новый Ванька, живые здесь больше не живут. "И Ванька жал" - последнее предложение. Всё впереди у нашего героя: он и его сказочный антагонист в вечном противостоянии.
Ключевые слова. Можно выделить несколько словесных рядов ключевых понятий.
Приведу несколько примеров. 1.Танкист: "нечто, головёшка, заведомый мертвец, сгоревший, живой мертвец, Иван Иванович Найдёнов, Череп, чёрное, обугленное, осатаневший, маньяк, чудовище, выскочившее из преисподней, Ванька Смерть, беспамятный мертвец, воплощение этой дикой войны, вытащенный с того света, обугленный, новый Башмачкин, бессмертный Ванька, мёртвая голова, потусторонний надтреснутый голос" (это лишь крошки, там много интересного).
2."Белый тигр": "бронтозавр, крышки саркофагов, призрак, монстр, белый убийца, проклятый призрак, полумифический враг, Летучий Голландец, чудовище, дьяволы в башне, мастодонт, казался потусторонним, словно воплощение зла, дракон, белый дьявол, железнобокий негодяй" (тоже крохи). Ванька не ест, не спит, не мёрзнет. Совершенно очевидно, что эти герои близки, они явились из того мира, у них свои "разборки".
3.Танки (с точки зрения Ивана): "танки кричали, выли, проклинали судьбу, предчувствовали свой конец, скорбные вздохи танка, калеки, грубые заготовки для убийств и разрушений, танки ворочались, предсмертные крики, беспомощный подросток, заскулил подобно ребёнку, обречённые машины, изношенные механические сердца, железный мертвец".
4.Танковый Бог (с точки зрения Ивана): "Великий Механик - Водитель с собственной "тридцатьчетвёркой", танковый Саваоф, особый Господь, возле престола которого, располагались погибшие танки, машинное воинство на облаках, машинные души, бессмертный танкист в танкошлеме".
5.Война: "побоище, обыденная бойня, мясорубка, смерть, копеечная жизнь, гибель, смертники, трупное лето, кровавый поход, вакханалия, танковое жертвоприношение".
Мир мёртвых танкистов и дьявольских "белых тигров" - это мир вечной войны и вечного зла. Мир живых людей - это жизнь и добро (хочется верить), а не бойня и не мясорубка.

4 мая 2015 г., 18:19
5 /  3.935

Малая форма для меня технически интересна.
Я по натуре рассказчик.
И мне важно само повествование.
Денис Драгунский
Какая талантливая семья Драгунских! Виктор Юзефович Драгунский - прекрасный детский писатель. Денис Викторович Драгунский - блестящий прозаик, рассказчик (для взрослых). Ксения Викторовна Драгунская - известный драматург.
С рассказами (и другими жанрами) Дениса Драгунского познакомилась несколько лет назад. Теперь читаю почти всё (в авторском блоге и в бумажных книгах), что выходит (и вышло) из-под его пера. Дошло до того, что провела урок литературы в 10 классе по его рассказу, на мастер-классе для учителей тоже использовала текст этого замечательного автора. Попытаюсь проанализировать два рассказа Д.Драгунского. Пересказать их невозможно, нужно читать.
"Окна во двор". Название рассказа вызвало ассоциации с триллером моего любимого режиссёра А. Хичкока "Окно во двор". У Драгунского оказалось всё не так страшно, но в какой-то мере триллерно. В тексте 4 персонажа: рассказчик, его приятель-бизнесмен, любовница Лиза, жена приятеля. В начале романа любовнице было 19 лет, бизнесмену - 42 года. В конце истории Лизе 36 лет, любовнику почти 60. Круто! Форма композиции - рассказ в рассказе.
Обратим внимание на сильные позиции текста. Первое предложение: "Жутко подлые бывают бабы! – вдруг сказал мой приятель, бизнесмен в области искусства: галерист и коллекционер, говоря по-старинному – маршан". Маршан - торговец (толковый словарь). Последнее предложение: "Тихо! – сказал я. – Тебе нельзя волноваться". Заголовок, вероятно, связан с квартирой, которую купил Лизе любовник: "Я ей квартиру купил, представляешь себе? Двухкомнатную, на Каретном ряду, все окна в зеленый двор. Ремонт оплатил. Мебель вместе с ней ездил покупать. Обставил, можно сказать, по своему вкусу". Важна роль лексических повторов в тексте. И Лиза, и рассказчик произносят одну и ту же фразу: "Тихо, тихо, тебе нельзя волноваться".
Вопросов возникает множество. Как повествователь относится к бизнесмену? Видимо, иронично и насмешливо. А была ли любовь? Почему такое название? Какую роль играет жена в рассказе бизнесмена?
Владислав Ходасевич "Окна во двор".
"Предложение". Это, конечно, рассказ: одно событие, совсем минимум героев, экономия всех возможных средств. Обнаружила все части сюжета (от экспозиции до развязки), кроме эпилога. Есть даже внесюжетные элементы: портрет Кати, пейзаж. Композиция простая линейная. Один день в начале сентября на даче у приятеля - вот и весь хронотоп.
Повествование ведётся от 1 лица, от лица студента. Думаю, что это сказ (передача устной чужой речи). В описании природы нет слов в переносном значении: "Самое начало сентября, не жарко, солнечно и сухо". Портрет девушки крайне скуп: "Ещё моложе и красивее". В диалоге применяется разговорная лексика: "классно, подучусь, на ровном месте, ну". Очевидно наличие парцелляции (намеренное расчленение текста на самостоятельные фрагменты): "Я умею варить макароны. Толстые, с дыркой. И тонкие тоже. Еще я умею варить вермишель. Также я могу сварить лапшу. У меня хорошо получаются рожки. Перья. Ушки. И ракушки". Понятно, что автор, используя все эти приёмы и средства, создаёт образы совсем молодых людей, студента и школьницы.
Интересно было бы обнаружить три вида информации в художественном тексте. Фактуальная. Студент и школьница на чужой даче гуляют по лесам-лугам, девушка (как бы в шутку) делает юноше предложение. Он интересуется, умеет ли она готовить. Умеет макаронные изделия. В финале герои хохочут, но "слишком долго и громко". Подтекстовая. Катя хочет замуж по примеру сестры, студент не хочет жениться. Еда в браке играет очень важную роль (ирония?). Концептуальная. Предлагаю целый набор.1. Путь к сердцу мужчины лежит через желудок. 2. Не умеешь готовить - замуж не возьмут. 3. Делать предложение должен только мужчина. 4. Слово - серебро, молчание - золото. 5. Женщины готовят - мужчины едят.
"В малой форме сказать можно больше. К тому же я люблю ясность. Практически во всех моих текстах есть какая-то фабула, какой-то занятный сюжетный ход. В них постоянно что-то происходит, в середине случаются невероятные перестановки, а к концу все меняется местами" (Денис Драгунский).

31 июля 2014 г., 17:06
3 /  3.899

"История Оливера" (1977) американского писателя Эрика Сигала является продолжением его знаменитого романа "История любви". Обе книги неплохо экранизированы, музыка Франсиса Лэя бесподобна.
В финале первого произведения Дженни, любимая жена Оливера Барретта, умирает от неизлечимой болезни в 25 лет. Прошло два года...
Оливер страдает, ходит к психоаналитику, которому жалуется на собственное равнодушие к людям. Герой постоянно острит, прячась от всего мира за щитом из шуток. Эти остроты, думаю, надоели не только персонажам, но и читателям. Появляется новая женщина по имени Марси Нэш - Биннендейл. Во втором романе, в отличие от первого, оба героя принадлежат к классу очень богатых людей. Ждём историю любви-2? А вот и нет.
Герои расстаются, вроде бы любя друг друга. Почему? Марси лично руководит своими магазинами, которые расположены по всей стране, а Оливеру хочется видеть её рядом каждый вечер (как когда-то было с Дженни). В Гонконге случайно выяснилось совсем ужасное-ужасное: новая возлюбленная - обыкновенная потогонная капиталистка, на которую работают за гроши даже маленькие дети (Диккенс где-то рядом). С такой женщиной жить он не сможет никогда! "О Гонконге я помню мало. За исключением одного - там я в последний раз видел Марси Биннендейл".
Радует, что у Оливера сохранились дружеские отношения с Филипом, отцом умершей жены. Фил очень надеется, что его зять женится на хорошей женщине. Радует, что Оливер и его отец нашли общий язык. Герой узнал, что мистер Барретт не потогонный капиталист (как всегда со скорбью думал), а порядочный и заботливый хозяин и отец.
Пугают последние предложения произведения Сигала (не говорю уж об эпиграфах). "Иногда задаю себе вопрос: что бы со мной было, будь Дженни жива? И отвечаю: Я был бы жив". Значит, во втором романе Оливер так и не вернулся к жизни? Значит, любовь к мёртвой жене лишает его будущего? Кстати, первая фраза романа: "Оливер, ты болен" (слова Фила). Роман называется "История Оливера", то есть история одного человека, который уж точно не собирается ни с кем делить своё прекрасное прошлое. "Оливер, ты ни с кем не сможешь жить. Ты по сей день настолько привязан к Дженни, что просто не хочешь заводить новые отношения" (слова Марси).

