Во время немецкой... «Поезд на третьем пути»

• 

  karelskyA

  12 марта 2017

  В друзья

  Во время немецкой оккупации, в одиночной камере военной тюрьмы на улице Шерш-Миди, он писал единственному сыну: "Дорогой Сашенька, родное дитя! Завтра меня не будет. Да послужит тебе утешением только то, что умру я, как жил: чрезвычайно просто. Без позы, без ненужных слов. О чем я успею подумать в последнюю минуту? Не знаю. Вероятно о тебе, о твоей бедной матери. Больше всего на свете я любил тебя, несчастливую нашу родину, музыку Рахманинова. И еще... русскую литературу, единственную в мире. Будь честен, будь добр, не будь равнодушен. Умей любить. Умей ненавидеть. Я ухожу слишком рано, и не по своей воле. Может быть, по воле Божьей. Я обрел Его поздно, но теперь уже навсегда. Смерти я не страшусь, но боюсь страданий. Да будет над тобой милость Божья. И еще: говорю тебе последнюю правду, я люблю жизнь, люблю, люблю! Выхода нет. Жизнь будет отнята. Но с тобой я буду вечно, каждый миг и везде.

  5 понравилось

  494