От скорости, с которой злой... «Лис Улисс и потерянный город»

От скорости, с которой злой следователь сменялся добрым, и наоборот, пингвин впал в ступор, но потом его осенило – раз так, то он сыграет с полицейским по его же правилам: будет изображать из себя то злого преступника, то доброго. И природная робость Евгению не помеха, поскольку терять ему уже нечего. Так что гори оно все синим пламенем. Или лучше красным.

Евгений призвал на память все, что читал в книжках про бандитов.

– Чё ты мне паришь, начальник! – заявил он, развязно размахивая крыльями. – На понт-то не бери! Евгений тебе не фраер какой занюханный, а крутейший из пингвинов, понял?! Коптись себе под микроскопом, микроб надкушенный, и в окуляр не суйся!

Впервые за годы службы в полиции лейтенант потерял дар речи. Нет, он, конечно, сталкивался с воровским жаргоном и прежде, но не в исполнении тихонь-пингвинов, от которых максимум, что ожидаешь услышать, это «уверяю вас, вы не правы».

Заметив, что неприятель дрогнул, Евгений немедленно атаковал снова:

– Ты хоть сечешь, на кого размяукался, кошак-переросток? Да Улисс тебе живенько чики-чики сделает, – и поплелась вся Верхушка за гробиком! Ты мозги-то перед пастью погоняй, в натуре!

«Главное – не переигрывать, – подумал Евгений. – Переходим в режим доброго преступника».

– Ну, зачем же я так? – спокойно произнес он в сторону, как бы размышляя вслух. – Лейтенант – зверь неглупый, во все врубается. Он наверняка уже понял, что я и понятия не имею, где мои друзья, и готов оставить меня в покое. Правда, лейтенант?

– Правда, – хрипло отозвался полицейский, не зная, какого из следователей изображать. – Но с условием. Вы должны подписать один документ. – Он положил перед арестованным лист бумаги.

Текст документа был лаконичен:

Чистосердечный отказ от дружбы

Я, пингвин Евгений, находясь в здравом уме и в полиции, добровольно отказываюсь от дружеских отношений с лисицей Бертой и котом Константином и обязуюсь искренне ненавидеть их всей душой.

Подпись, дата.

– Что за бред?! – возмутился Евгений.

– Вершину надо спасать! – строго объяснил лейтенант. – Подписывайте!

– Но это же ерунда! Вершину так не спасти! Вы действительно полагаете, что Деревянные Звери – из-за нас?

– А из-за кого же, если не из-за вас?

– Да из-за вас же самих! Из-за таких вот документов!

– Ну, вот что. Вы подписывайте, а дальше не ваше дело.

Соблазн был велик. Если Евгений подпишет, то его оставят в покое. Разве плохо? Но он представил свою подпись под этим текстом, и его передернуло.

– Не подпишу. Здесь все неправда.