24 июля 2014 г., 17:51
5 /  3.700

Пустым местом, оказывается, можно кормиться,
им можно жить, оно наполняется бытийной тяжестью.
Лев Аннинский
Владимир Семёнович Маканин входит в круг лучших прозаиков России второй половины XX века – начала XXI века. Канадский славист К.Н. Шнейдман о нём написал: "Сегодня Маканин – один из немногих русских писателей, кому удалось за пределами брежневской эры сохранить уровень художественности своей прозы… Он создаёт сюжеты, впечатляющие своей философской значительностью, которые обновляют без тривиализации обсуждаемые им темы" (Лейдерман Н.Л., Липовецкий М.Н. Современная русская литература. 1950 – 1990 – е годы. В 2-х томах. – М., 2006, т. 2, с.626).
В центре повести 1982 года "Человек свиты" три основных героя: Дмитрий Родионцев, Вика Журавлёва, секретарша директора Аглая Андреевна. Они работают в одном из учреждений города. В каком – неважно, кем – тоже неважно. Ибо настоящая их жизнь – это жизнь свиты. Аглая Андреевна в силу своей должности играет роль могущественного лица, а Вика и Родионцев – её приближённых. С точки зрения Вики и Мити, Аглая Андреевна и директор – короли, цари, небожители. Попасть в солнечную приёмную, пить чай с секретаршей – это и есть счастье, солнечное местечко. Неслучайно слова "солнечное" и "солнце" повторяются много раз. Работники свиты чувствуют себя значимыми только в свите, рядом с начальством. Вне свиты они теряют себя. Мечта Вики и Мити – как можно дольше удержаться в "солнечной приёмной" секретарши. Поразительно то, что это "солнечное местечко" не даёт им никаких материальных выгод. Они изредка ездят с директором в командировки да ежедневно пьют чай с Аглаей. Для этих героев самое главное - ощущать себя людьми свиты. Эти ощущения создают видимость полноты жизни, собственной значительности.
Читатель застаёт Митю в тот момент, когда Аглая Андреевна очень тихо и спокойно отстраняет его от свиты. Начинаются мучительные размышления героя о причинах этой отставки. В сознании Мити утрата места в свите – трагедия. Потеряв "солнечное местечко", Родионцев теряет самого себя. "Человек свиты" Митя Родионцев всегда будет стремиться примкнуть к какой-нибудь стае – в воровской ли шайке, в институтских ли междоусобицах или же в литературных группировках. Ему страшно обрести свободу, стать хоть какой- то личностью. Под крылышком у вожака всегда спокойней, даже проигрывать, даже унижаться, даже погибать. Такие, как Митя, иногда идут на большой риск во имя того, чтобы не стать личностью, чтобы не выйти из стаи, чтобы не совершить поступок…"люди свиты" отказываются от пьянящей свободы, от жуткой независимости. Они знают, что ползающего человека невозможно уронить" (Бондаренко В. "Московская школа", или Эпоха безвременья. – М., 1990, с.113 – 114). Жизнь свиты – это жизнь людей с "гнущимся позвоночником", людей, не способных на собственные волевые решения. Отстранённый Родионцев и сам понимает незавидность своей роли в свите, называет себя не только "референтом", но и "шутом", "увеселителем", "массовиком-затейником". "Не в силах справиться с обстоятельствами и Митя Родионцев…хотя его ситуация представляется трагикомической, а не драматической: Митю "удалили" из свиты директора…Родионцев (и другие герои) написаны Маканиным как подчиняющиеся быстрому течению "реки жизни" (позитивному для "везунчиков", негативному для "невезучих")" (Иванова Н. Точка зрения. О прозе последних лет. – М., 1988, с.220).
В финале у Мити появляется мысль о свободе. Только мысль эта возникает в мозгу пьяного Родионцева, да к тому же её подсказывает совершенно посторонняя женщина.
Автор постепенно нагнетает ироническое отношение к Аглае Андреевне. Особенно ярко это проявляется в эпизоде со шторами. Автор противопоставляет неприступность секретарши – "богини" и "мелкость" "гномика" из хозобеспечения. Даже выбирая шторы, Аглая Андреевна сохраняет свою царственность.
Особенно насмешливо относится автор к Санину, молодому "заместителю" Родионцева в свите. В эпизоде со шторами группа слов "по – суздальски, многотрудную, работяга" создаёт ироническое авторское отношение к Санину. Этот герой прекрасно чувствует настроение начальства, оказывается в нужном месте в нужное время – заслуженно занимает место в свите. Но он ещё только начал превращаться в полулакея. Хотя Санин очень хочет оказаться в солнечной приёмной, стать человеком "середины", он может в командировке напиться, встречаться с чужой женой, дарить цветы не тем, ругать за спиной Аглаю.
Попытаюсь обнаружить значимые словесные ряды (ключевые слова) повести. Вероятно, уже в названии содержатся главные ключевые слова: "человек" и "свита". 1.Свита: "нам надо быть начеку, угадать и исправить, всегда на подхвате, воркует, лепечет, обласканная, в опале, судьба почему – то отвернулась, любовь Аглаи Андреевны, он не ропщет, отставили, работник свиты, Митю заменили, бороться за место под солнцем, мальчик на побегушках, прочая деловая обслуга, причастность к власти и суете людей, отставленный шут, постаревший увеселитель, человек свиты, прилипала и ловчила, полулакей, живучесть и приспособляемость, свитские люди царствуют и пылят в глаза, солнечное местечко (5 раз), место под солнцем, местечко, мелкота". 2. Человек: "моложавый мужчина, поджарый и быстрый для своих сорока лет, он жил и жил, никто его поймёт, этим ли заниматься в сорок лет, ему хочется поговорить по душам, но не с кем, впервые Родионцев сам по себе, свободен, я увидел, что я ничто и ноль, а в итоге вспомнить мне нечего, а поезд ушёл, я сбился (3 раза), мог бы и я прожить другую жизнь – совсем другую, я человек, тебе пойти некуда, гулял как хотел, меня любили, а теперь не любят, теперь сами по себе, свободны, свободен от свиты – это же замечательная мысль".
Родионцев мучительно осознаёт, что он сбился, что он человек, что он свободен. Это ему помогают понять молчаливые мужики в ресторане, пьяный юноша на улице, незнакомая женщина. В финале Митя – человек (пусть и пьяный). "Я знаю: ничто не меняется к лучшему в духовном составе героя…Я знаю, что серединный человек не становится при этом ни выше, ни лучше, ни счастливее. Я только чувствую мгновенным уколом боли, что он – человек. И мне достаточно" (Аннинский Л. Структура лабиринта. – В книге: Маканин В. Избранное. – М., 1987, с.18).
Эссе на основе моей статьи в журнале "Литература в школе", 2013, №3.

25 июня 2014 г., 22:13
5 /  4.091

Хорошая деталь, впрочем, —
это не всегда хорошая литература,
но вот хорошая литература —
это всегда хорошая деталь.
Юрий Буйда
Книги Юрия Буйды мне интересны. Обратила внимание на этого писателя ещё в 90-ые годы прошлого века, поскольку читала много толстых литературных журналов. В последние годы прочитала (или перечитала) "Вор, шпион и убийца", "Ермо", "Прусская невеста", "Синяя кровь". Они увлекают читателя, пугают, шокируют, нередко вгоняют в краску своей близостью к пошлости, грязи. Писатель был финалистом литературных премий "Русский Букер", "Ясная Поляна", лауреатом национальной премии "Большая книга".
Сборник рассказов (повестей?) "Львы и лилии" - это в основном мир подмосковного городка Чудова (оттуда же, кстати, и "Синяя кровь"). Основан Чудов был братьями-палачами, которые приехали в Россию из Фландрии и служили Ивану Грозному. Он их и наградил этими землями. В городке палачей уже больше 300 лет убивают, насилуют женщин, рисуют картины, уродуют и исцеляют людей, женятся (бывает, что и по любви), занимаются любовью.
Время действия вроде бы очевидно: 20-21 века с "заплывами" в более далёкое прошлое. Не раз упоминается красногвардейский батальон имени Иисуса Христа Назаретянина, Царя Иудейского, который (в смысле это полубандитское формирование) в 1919 году громил всё и убивал жителей Чудова. В 1939 году на окраине городка, Проказории, за одну ночь расстреляли 542 чел. На Проказории в 18 веке в бараках жили после Крымского похода солдаты, заразившиеся проказой. Селиться здесь стали только при советской власти. Больше 300 лет провела в подвале мраморная Спящая красавица, сыгравшая роковую роль в жизни некоторых чудовцев.
Герои фоновые живут долго (конечно, не все и не всегда), главные герои умирают от рака, от пули, ножа, топора. Колоритны образы (и имена) директрисы школы Цикуты (ядовитое растение!) Львовны, хозяйки ресторана "Собака Павлова" Малины, Ванили, бандита Кости Крейсера, мерзавра Годзиллы, Марса, девушки с крыльями, Казимира Малевича, начальника милиции Пана (в древнегреческой мифологии бог Пан - покровитель пастухов и стад) Паратова (ассоциации с "Бесприданницей" Островского), полковника Сиверса (правда, он не связан с городком) и множества других персонажей.
Город Чудов - это что? Чудо, чудище, чудовище, чучело, чудеса? Мифологизированный, фантастический, волшебный, мерзкий, грязный мир. Видимо, наш мир. Да и Маркес где-то рядом. В финале последнего рассказа сборника "Дерево на склоне холма, верность привычкам, ночь" Пан Паратов думает "о мироздании и круге жизни, где человек не может, не должен быть оправдан одним только законом и где этот старухин Иисус умер не напрасно...".
Фрагмент рассказа "Девять киргизских лампочек" (обратите внимание на детали)
"Азат окончил институт, женился на хорошей девушке, которая работала медсестрой, у них родились две девочки. Азат хорошо зарабатывал: ветеринар на селе — важный человек. Они жили в Ферганской долине. Но два года назад узбеки и киргизы снова начали убивать друг друга. Они убили жену Азата и его дочерей. В живых остался только котенок. Только котенок остался в живых. Один котенок. Приблудный котенок выжил, а жена и дети — нет. Котенок. Серый котенок. Маленький котенок. Сердце Азата закрылось. Соседи говорили, что он должен отомстить убийцам-узбекам, но Азат не стал этого делать. Он похоронил семью, взял котенка и поехал в Ош. Тетка помогла устроиться шофером к одному важному человеку, но важного человека вскоре убили бандиты, и тогда Азат решил уехать насовсем. Он разбил восьмую лампочку и уехал в Россию, оставив котенка у тетки...
— Маленький, — сказал Азат. — Жалко его.
— Жалко, — сказала Лера. — Никого и ничего не осталось. Даже Бога. В церковь хожу, а что такое любовь — не знаю. Обними меня, Азат. Когда-то я думала: если обнять любимого крепко-крепко, он не умрет. А теперь у меня никого — ни дочери, ни любимого, только ты, только киргиз приблудный. Обними меня, Азат. Крепко-крепко".

5 января 2014 г., 16:59

Прочитала полезную и увлекательную (местами наивную) книгу знаменитого филолога и писателя Мариэтты Чудаковой "Литература в школе: читаем или проходим?". Вот какие книги, статьи рекомендует автор учителям литературы. Или упоминает. Я выписываю далеко не всё.
Мариэтта Чудакова "Литература в школе: читаем или проходим?" (я рекомендую).
Мариэтта Чудакова "Новые работы: 2003-2006".
Владимир Вейдле "Безымянная страна".
Мариэтта Чудакова "Дочь командира и капитанская дочка". - В книге: Новые работы: 2003-2006.
Мариэтта Чудакова "О поэтике Михаила Булгакова". - В книге: Новые работы: 2003-2006.
Мариэтта Чудакова "Язык распавшейся цивилизации". - В книге: Новые работы: 2003-2006.
Альтман М.С. "Достоевский. По вехам имён".
Борис Эйхенбаум "О принципах изучения литературы в средней школе" (статья 1915 года).
Корней Чуковский "Живой как жизнь. Разговор о русском языке".
Лев Айзерман "Педагогическая непоэма. Есть ли будущее у уроков литературы в школе?".
Лев Айзерман "Сочинения о жизни и жизнь в сочинениях".
Абелюк Е., Поливанов К. "История русской литературы XX века. В 2 книгах. Книга для просвещённых учителей и учеников".
Мариэтта Чудакова "Не для взрослых. Время читать! Полка первая".
Мариэтта Чудакова "Не для взрослых. Время читать! Полка вторая".
Мариэтта Чудакова "Не для взрослых. Время читать! Полка третья".
Борис Томашевский "Теория литературы".
Дина Хапаева "Кошмар: литература и жизнь".
Мариэтта Чудакова "Дела и ужасы Жени Осинкиной. Тайна гибели Анжелики".
Мариэтта Чудакова "Дела и ужасы Жени Осинкиной. Портрет неизвестной в белом".
Мариэтта Чудакова "Дела и ужасы Жени Осинкиной. Завещание поручика Зайончковского".
А.П.Чудаков "Антон Павлович Чехов. Книга для учащихся".
А.П.Чудаков "Поэтика и прототипы". - В книге: В творческой лаборатории Чехова.
Петровский М. "Мастер и город. Киевские контексты Михаила Булгакова".
Анна Ахматова "О Пушкине. Статьи и заметки".
Мариэтта Чудакова "Жизнеописание Михаила Булгакова".
Лесскис Г., Атарова К. "Путеводитель по роману Михаила Булгакова "Мастер и Маргарита".
Нина Берберова "Железная женщина".
Сергей Бочаров "Филологические сюжеты".
Татьяна Москвина "В спорах о России. А.Н.Островский. Статьи, исследования".
Н. С. Ашукин, С. И. Ожегов, В. А. Филиппов "Словарь к пьесам А.Н.Островского".
Марина Цветаева "Мой Пушкин".
Михаил Гаспаров "Метр и смысл".
Плимак Е. "Как писался и печатался "Василий Тёркин". - Континент, 2008, №138.
Максим Кронгауз "Русский язык на грани нервного срыва".
"Русский язык сегодня". М., 2004.
Мариэтта Чудакова "Егор. Биографический роман. Книжка для смышлёных людей от десяти до шестнадцати лет".
И.Д.Шабалин "Свидетель социализма".
О.П. Ермакова "Краткий толковый словарь ушедших и уходящих слов и значений".
Ирина Левонтина "Шум словаря". - Знамя, 2006, №8.
В.В.Колесов "Гордый наш язык...".
Л.П.Крысин "Толковый словарь иноязычных слов".
Андрей Зализняк "Новгородская Русь по берестяным грамотам".
Андрей Зализняк "Что такое любительская лингвистика".
Э.Э.Кац, Н.Л.Карнаух "Литература. Учебники для 5-7 классов".
Г.Честертон "Рассказы отца Брауна".

29 июля 2012 г., 16:04
5 /  3.963

Раньше я пытался изменить ход событий,
теперь не вмешиваюсь в них,
теперь они происходят независимо от меня.
Д.Брэйн "Жизнь наверху"
Как вы думаете, какой была бы жизнь Жюльена Сореля (на всякий случай, это герой романа Стендаля "Красное и чёрное"), если бы он не погиб так рано? Он женился бы на Матильде, дочери маркиза, которая ждёт от него ребёнка, и всю жизнь был примерным супругом? Он стал бы священником? Он, поклонник Наполеона, подался бы в революционеры? А может, его жизнь сложилась бы так, как у главного героя романа Джона Брэйна "Жизнь наверху"?
Английский писатель Джон Брэйн (1922-1986) прославился дилогией о Джозефе Лэмптоне: "Путь наверх" и "Жизнь наверху" (1962). Сюжет первой книги чуть ли не совпадает с сюжетом "Красного и чёрного", только действие происходит в 20 веке. Оба романа сразу же попали на экран (1958, 1965). Что произошло с нашим героем во второй части дилогии "Жизнь наверху"? Мечты сбылись!
Итак, Джо наверху. Уже десять лет муж дочери богатого и влиятельного Брауна, двое детей, материальное благополучие. Только... счастье где? Тесть помыкает Джо, не уважает его совершенно; для тёщи он не джентльмен; жену Сьюзен он не любит (правда, верность хранит). Дом является собственностью жены, машина принадлежит фирме Брауна. Лэмптон чувствует себя, как собака в клетке, он понимает, что лишён свободы и независимости. Если в первой книге герой сам выбирал свою дорогу (не случайно в русском переводе название "Путь наверх"), то во второй части нет никакого пути, вокруг болото, в котором Джозеф барахтается из последних сил. "Этот мир не для маленьких детей".
Зато теперь Джо знает, что в его жизни была единственная женщина, которую он любил - Элис. В первом романе он предал Элис ради женитьбы на Сьюзен, и его возлюбленная трагически погибла.
Счастье всё-таки есть: герой обожает своих детей, особенно маленькую дочку Барбару. А что дальше? Скелет в шкафу, ещё и не один. Новая любовь, что-то похожее на неё. Разрыв с обществом людей, которых Джо ненавидит. Финал традиционный, даже избитый, но почему-то у читателя по щекам текут слёзы. "Внезапно, без всяких усилий с моей стороны, я почувствовал себя счастливым, таким счастливым, как бывало в детстве. Ощущение это, конечно, скоро пройдёт, оно уже исчезает, но я знал, что оно вернётся".

15 июля 2012 г., 19:44
5 /  4.144

Я оттолкнул совесть от от рычагов
управления и передал их рассудку.
Д.Брэйн "Путь наверх"
"Я убил Элис", - сказал я и заплакал... "Никто ни в чём не винит вас, дружок"... Я резко отодвинулся от неё. "О Господи, - сказал я, - в этом-то вся и беда". Это финальные фразы романа известного английского писателя Джона Брэйна (1922-1986) "Путь наверх" (1957). Книга стала первой частью дилогии о Джозефе Лэмптоне, вторая часть называется "Жизнь наверху". Я вначале (уже давно) посмотрела экранизации романов под названием "Путь в высшее общество" (1958) с удивительной Симоной Синьоре и "Роскошная жизнь" (1965). В главной роли снялся Лоуренс Харви. А теперь прочитала и дилогию Брэйна.
Повествование в произведении "Путь наверх" ведётся от лица главного героя, который вспоминает события своего недавнего прошлого. Действие происходит примерно в 1946 году, красавчику Джозефу 25 лет. Джо Лэмптон родился в ненавистном маленьком рабочем городке Дафтоне, в годы Второй мировой войны потерял родителей, служил в армии, затем попал в лагерь для военнопленных в Баварии. Грязный Дафтон герой называет Мертвецкой, а крупных муниципальных служащих и богачей - зомби. Джо со своим дафтонским другом Чарльзом разработал классификацию женских и мужских типов от категории №1 до №10. Категория №1 - миллионеры, кинозвёзды, диктаторы; женщины, изобретательные и неутомимые в любви. Себя Джозеф отнёс к категории №7: шестьсот фунтов годового дохода.
Сейчас главный герой - муниципальный бухгалтер (счетовод) в Уорли. Он самолюбивый, тщеславный, уверенный в себе молодой человек а-ля Жюльен Сорель. (Конечно, сразу возникают ассоциации с Жюльеном Сорелем из "Красного и чёрного" Стендаля: характер да и сюжет почти один к одному). Жить Наверху (по словам персонажей) - это жить в самом богатом районе города Уорли. В сознании Джозефа существуют два человека: один мечтает оказаться Наверху, стать мужчиной категории №1 или хотя бы №2, другой хочет просто жить и любить вдали от ненавистных зомби. Кто одержит победу? Думаю, все довольно быстро сообразят. Как попасть в высшее общество умному и красивому мужчине без средств? А для этого требуются прекрасные девушки категории №1 или №2, у которых богатые и влиятельные отцы. Так появляется Сьюзен Браун, милая, нежная, наивная, девятнадцатилетняя (ура!). Как можно прожить вдали от мерзких зомби? Для этого требуются красивые любимые женщины. Так появляется Элис Эйсгилл, умная, опытная, талантливая, замужняя, тридцатичетырёхлетняя (увы!).
В Уорли есть хороший любительский городской театр. Именно в театре знакомится Джо с Элис и Сьюзен. Именно в театре играет вся эта троица. Да, Джо играет не только в театре... Его лучшая роль - роль возлюбленного девушки с приданым, лучший спектакль - разговор с отцом Сьюзен в клубе консерваторов.
Весь роман, мне кажется, просто "прошит" символами. Зомби - оживлённый кем-то труп или живой человек, попавший под чужое влияние (примерно так). Театр - маски, котурны, актёры, игра на публику. Бухгалтер - налоги, документы, законы, финансы. Муниципалитет - административная единица. Пожалуй, в таком мире нет места для настоящей любви.
В начале книги Джо Лэмптон едет в Уорли (утро пасмурное, небо серое) и твердит про себя: "С зомби покончено, Джо. Никаких зомби больше". В финале он ещё не превратился в зомби-актёра: он безумно страдает, потеряв единственную женщину, с которой ему не было одиноко.

6 января 2012 г., 16:18
5 /  5.000

«Фаворит королевы Швеции и друг Богдана Хмельницкого»
Осенью 2010 года побывала с учениками на творческой встрече с череповецким историком и писателем Евгением Васильевичем Шалашовым в Центральной городской библиотеке имени В.В.Верещагина. Он представлял свою книгу «Хроники русской провинции». Евгений Шалашов - учитель истории и обществознания школы № 17, кандидат филологических наук, доцент кафедры истории Череповецкого государственного университета. Последняя его книга - роман «Кровавый снег декабря».
Героями «Хроник…» стали выдающийся (во всех отношениях) вологодский самозванец XVII века Тимошка Акундинов, местные старообрядцы, генерал Левашов, криминальные персонажи, мошенники ...
Тимофей Акундинов - поэт, переводчик, друг Богдана Хмельницкого, посланник римского папы, любовник шведской королевы. Он родился в 1617 в Вологде, получил приличное образование, сам изучил семь языков. Женится на Татьяне, родственнице епископа, появляются дети. У талантливого молодого человека есть и покровители: Тимофей получает должность подьячего в приказе. Увлекается азартными играми, продаёт всё, чтобы расплатиться с долгами. Жена недовольна - сжигает её живьём, заперев в доме, правда, детей пожалел. Бежит в Польшу к королю Владиславу, называет себя сыном покойного царя Василия Шуйского, который умер за семь лет до рождения Тимошки. А что было потом! Очень интересная судьба. Кстати, этот самозванец стал персонажем последнего романа великолепного Леонида Юзефовича «Журавли и карлики».
Штабс-капитан Сергей Николаевич Веселов получил в наследство деревню в Нелазской волости под Череповцом (XIX век). В имении устроил театр: под здание приспособили старый овин, актёров набрали из деревенских парней и девок (угрозами или деньгами). Первый спектакль – «Бедная Лиза» Карамзина. Актёры неграмотные, родители девок контролируют процесс репетиций. Жених исполнительницы главной роли ревнует, избивает «Эраста» и отказывается жениться. Родители «Лизы» требуют, чтобы теперь «Эраст» взял их дочь в жёны, но невеста неожиданно сбегает. Сергей Николаевич близок к самоубийству. Офицер отправляется в Петербург и приглашает Императорский театр на гастроли в свою деревню. С него специально запросили гигантскую сумму в 5000 рублей; Веселов заложил имение, влез в долги, но деньги нашёл. Театр из Петербурга приехал, зрители повалили валом из Череповца, Ярославля, Вологды. Билет стоил 10 рублей, для дам - бесплатно. После отъезда труппы наш герой разбогател, выкупил имение и, наверное, вляпался в другую авантюру.
В 1904 году в Вологде появился некий польский шляхтич. Он предложил местному аптекарю волшебный препарат для отращивания шикарных и длинных волос, предъявил официальные документы. Вскоре в аптеке начался бум. Обычная мазь стоила три рубля, ароматизированная - пять рублей (16 килограммов свежей говядины - 3 рубля). Шляхтич заявил, что использовать препарат нужно не меньше 14 месяцев, поэтому люди скупали баночки в немалом количестве. В Грязовце (под Вологдой) проживал гимназист Соколов, который увлекался естественными науками. Гимназист заинтересовался бальзамом, с трудом скопил 3 рубля и купил банку. Препарат почему-то разительно напоминал вазелин. Соколов провёл эксперимент на старом Бобике - пёсик остался таким же седым. Отец гимназиста наказал сына за ненужные траты, но сообщил о результатах эксперимента в полицию. Понятно, что документы поляка оказались поддельными, зато у аптекаря появились лавки в соседних городках.
Очень увлекательна глава «Дело генерала Левашова». Почему генерал Левашов выстрелом из браунинга лишил жизни корнета Шпанова?
Читайте книги Евгения Шалашова! Я рекомендую и другие произведения нашего писателя: интересный роман в жанре альтернативной истории «Кровавый снег декабря» и документальные «Очерки по истории Череповецкого Воскресенского собора. 1780-1961 годы».

1 сентября 2011 г., 13:38
5 /  3.913

Красная комната и сладкий пирожок

Начинается как глава настольного романа всех
наших бабушек и матерей — «Jane Eyre» — Тайна
красной комнаты. В красной комнате был тайный шкаф.
Марина Цветаева
Почему я люблю роман Шарлотты Бронте «Джейн Эйр»? Теперь, прочитав эту книгу несколько раз, посмотрев все сохранившиеся экранизации, могу ответить на этот вопрос. Я женщина, поэтому мне нравятся романтические, почти сказочные любовные истории. Я взрослая женщина, поэтому мне нравятся умные героини любовных историй. Я много читающая женщина, поэтому мне нравятся любовные истории, созданные хорошими писателями. Я давно много читающая женщина, поэтому мне нравятся романы, в которых есть, по словам Марины Цветаевой, «тайный шкаф». Я люблю многослойные произведения, люблю копаться в «тайных шкафах» - смыслах и подтекстах.
Приступим? Стихотворение Шарлотты Бронте «Жизнь», кажется мне, содержит то зерно, из которого вырос самый известный роман английской писательницы:
Поверь, что жизнь – не снов игра,
Не сказок темный лес.
Как часто мелкий дождь с утра
Сулит нам день чудес!
Пускай у неба хмурый вид -
Промчатся облака;
А ливень розы оживит,
Увядшие слегка.
Шальные, невозвратные,
Уходят жизни дни;
Веселые, приятные,
Покинут нас они.

Ну что с того, что смерть всегда
Идет за жизнью вслед?
Ведь страшной кажется беда,
Когда надежды нет.
Надежда трудностям назло
Нас держит каждый миг;
Она – спокойствия крыло
И свежих сил родник.
Пусть многие и трудные
Преграды встретим тут,
Но славные и чудные
Нас годы жизни ждут!
Жизнь неповторимой Джейн (в переводе Ирины Гуровой) или Джен (в переводе Веры Станевич) проходит между «красной комнатой», символизирующей смерть, небытие, и «сладким пирожком», метафорой надежды, мига счастья. В начале романа она живёт в качестве бедной родственницы в Гейтсхэдхолле, доме семейства Ридов. В роскошной красной комнате когда-то давно умер мистер Рид, брат её отца, и теперь девочке кажется, что на комнату наложено заклятие. Джейн ужасно боится оказаться там в одиночестве. Единственное лакомство (а значит, и капелька внимания), которое она иногда получает, - сладкий пирожок. Служанка Бесси, которая печёт сладкие пирожки, и аптекарь мистер Ллойд протягивают руку помощи маленькой героине: ей удаётся вырваться из удушающих «родственных объятий» злобной семьи Ридов.
Кошмарная приютская школа в Ловуде становится «красной комнатой» смерти. Руководство мерзкого мистера Брокльхерста создало условия для вспышки эпидемии тифа, унёсшей жизни слишком многих воспитанниц. Только крепкое здоровье, упрямство и добрые отношения с директрисой мисс Марией Темпль, однажды угостившей Джейн сладким пирогом, подругой Элен Бернс, приятельницей Мери-Энн Вильсон помогают выжить девушке в аду Ловуда.
Чтение книг, которые тоже стали своеобразными «сладкими пирожками», спасает интеллект и дух юной Джейн. Я решила взглянуть на «книжную полку» Эйр (исследовала текст Бронте с этой точки зрения сама, в интернете и энциклопедиях искала только информацию о неизвестных мне авторах). На ней толпилось не так много книг. «Памела, или вознагражденная добродетель» английского писателя С. Ричардсона. В этом романе бедная девушка Памела не поддалась на неприличные уговоры богатого хозяина, сохранила свою честь и… вышла за этого мужчину замуж. Вам сюжет ричардсоновский ничто не напоминает? «Жизнь английских птиц» английского иллюстратора и гравёра Т. Бьюика. «Генрих, герцог Морландский» (не могла найти автора). «История Рима» английского литератора О. Голдсмита. «Путешествия Гулливера» знаменитого английского писателя Джонатана Свифта. Гулливер, как мы помним, побывал у великанов, лилипутов (это слово придумал Свифт), лжеучёных, разумных лошадей, диких людей – йеху (тоже придумал Свифт). Наша Джейн из Англии не уезжала, но, пожалуй, столкнулась с такими же опасностями, как и Гулливер. А уж сколько йеху попалось ей на жизненной дороге! Кроме того, Эйр читала старинные волшебные сказки, французские сказки, древние баллады, стихи, она увлекалась путешествиями и биографиями. В Библии её заинтересовали Откровение, книга пророка Даниила, книга Бытия, книга пророка Самуила, история Иова, история Ионы. Не буду искать здесь ассоциации – тема неисчерпаемая, для отдельного сочинения. Несчастная ловудская подруга Джейн, Элен Бернс, читает «Историю Расселаса, принца абиссинского» английского писателя С. Джонсона. Этот утопический роман рассказывает о прекрасном мире, который на самом деле не существует. Может быть, утопический (утопия – место, которого нет) взгляд на жизнь (об руку с тяжкой болезнью) и свёл Элен так рано в могилу. Адель вслух читала басню французского поэта Лафонтена «Союз крыс» о хвастливых и трусливых крысах.
В Торнфильде, где Эйр работает гувернанткой, она почти счастлива. Джейн живёт среди приличных людей, которые её уважают. Домоправительница миссис Фэйрфакс очень добра, воспитанница Адель Варанс мила. Но самый большой и вкусный «сладкий пирожок» - это взаимная любовь Джейн и Эдварда Рочестера, хозяина Торнфильдхолла. Тревожит гувернантку, которая готовится к свадьбе с удивительным Рочестером, только поведение странной служанки Грэйс Пул. Героиня ещё не догадывается, что комната служанки превратится в очередную «красную комнату»: в ней заперта Берта, сумасшедшая жена Эдварда. Катастрофа!
Почти умирающая Джейн находит приют в доме священника Сент-Джона. Трагедия не сломила силу воли героини, она выдержала страшнейший удар судьбы. И … посыпались «сладкие пирожки»! Умерший брат отца мистер Эйр всё своё немалое состояние оставил нищей племяннице Джейн. Строгий священник и его прекрасные сёстры оказались близкими родственниками Эйр.
В финале романа «красная комната» сумасшедшей Берты, совершившей самоубийство, сгорела. Джейн Эйр вернулась к Рочестеру. Уже десять лет они счастливы!
Роман Шарлотты Бронте надо обязательно успеть прочитать вовремя. Это понимала мать великой Марины Цветаевой: «О, как мать торопилась с нотами, с буквами, с Ундинами, с Джейн Эйрами, с Антонами Горемыками, с презрением к физической боли, со Св. Еленой, с одним против всех, с одним – без всех, точно знала, что не успеет… так вот – хотя бы это, и хотя бы еще это, и еще это, и это еще… Чтобы было, чем помянуть! Чтобы сразу накормить – на всю жизнь!».

17 августа 2011 г., 20:33
4 /  3.884

Частица целой я вселенной,
Поставлен, мнится мне, в почтенной
Средине естества я той,
Где кончил тварей ты телесных,
Где начал ты духов небесных
И цепь существ связал всех мной.

Я связь миров повсюду сущих,
Я крайня степень вещества;
Я средоточие живущих,
Черта начальна божества;
Я телом в прахе истлеваю,
Умом громам повелеваю,
Я царь - я раб - я червь - я бог!
Г. Р. Державин "Бог", 1780

Когда пробьет последний час природы,
Состав частей разрушится земных:
Всё зримое опять покроют воды,
И божий лик изобразится в них!
Ф. И. Тютчев "Последний катаклизм", 1829

В 1827 году молодой и неизвестный русский поэт Фёдор Тютчев пишет стихотворение "Вопросы", герой которого мучается над "загадкой жизни":
О, разрешите мне загадку жизни,
Мучительно-старинную загадку,
Над коей сотни, тысячи голов –
В египетских, халдейских шапках,
Гиерогли́фами ушитых,
В чалмах, и митрах, и скуфьях,
И с париками, и обритых, –
Тьмы бедных человеческих голов
Кружилися, и сохли, и потели, –
Скажите мне, что значит человек?
Откуда он, куда идет,
И кто живет над звездным сводом?
В 1937 году американская (10 лет назад навсегда покинувшая Россию) писательница Айн Рэнд в повести "Гимн" (Москва, Альпина Паблишерз, 2010) ответила на вопросы бывшего соотечественника и загадку разрешила (наверное, ей так казалось). Герой маленькой книги, назвав себя Прометеем (!), утверждает: "Я покончил с монстром "мы" — словом рабства, воровства, несчастья, фальши и стыда. И вот я вижу лицо бога, и я возношу его над землей. Бога, которого человек искал с тех пор, как люди начали существовать. Этот бог даст нам радость, мир и гордость. Этот бог — "Я".
О знаменитом вне России американском философе и писателе Айн Рэнд я узнала только в этом году. Алиса Зиновьевна Розенбаум родилась в Санкт-Петербурге в 1905 году, в 1926 году уехала в Америку, работала сценаристом. Написала несколько художественных произведений: "Источник", "Мы - живые", "Атлант расправил плечи", "Гимн", стала автором значительных философских трудов.
"Гимн" - это художественно-публицистическая антиутопия (дистопия). Очевидно, что этот жанр пародирует и отрицает литературную утопию, доказывая её невозможность. XX век породил множество антиутопий в мировой литературе, например: «Мы» Евгения Замятина, «Котлован» Андрея Платонова, «Заводной апельсин» Энтони Бёрджесса, «Час Быка» Ивана Ефремова, «1984» Джорджа Оруэлла, «О дивный новый мир!» Олдоса Хаксли.
Герой повести американской писательницы ведёт своеобразный дневник, в котором отражается его духовный путь от "Мы" к "Я". Напомню, что роман Евгения Замятина «Мы» был написан в 1920 году. Вероятно, новая американка могла его прочитать.
Текст Рэнд, по-моему, пронизан разнообразными символами. В первой главе (число 1 символизирует мужское начало, зародыш, подъём) человек по имени Равенство 7-2521 рассказывает о своей жизни до...некоего события. Во второй главе (двойка - это двойственность противоположного, например, мужского и женского, женское начало) речь идёт о любви к женщине по имени Свобода 5-3000 и о каком-то Непроизносимом Слове, ради которого некоторые собратья шли на костёр. В третьей главе (символические значения тройки - созидание, рост, творческое обновление, движение вперёд) герой обнаруживает неизвестную ему силу природы. Четвёртая запись (число 4 в эзотерике - очищение, просветление, страдание) снова о встрече с женщиной. Герои выясняют, что мысленно они называют друг друга другими именами - Золотая и Непобеждённый. Так оковы обезличенного «Мы» начинают разрушаться. В седьмой главе (7 - это совершенство, мистическая природа человека, полнота, разум) Непобеждённый идёт со стеклянной коробочкой, найденной в заброшенном туннеле, в Дом Учёных, чтобы рассказать людям о новой силе природы. Но собратья, «глухие» и «слепые», его с ужасом отвергают, он убегает в страшный лес навсегда. О таких «глухонемых» людях писал в 1836 году и великий Фёдор Иванович Тютчев в стихотворении «Не то, что мните вы, природа…»:
Они не видят и не слышат,
Живут в сем мире, как впотьмах,
Для них и солнцы, знать, не дышат,
И жизни нет в морских волнах.

Лучи к ним в душу не сходили,
Весна в груди их не цвела,
При них леса не говорили,
И ночь в звезда́х нема была!

Не их вина: пойми, коль может,
Органа жизнь глухонемой!
Души его, ах! не встревожит
И голос матери самой!..
Следующие дневниковые записи не только рассказывают о самых необычных событиях, но и отражают мысли свободного человека, который узнал, что Непроизносимое Слово - "Я". "Я есть. Я думаю. Я хочу. Мои руки. Моя душа. Мое небо. Мой лес. Это моя земля...Я выберу друзей среди людей, но не рабов, не хозяев. И я выберу только тех, кто понравится мне, и их я буду уважать и любить, но не подчиняться и не приказывать. И мы соединим руки, когда захотим, и пойдем в одиночку, когда захотим. В храме своей души человек одинок. И пусть храм каждого останется нетронутым и неосквернённым. Пусть человек протянет руку другому, когда захочет, но только не переступив этот святой порог". Этот человек также понял, что и внешне он прекрасен (видимо, как бог), в отличие от собратьев, вид которых вызывал жалость.
В последней, двенадцатой, главе (число 12 символизирует высший порядок, законченность, цельность) герои, осознав окончательно свою индивидуальность, выбирают новые имена. Мужчина берёт имя титана Прометея (мыслящий, предвидящий, защитник людей, борец с тиранией богов), женщина получает имя богини Геи (мать Земли и старых богов). В финале свежеиспечённый Прометей уверен, что его возлюбленная станет матерью новейших богов, а он (на горе) вместе с будущими детьми и избранными друзьями построит новый мир. "Я буду бороться за то, чтобы наступил этот день. Я, мои дети и избранные друзья. За свободу человека. За его право. За его жизнь и честь. И здесь, над воротами моей крепости, я высеку в камне слово, которое станет моим маяком и знаменем. Слово, которое не умрет, даже если мы все погибнем в битве. Слово, которое не может умереть на земле, потому что оно есть ее сердце, смысл и слава. Это священное слово — EGO". Надеюсь, это будет не "дивный новый мир" и не "скотный двор".
Так, мне кажется, антиутопия становится очередной утопией (идеальным обществом, которого нет), вроде "Туманности Андромеды" Ивана Ефремова, "Что делать?" Николая Чернышевского, "Новой Атлантиды" Фрэнсиса Бэкона, «Атлант расправил плечи» (1957) той же Рэнд. Даже название повести мне представляется утопичным, слишком серьёзным. Одно из значений слова «гимн» - торжественная хвалебная песнь (первоначально - в честь богов или героев); музыкальное произведение или часть его (обычно финал) торжественного характера, прославляющее кого-либо, что-либо. Айн Рэнд создала хвалебную песнь в честь новых богов в человеческом облике: мыслящих индивидуалистов, «разумных эгоистов». (Надо тормозить, опять возникла тьма-тьмущая ассоциаций, цепочек, типа «тварь дрожащая» и «право имею» Достоевского, сны Веры Павловны Чернышевского…)
Может быть, и Тютчев писал о том же в 1829 году в стихотворении «Цицерон»:
Счастлив, кто посетил сей мир
В его минуты роковые!
Его призвали всеблагие
Как собеседника на пир.
Он их высоких зрелищ зритель,
Он в их совет допущен был –
И заживо, как небожитель,
Из чаши их бессмертье пил!
Нет, поэт писал о другом. Он размышлял о судьбе людей во времена хаоса и катастрофы. Айн Рэнд размышляла о судьбе неких супергероев (люди в повести – жалкие существа) во времена тоталитаризма и коллективизма. Мне так кажется.

5 августа 2011 г., 17:54
4 /  3.859

" - Так что нам с ним делать?
- Что ж, - сказала я, словно эта мысль только сейчас пришла мне в голову, - может, нам удастся воспитать его". И это им удалось!
Библиотекарь Вики Майрон стала автором очень популярной книги "Дьюи. Кот из библиотеки, который потряс весь мир". Книга документальная, довольно безыскусная, нескучная, эмоциональная. Писательнице удалось создать и удачные художественные образы (иначе я не пролила бы столько слёз).
Эта история произошла в маленьком американском городке Спенсере, штат Айова. 18 января 1988 года в Публичной библиотеке оказался умирающий, ледяной от холода восьминедельный котёнок. В конце 2006 года Дьюи, рыжий кот из библиотеки, умер.
250 страниц текста вместили не только трогательную историю жизни потрясающего американского кота, который прославился почти на весь мир. Вики Майрон достаточно интересно (с моей точки зрения) рассказала о себе, семье, своих родителях, о работе в библиотеке, о провинциальном городке, о родном штате Айова. Мне думается, что композиция произведения, построенная на переплетении истории простых американцев и истории выдающегося (да-да, это не ирония) кота вполне удачна.
"Как получилось, что несчастный котёнок-подкидыш сделал маленькую библиотеку местом встречи местных жителей и центром притяжения для туристов, одухотворил классический американский городок и стал известен во всём мире?" Вы узнаете ответ на этот вопрос, прочитав книгу о Дьюи.
P.S. Оказывается, Майрон написала продолжение под названием "Девять жизней Дьюи. Наследники кота из библиотеки, который потряс весь мир".

26 июля 2011 г., 16:31
5 /  3.871

Александр Етоев, Петербург. "Книгоедство. Выбранные места из книжной истории всех времён, планет и народов. Роман-энциклопедия". - Новосибирск, Сибирское университетское издательство, 2007.
Эту книгу дочитала сегодня ночью. Взахлёб. Очень рекомендую нетрадиционную "литературную энциклопедию" малозакомплексованным глотателям книг (в хорошем смысле слова).
Роман составлен из эссе, заметок, наблюдений, приколов в алфавитном порядке. Герои энциклопедии - писатели, книги, стихи, художники, мысли, шутки. Например, "Антисанитария и личная гигиена в литературе", "Апухтин А.", "Белинский В.", "Библиотека пионера", "Волшебник Изумрудного города" А. Волкова", "География", "Гоголь у Ленина", "Гора Мборгали" Ч. Амирэджиби", "Два Петра", "Детгиз", "Детская литература", "Дюма А.", "Етоев А.", "Животноводство", "Илиада", переведённая Н. Гнедичем", "Калевала", "Книги нашего детства", "Княжнин Я.", "Коммунальная квартира", "Кот в сапогах" Ш. Перро в связи с проблемой кастрирования котов", "Ленин в поэзии", "Ляпляндия", "Маканин В.", "Мать" М. Горького", "Маяковский-самоубийца", "Мей Л.", "Молодая гвардия" А. Фадеева", "Ненобелевские премии", "Павлова К.", "Пикуль В.", "Приключенческая литература", "Про шпионов", "Пушкин В.", "Семиотика", "Стаут Р.", "Тема денег в жизни Некрасова", "Хроники Нарнии" Клайва Льюиса", "Чёрный юмор", "Эфиоп" Б. Штерна", "Пушкиноедство".
Автор остроумно, легко, радостно рассказывает о том, что любит. А любит он книгу: "Настоящее пространство жизни - это книга. Книга всегда больше жизни. Всё меньше книги - жизнь, вселенная, солнце. Даже сам человек... Русский, не прочитавший "Капитанскую дочку", - это русский дурак. Русский, не прочитавший "Приключения Гекльберри Финна" и "Трёх мушкетёров", "Дэвида Копперфилда" и "Остров сокровищ" - это не просто русский дурак, это злой, чванливый русский дурак".
По совету Етоева я собралась в библиотеку с целым списком произведений. Проморгала я эти книги: "Арап Петра Великого - 2" и "Уловка водорастов" Белоброва и Попова, "Виртуальный свет" Гибсона, "Душегубство и живодёрство в детской литературе" Етоева, "История советской фантастики" Каца, "Китайский секрет" Данько, "Правдивое комическое жизнеописание Франсиона" Ш. Сореля, "Суер-Выер" Коваля, "Эфиоп" Штерна.
Сколько нового и разнообразного я узнала из книги петербургского писателя! Оказывается, Татьяну Толстую в Америке принимают за вдову Льва Толстого. А сам великий классик подкрашивал бороду "серебрянкой". А Пушкин...

24 апреля 2011 г., 14:01
5 /  4.464

Как араб читает русские слова?
Недавно я прочитала книгу выдающегося современного лингвиста Андрея Анатольевича Зализняка "Из заметок о любительской лингвистике" (Москва, 2010). Сборник статей академика очень полезен, интересен, понятен.
Любительская лингвистика - это размышления любознательных непрофессионалов о происхождении слов. В школе обучают грамматике и орфографии родного языка, но не дают представлений о том, как языки изменяются во времени. А любознательные люди хотят знать, откуда, когда и как появилось какое-то слово. Хотят знать, есть ли связь между похожими словами. Хотят знать, каким было первоначальное значение имени собственного. Многие получают ответы на эти вопросы путём собственных догадок, не заглядывая в этимологические словари.
Автор книги приводит множество примеров ложной народной этимологии, объясняет, в чём ошибки лингвистов-любителей. Внешнее сходство слов не является свидетельством исторической связи между ними. Лингвисты-любители не знают, как язык изменяется во времени. Историческая лингвистика давно установила, что в ходе времени происходят постоянные изменения на всех уровнях языка. Скорость изменений в разные эпохи различна, но ни один язык не остаётся неизменным. Древняя и новая формы одного слова могут даже не иметь ни единого общего звука.
Изменения в языке в конкретную эпоху закономерны. Например, фонетические изменения совершаются не в одном слове, а во всех словах данного языка, где изменившийся звук находился в такой же позиции. "Это требование всеобщности любого фонетического изменения (в данном языке в данный период его истории) составляет главное отличие профессионального изучения истории языка от любительского". Лингвист-любитель скажет, что на латинском "отец" - "патер", а на немецком - "фатер": значит, это пример перехода звука "п" в "ф" (уже в русском языке). Профессиональный лингвист проверит, имел ли место в истории русского языка общий переход "п" в "ф" ("пл" в "фл") и выяснит, что такого перехода не было. Исследуя происхождение слова, лингвист рассматривает самую раннюю из зафиксированных в письменной традиции форм этого слова. Лингвист-любитель не обладает необходимыми знаниями, берёт для сравнения слова в современной форме.
Созвучие слов из разных языков имеет два источника: 1.историческая связь между этими словами (или слова произошли из одного слова древнего языка-предка, или произошло заимствование данного слова); 2.случайность. Чисто внешние совпадения слов не так уж редки.
Любители также не обращают внимания на морфемный состав слова. Лингвисты-любители нередко используют приём "обратного прочтения". Например, араб видит слово "Тула" и читает его (справа налево) как "Алут". Но слово "Тула" написано на русском языке, а араб читает на своём языке. Любители преувеличивают роль письменной формы и не понимают, что любой живой язык - это средство устного общения.
Несколько глав книги посвящены анализу любительской лингвистики академика Фоменко. А.Зализняк очень остроумно, доказательно и смешно опровергает "лингвистические постулаты" математика.
Рекомендую эту увлекательную и интересную книгу и профессиональным лингвистам, и непрофессиональным любителям языковых загадок.

30 марта 2011 г., 19:47
5 /  4.052

С писателем Романом Сенчиным я знакома давно. Читала его книги "Вперёд и вверх на севших батарейках", "Афинские ночи", "Нубук", "Минус". И вот его уже знаменитый роман "Елтышевы".
XXI век. Самая обычная российская семья Елтышевых. Муж - милиционер, жена - библиотекарь, младший сын сидит в тюрьме, старший сын сидит на шее у родителей. Это книга о вымирании, нравственном и физическом, обыкновенных людей в России. Читать страшно, очень неприятно. Картины деревенской жизни вызывают отвращение: пьянство, убожество, нищета. Но это правда.
Елтышевы тоже постепенно деградируют. Николай Михайлович без особых угрызений совести убивает людей. Да и зачем страдать: пожилая родственница, например, слишком зажилась на этом свете. Муж и жена спиваются, это замечает даже Денис, отбывающий срок. Сын Артём женится на деревенской соратнице по скудным сексуальным утехам, и этих незавидных утех жена не предоставляет после рождения ненужного ребёнка. Сын Денис, на которого так надеются родители, погибает сразу после возвращения из тюрьмы. В финале романа Валентина Викторовна остаётся одна, внук не помнит своего убитого дедом отца. Все умерли. "Невестка опять никак не отреагировала. Смотрела каменным взглядом.
— Можно? — зная уже, что ничего не получится, проговорила Валентина Викторовна. — Внучика...
— Нет у вас никакого внучика, — убийственно четко ударила словами невестка.
— Как нет? Что с ним?
— Ничего. Просто нет у вас внука. И все."
Роман Сенчин - очень хороший писатель. Такие книги надо читать. Потому что судьба Елтышевых - это судьба многих наших современников. Из Елтышевых и состоит Россия (в этом, кажется, убеждён автор). Страшно жить в стране Елтышевых!

12 марта 2011 г., 17:52
5 /  4.000

С интересом прочитала новую книгу профессора Татьяны Колядич "От Аксёнова до Глуховского. Русский эксперимент. Экстремальный путеводитель по современной русской литературе" (Москва, Олимп, 2010). Перу доктора филологических наук принадлежат также труды: "Русская проза XXI века в критике. Рефлексия, оценки, методика описания", "Русский детский фольклор", учебник "Литература", учебник "Русская проза конца XX века" и другие.
Автор рассматривает самые интересные явления литературного процесса XXI века. Отдельные главы посвящены историческому роману, альтернативной фантастике (или антиутопии?), сетевой литературе, травелогу (путешествиям), воспоминаниям и другим жанрам и явлениям. Колядич пытается выявить тенденции, которые отличают литературу начала XXI века. "Сосредоточение внимания на конкретных проблемах привело к рассказу от первого лица, причём буквально во всех формах. Стал доминировать и текстовый диалог, когда все отношения выясняются без всяких комментариев автора". "Если не соблюдается баланс между эстетическими и временными факторами, книга получается слишком актуальной и злободневной, рассчитанной на одноразовое потребление". "Наряду с произведениями - однодневками появляются тексты, содержащие условность, метафорическую и философскую составляющие. Более свободным стало обращение к культуре прошлого, выстраивание текстов на мифопоэтической составляющей". "Непосредственная фиксация бытовой составляющей обусловила развитие экшн, трэша и гламура. Происходит и активное внедрение документальной составляющей в повествование". "Главная проблема остаётся той же, что и в предшествующее десятилетие: литература перестаёт быть повествовательной, начинает напоминать эссе, репортаж, хронику. Отсутствует и писательская идея...что приводит к стандартизации текста, исчезновению авторской картины мира, что означает отсутствие собственных приёмов выражения". "Меняется и роль критики. Статус "властителей дум" постепенно переходит от толстых журналов к глянцевым изданиям. Кроме традиционных рецензий оценивают книжечки в эссе, колонках и обзорах". "Теперь всё это "пережевалось", переварилось и перемешалось - произведения метрополии и эмиграции, течений начала и конца века (модернизма, соцарта, концептуализма), однако, открылся ли новый путь?". "С одной стороны, значительно расширился эстетический арсенал литературы, с другой - она почти полностью утратила прежнюю высокую функцию по формированию национального сознания".
2002 год - конец "переходного" периода в литературе. Роман Татьяны Толстой "Кысь" (2000) стал прологом для осмысления событий прошлого. Трилогия Сергея Кузнецова (в разных вариантах) "Семь лепестков", "Гроб хрустальный", "Серенький волчок" изображает период девяностых (с наркоманией, Интернетом, дефолтом). Начинают писать о проблемах конкретного поколения - Захар Прилепин, Роман Сенчин, Сергей Шергунов. Военный период осветился в книгах Андрея Волоса, Владимира Маканина, Андрея Геласимова, Аркадия Бабченко, Захара Прилепина. "Фиксация конкретной действительности обусловила более резкое разделение литературы на массовую (развлекательную) и элитарную". "С элитарной литературой контрастируют книги, написанные теми, кто считает своей обязанностью "отметиться" в литературе. Становится престижно, модно, гламурно выпустить книгу". "Современным писателям показалось более интересным использовать историю в качестве сценической площадки для выражения своих идей". "Появилась условная реальность, выстраивавшаяся на мифах и снах. Обновление пошло в сторону использования мифов и фольклора (в первую очередь, жанра сказки)". "Усиление нарративности отразилось в всплеске рассказов, повестей и малых романов". "Стали печатать и блоговские дневники, которые многие исследователи относят к сетевой журналистике".
Колядич анализирует тексты (во многих случаях достаточно подробно и интересно) Ксении Букши, Владимира Сорокина, Дмитрия Глуховского, Ольги Славниковой, Хольма Ван Зайчика (Рыбаков и Алимов), Владимира Орлова, Дмитрия Емца, А.Белянина, Василия Аксёнова, Людмилы Улицкой, Дмитрия Липскерова, Дины Рубиной, Романа Арбитмана (в разных изводах), Павла Басинского, Н.Галкиной, А.Ревазова, Виктора Пелевина, С.Самсонова, О.Зайончковского, Игоря Ефимова, Дмитрия Быкова, Бориса Акунина, Алексея Иванова, Дмитрия Бавильского, А.Берсеневой, С.Болмата, Ю.Вознесенской, А.Геласимова, Виктора Ерофеева и других современных писателей.
Жаль только, что с книгой не поработали редактор (некоторые куски текста выпадают из контекста, встречаются речевые и грамматические ошибки) и корректор (немало опечаток).

6 марта 2011 г., 13:13
5 /  4.000

Последняя книга знаменитого французского писателя Анри Труайя (Лев Тарасов, 1911-2007) "Любовь длиною в жизнь. Девять эссе о женщинах, воспитавших русских писателей" (Москва, 2010).
Это сборник эссе о русских писателях и женщинах, которые были рядом с ними. Вторая жена Достоевского, мать Гоголя, мать и бабушка Лермонтова, Ломоносов без женщин, мать Пушкина, мать и жена Чехова, мать Некрасова, мать Тургенева, мать Льва Толстого.
Увлекательны очерки о жизни Ломоносова, о матери Тургенева, о Гоголе и его матери.
Фёдор Достоевский женился на стенографистке Анне Сниткиной, потому что был одержим образом жены-матери. Анна Григорьевна заботилась о взрослом мужчине, как о капризном ребёнке, хотя в день свадьбы ей был 21 год, а писателю - 45 лет. После смерти мужа единственным смыслом её собственной жизни стало увековечение памяти Достоевского. Больше всего Анну пугала лавина мемуаров и писем. Особенно оскорбило резкое письмо Страхова (уже умершего) к Толстому о злобности, развратности и завистливости Фёдора Михайловича. Вдова Достоевского жалела, что не может дать пощёчину литературному критику. Анна Григорьевна умерла в 1918 году.
Мария Ивановна Косяровская в 14 лет дала согласие на обручение с двадцатисемилетним Василием Гоголем. Её отец читал письма жениха, диктовал дочери ответы и исправлял орфографические ошибки.Первые дети родились мёртвыми, и лишь Николай появился на свет здоровым. Родители постоянно проверяли, дышит ли он, укутывали ребёнка. Николай Гоголь был уверен, что навсегда останется любимцем матери. В театре гимназии Нежина он изображал то дряхлого старика, то придурковатого парня и неизменно вызывал смех публики. Экзамены Гоголь сдал неудовлетворительно, получил лишь 14 разряд. Сообщил матери, что уезжает в Санкт-Петербург, а через несколько месяцев вернётся знаменитым поэтом. Мария Ивановна постоянно посылала ему деньги, которые он просил в письмах. В 1831 году она получила "Вечера на хуторе близ Диканьки" и узнала, что книга понравилась самой императрице. Теперь всех критиков сына Мария Ивановна называла завистниками. "Ревизор" напугал её дерзкой сатирой на власть. Мать пережила Николая Гоголя на 16 лет и скончалась в 1868 году.
Детство Александра Пушкина проходило рядом с матерью, холодной и властной с сыном и прислугой, и легкомысленным, эгоистичным отцом. Отправив сына в Царскосельский лицей, Надежда Осиповна испытала чувство облегчения. Сведения об успеваемости юного Саши лишь подтверждали её неверие в силы отпрыска. Поэтому публикация в журнале "Вестник Европы" стихотворения пятнадцатилетнего сына потрясла Надежду Пушкину. Экзамен в 1815 году, на котором Державин со слезами (и словами: "Я не умер!") пытался обнять Александра, впервые в жизни заставил Надежду Осиповну подумать, что её сын, пожалуй, талантлив. После подавления восстания декабристов мать Пушкина благословляла небо, что смогла удержать сына от поездки в Санкт-Петербург. Невестка, Наталия Гончарова, с самого начала ей не нравилась. Надежда Осиповна очень переживала, когда пошли слухи о неверности жены поэта. Мать Пушкина умерла в 1836 году. Сын отвёз её тело на кладбище Святогорского монастыря и купил рядом место для себя.
Автор книги, Анри Труайя, был членом Французской академии, лауреатом Гонкуровской и других литературных премий, кавалером Большого креста ордена Почётного легиона, командором Национального ордена заслуг.

6 марта 2011 г., 13:03
5 /  5.000

Максим Кантор, известный современный художник, написал роман в 4 частях "Учебник рисования". Я прочитала недавно первую часть под названием "Люди пустыря" (Москва, АСТ, Астрель, 2009).
Книга злая, интересная, умная, с публицистическим привкусом. Начало действия - 1985 год, перестройка. Герои книги - художники, критики, иностранцы, крупные чиновники.
Роман состоит из 12 глав, каждую предваряет короткое профессиональное эссе. 1 - стойка живописца, 2 - холст, 3 - грунт... Вероятно, такова последовательность работы художника (учебник рисования). Названия глав символичны: "Призрак революции", "Деструкция одной шестой", "Открытое общество", "Палата № 7", "На продажу", "Две версии истории".
Открывает книгу эссе о стойке живописца, который сражается с картиной: "Художник стоит, повернувшись правым боком к картине...В ходе боя он передвигается по мастерской короткими шагами...". Таким бойцом впоследствии и окажется автор романа. Первая глава "Экспозиция" начинается эпическо-ироническим предложением: "В тысяча девятьсот восемьдесят пятом году от Рождества Христова, на шестьдесят восьмом году Советской власти, в Москве случилось то, на что уже не надеялись". Сразу вспоминается первое предложение "Белой гвардии" Булгакова: "Велик был год и страшен год по рождестве Христовом 1918, от начала же революции второй". На выставке авангардных, ранее запрещённых художников, братаются избранные "жертвы" режима , люди искусства, послы, инструктор ЦК партии по идеологии, замминистра культуры, либералы, журналисты, жёны. Под выдуманными автором фамилиями скрываются реальные личности, которые вызывают у Кантора презрение.
С ненавистью рассказывается о лидерах нашей несчастной страны. "Энергии Ленина, то есть той наступательной силы, которой он наделил российский пустырь и его обитателей, хватило на пять поколений правителей". "Жалкий и тупой, увешанный орденами полупарализованный старик шамкал с трибуны слова...". "Ставропольский постмодернист, храня верность стилю, и не делал ничего определённого... Разрушив всё вокруг себя, он появлялся на публике с самодовольной улыбкой и повторял своё любимое "процесс пошёл"... Гражданская война давно уже шла в той стране, которой он якобы управлял...". "Правитель - он теперь именовался не царём, не генсеком, но первым русским Президентом - брался за дело прямо с утра, и веселье лилось литрами. Помощник президента...гадал, наберётся ли президент уже к полудню или можно рассчитывать, что глава государства продержится до обеда...".
Герои романа, художники так называемого второго авангарда, под издевательским пером Кантора смешны (мягко говоря). "Молодой человек с птичьей фамилией Сыч разделся донага и публично совокупился с хорьком - акт, казалось бы, невозможный, но художник поместил хорька вниз головой в солдатский сапог... Критика нашла это радикальным искусством...". Эта сцена вызвала у меня слёзы: так жалко хорька; но после многократных изнасилований зверёк привык и стал испытывать удовольствие. Хорёк теперь - постоянный партнёр художника, спит с ним в постели, кусает жену Сыча. "Ещё один мастер, молодой талант, приехавший из Гомеля... совершил акт дефекации в музее у картины Рембрандта. Желтоватые фекалии его легли, впрочем, вполне аккуратной кучкой...Газеты поместили его фотографию...". Но почему-то не всем людям было близко искусство (ха-ха) второго авангарда. Ехидный и умный Татарников иронизировал в разговоре со старым Рихтером: "А что если мы действительно не понимаем, Соломон? Может быть, сцена с хорьком - это вариация на тему "Дама с горностаем"?".
Последнюю главу романа "Стратегия осаждённых" (!) открывает эссе о цветовой гамме картины, в котором Кантор приходит к выводу: "Иными словами, если у краски есть родословная, или ещё лучше - если у неё за спиной история, то она имеет шансы стать героем картины, стать подлинным цветом, а не просто краской". Есть ли шанс у людей пустыря, персонажей книги? Не знаю. В финале романа гомельский художник - дефекатор оказался никому не нужен (радует), зато хорьковый насильник получил орден (огорчает). В толковом словаре читаем:"ПУСТЫ'РЬ, я́, м. Незастроенное, оставленное пустым, заросшее и запущенное место". Последнее предложение книги: "Город засыпал". Надеюсь, сон разума не продлится долго.

6 марта 2011 г., 10:21
5 /  4.373

Конечно же, люди читающие слышали о правах читателя Даниэля Пеннака, написавшего о них в книге "Как роман. Педагогическое эссе".
1.Право не читать.
2.Право перескакивать.
3.Право не дочитывать.
4.Право перечитывать.
5.Право читать что попало.
6.Право на боваризм (жажда острых ощущений).
7.Право читать где попало.
8.Право читать вслух.
9.Право втыкаться (прочитать любую страницу в первой попавшейся книге).
10.Право молчать о прочитанном.
Это педагогическое эссе французского писателя заслуживает пристального внимания и родителей (по большей части), и учителей. Не любит читать современная молодёжь. Что делать родителям и учителям?
Рецепты от Пеннака.

Родители читали своим маленьким детям сказки, открыли им бескрайний мир фантазий, разожгли читательский аппетит, ребёнку не терпелось научиться читать. Родительское вечернее чтение стало даром любви. За это чтение ничего не требовали, оно приносило ребёнку удовольствие.
"Школа подоспела как раз вовремя. Она взяла будущее в свои руки.Поначалу он горел истинным энтузиазмом". "Мы помогали ученику с домашними заданиями. И при первых заминках в чтении мы проявили твёрдость: он должен непременно прочитывать вслух положенную страницу в день и понимать смысл прочитанного". "Ну, так что ты сейчас прочёл? Про что здесь говорится?". "Ты совсем не стараешься!". "Ещё раз, с начала и до конца!". "Просто текущие моменты, называемые "жизнью", мы сами превратили их в вечность, начав руководствоваться незыблемым принципом: "Надо читать". Нельзя ни в коем случае вменять чтение в обязанность. "Марш к себе и читай!" - забудьте эти фразы.
"Если, как постоянно говорится, мой сын, моя дочь, молодёжь не любит читать - и глагол выбран верно, именно любовь тут и ранена, - не надо винить телевизор, наше время, школу...но прежде зададим себе вот какой вопрос: что мы-то сделали с идеальным читателем, каким был наш ребёнок в те времена, когда мы были сразу и сказителем, и книгой? Мы же предали его! Когда-то мы составляли - он, сказка и мы - нераздельную троицу, воссоединявшуюся каждый вечер; теперь он оставлен один на один с враждебной книгой. Папа и мама требуют: "Ну, так что же произошло с принцем? Говори, я жду!". И это - родители, которые, читая ему сказки, никогда, никогда не трудились выяснять, понял ли он, что Спящая Красавица уснула из-за того, что укололась веретеном. (Кстати, ни с первого, ни со второго раза он по-настоящему и не понял.)
"А радость чтения совсем рядом. Достаточно дождаться вечера, войти к нему в комнату и возобновить наше общее чтение. Читать. Вслух. Даром. Его любимые сказки.Не спрашиваем ни о чём. Мы просто читаем. На следующий вечер мы снова вместе. И мы перечитываем. "Сегодня я тебе буду читать". Ну вот. Свершилось".
"Ну и хорошо, - говорит учитель, - раз вы не любите читать...я сам буду читать вам всякие книги. Записывать ничего не надо. Просто послушайте". "Ни один из тридцати пяти противников чтения не стал дожидаться, пока учитель доберётся до конца той или иной книги, он дочитал её раньше". "Единственное условие этого примирения с чтением: ничего не требовать взамен. Не выстраивать вокруг книги никакой стены предварительных сведений. Не задавать ни единого вопроса. Ни малейшего задания. Никаких оценок, никаких объяснений лексики, никаких анализов текста, никаких биографических данных. Чтение - подарок. Читать и ждать".
"Надо понять, что книги писались не для того, чтобы мой сын, моя дочь, молодёжь их комментировали, но для того, чтобы, если душа лежит, они их читали. Наши знания, школьная успеваемость, карьера, положение в обществе - это одно. Наша личная жизнь читателя и общая культура - совсем другое".
P.S. Рецепты хороши для XX века (именно так моя мама, а не школа, воспитала страстного читателя, меня), но наивны в веке XXI. Современные родители (к сожалению, очень многие) не читают своим маленьким детям книжек. "Нераздельной троицы" уже нет.
Я, учитель литературы, регулярно, но нечасто (программа, экзамены, администрация требуют совсем другого) читаю детям (от 5 до 11 классов) вслух на уроке увлекательные книги современных писателей. Ученики слушают с интересом, затем 2-3 человека (не больше) просят эту книгу почитать - учитель очень рад. Остальным достаточно чтения на уроке.

22 февраля 2011 г., 20:36
5 /  3.850

"Серебряные пузыри изо рта. Искажённое лицо, вытаращенные глаза. Волосы колеблются. Должно быть, так же колеблются волосы утопленников. Вода колыхнёт их - а кажется, что это человек по своей воле качнул головой.
Он заметался...
Пузыри изо рта...
Он снова и снова беспомощно тыкался в равнодушную и и неподатливую преграду.
Потом разжал пальцы".
Этот кошмар снится в первой главе центральному герою романа "Победитель" (Москва, АСТ, АКПРЕСС, 2008), старшему лейтенанту КГБ Александру Плетнёву.
Автор книги - известный писатель Андрей Волос. Я прочитала почти все его произведения: "Хуррамабад", "Недвижимость", "Маскавская Мекка", "Аниматор", "Алфавита".
1979 - Москва; 1979 - Кабул; 1928 - Москва; 1980 - Москва; 1989 - Нижний Тагил; 1928 - уральская тайга; 1929 - Ташкент; 1929 - Термез; 1929 - Ташкурган - время и пространство (хронотоп) романа "Победитель". В 1929 году в Афганистан по приказу Сталина был направлен отряд красноармейцев (в афганской форме) для спасения Амануллы-хана. В Ташкургане один из красных командиров, Трофим Князев, погиб: его зарезал афганец, который отомстил за гибель всей своей семьи. В 1928 году раскулаченная семья Сергея Князева, брата Трофима, в нечеловеческих условиях выживает в уральской тайге. 27 декабря 1979 года по приказу Политбюро ЦК КПСС советские бойцы (в афганской форме) в Кабуле захватили дворец Тадж-Бек и уничтожили новоиспечённого диктатора Амина. Среди погибших оказался полковник Григорий Князев, сын Трофима. В 1979 году писатель Герман Бронников создаёт роман "Птицы небесные" о судьбе троюродной сестры Ольги Сергеевны Князевой, племянницы Трофима. В 1989 году Александр Плетнёв вышел на свободу из колонии строгого режима и услышал о выводе советских войск из Афганистана. Таковы контуры книги Волоса.
Очень сильная сцена - эпизод захвата дворца Тадж-Бек. Калейдоскоп смертей, воплей, взрывов, грохота. Гибель Григория Князева от пуль своих же советских. "Склонившись с седла, батька Трофим тянул к нему сильные руки и, усмехаясь в усы, ласково повторял: "Ну давай, боец! Давай сюда!.." Он оробел на мгновение, а потом всё-таки, задрав к нему голову и смеясь от счастья, сделал ещё шаг. И тогда отец подхватил его...". Не случайно главы "Дело дехканское" (смерть Трофима, 1929) и "Дворец" (смерть Григория, 1979) расположены рядом. Александр Плетнёв не знает, что во дворце находятся советские врачи (и среди них - Вера, возлюбленная главного героя), вызванные для лечения отравленного Амина. На глазах Веры граната Александра убивает Амина и его маленького сына. "Няньки в лужах собственной крови лежали, как разломанные куклы, среди битых бутылок и деревянных обломков.
- Сволочи! Фашисты! Что вы делаете?!
Этот сдавленный крик тоже был страшен и гулок. Плетнёв оторопело перевёл взгляд. И в нескольких метрах от себя увидел Веру...
- Саша?! Это ты?! Это всё вы?..
Вера сползла на пол, закрывая лицо руками".
Тут же Александр стреляет в шевельнувшуюся штору - за ней был доктор Кузнецов, его старый знакомый. "Подошёл к телу Кузнецова и сел рядом, прислонившись к стене. Он не понимал, что произошло...Это какой-то сон! Кошмарный, страшный сон! А если сон, то когда он начался?...Что они наделали? .. Они выполнили приказ, ничего больше... Да, но что они наделали?"
В финале романа Плетнёв снова видит свой ужасный сон, но теперь мальчик спасается: "И вот голова с шумом и брызгами появляется над водой!
Рот широко открыт.Мальчик шумно хватает воздух.
Летят брызги.
Счастливые глаза.
Он выплыл!..".
Андрей Волос утверждает, что "Победитель" - первая книга исторической трилогии. Жду с нетерпением следующих книг замечательного писателя.

22 февраля 2011 г., 19:19
3 /  4.164

Совсем молоденькая девушка 22 лет. Очень раскрепощённая, довольно истеричная, талантливый фотограф, в сумочке всегда бутылка водки для снятия нервного напряжения (регулярного), при появлении американских солдат скидывает лифчик (больше ничего не делает, не думайте!), публично раздевается (стесняется почему-то только маленьких мальчиков), матерится (это мелочи). Перед вами Анна Марта, главная героиня романа "Бикини"(2009), созданная фантазией польского писателя Януша Леона Вишневского.
В центре книги два фотографа: американец Стэнли Бредфорд и немка Анна Марта Бляйбтрой, сотрудничающие с газетой "Нью-Йорк таймс". События происходят в 1945 - 1946 годах в Германии, США, на атолле Бикини.
Анна жила в нацистской Германии, в Дрездене. Родители ненавидели Гитлера, но скрывали, естественно, свои взгляды. Отца, профессора литературы, переводчика на английский язык, отправляют под Сталинград, где он и погибает. Семья Анны прячет не один год еврейского мальчика, в конце войны его отдают выжившим родителям. Во время многодневной бомбёжки Дрездена союзниками умирает мать Марты. Анна фотографирует людей в разрушенном городе, уезжает к родственнице в Кёльн. В Кёльне она встречает известного американского фотографа, который помогает ей проявить плёнку и понимает, что это снимки настоящего художника. Он вывозит Марту в Америку и устраивает в свою газету. Стэнли и Анна становятся настоящими друзьями. Младший брат Стэнли, Эндрю, крупный физик, работает в команде, которая создала атомную бомбу. Эндрю и Анна влюбляются. По заданию редактора Анна летит на атолл Бикини, фотографирует местных жителей, которые живут как в раю, восхищается прекрасной природой. Встречает там возлюбленного, узнаёт, что он причастен к созданию атомной бомбы, что с атолла увозят всех жителей (не спрашивая их разрешения), потому что здесь пройдут испытания. Анна расстаётся с Эндрю и улетает в Нью-Йорк.
Этот роман вызвал у меня противоречивые чувства. Эпизоды в Дрездене написаны рукой талантливого человека, особенно сцена в храме. Но во время чтения меня раздражало многое. Вишневский, конечно, человек очень образованный, хочет поделиться знаниями с читателем, поэтому он и его герои читали нам и друг другу лекции. О Гитлере, о Сталине, о концлагерях, о гомосексуализме, о необразованности американцев, о ядерной реакции... Вероятно, эта информация полезна для недоучек, но в ткани художественного, а не научно-популярного произведения такие лекции превращаются в злокачественную опухоль. Речь повествователя и речь героев совершенно одинакова, нет никакой речевой характеристики. Только изредка в речь героев попадает матерная брань (ненужная) и сниженная лексика. Много вопросов вызывает и образ главной героини. Анна в Германии - верю. Анна в Америке - не верю (см.первый абзац). Наверно, жизнь американской Анны - мечта женщины. Любимая работа, талант, хорошие деньги, дорогая одежда, независимость. Но всё это мне показалось такой фальшивкой!
Роман начинается эпизодами английской и американской бомбёжки в феврале 1945 года немецкого Дрездена, в котором оставались в основном мирные жители и беженцы. В финале книги американцы лишают нецивилизованных жителей атолла Бикини родины, взрывая на нем атомную бомбу (спасибо, что жизни не лишили) в июне 1946 года. Чем же эти цивилизованные люди отличаются от ужасного Гитлера?