20 июля 2018 г., 14:54

4K

Между Востоком и Западом

13 понравилось 0 пока нет комментариев 0 добавить в избранное

Эпохи и условности меняются, люди остаются…

Текст: Ольга Шатохина

Gerfrid_Myunkler__Oskolki_vojny_Evolyuts Герфрид Мюнклер. Осколки войны: Эволюция насилия в XX и XXI веках

Противостояние Востока и Запада уже давно воспринимается как аксиома. А где противостояние, там и войны, век за веком. Так что же случилось с войной за минувшее столетие, почему ее стали все чаще именовать гибридной? Как изменилось за последний век отношение к пространству, территории, границам – можно ли сказать, что они свою актуальность утратили, а на первом плане закрепился контроль над потоками? «В 1916 году британец Марк Сайкс и француз Франсуа Жорж-Пико в сотрудничестве с министром иностранных дел России Сергеем Дмитриевичем Сазоновым договорились о разграничении сфер интересов, на которые их державы претендовали в результате банкротства Османской империи… После 1918 года англичане и французы отказались от создания колоний и удовлетворились новыми подмандатными территориями и назначением в них своих ставленников-правителей. Границы между территориями чертились по линейке и до сих пор не утратили своей актуальности, а все попытки объединить территории в более крупные государства терпели неудачу, провоцируя отчасти идеологическую, отчасти религиозную конкуренцию между ведущими арабскими странами. Эти обстоятельства препятствовали формированию единого национального сознания среди населения, поэтому в условиях политического распада племенная принадлежность стояла выше принадлежности к нации».

В издании рассматриваются те трансформации, которые претерпела война, как таковая, и само военное дело в период, начиная с Первой мировой войны. Именно в Первую мировую войну именно новые технологии, возможность создавать все более новое и совершенное оружие решали, кто же выйдет победителем. Инженеры, ученые, техники и изобретатели стали не меньше важны для войны, чем солдаты, гибнущие в окопах на фронте. Но это изменило и образ героя, поскольку он, даже совершив несколько подвигов, не мог уже считаться именно решающим элементом боя. Раньше легко добытая победа приносила меньше чести и славы, чем добытая в смертельной схватке. В литературе описаны поединок Гектора и Ахилла в "Илиаде" и схватки в "Песне о нибелунгах". Воины, сражавшиеся между собой, знали (были знакомы) с друг другом, уважали противника или ненавидели. Героические личности сражались между собой, подавая пример другим. Но в этой войне уже нет места индивидуальному геройству, поскольку теперь решает стратегическое мастерство и дисциплина.

В истории войн Первая мировая стала переломным моментом, когда схватка лишилась своего героического ореола. Впервые в мировой истории стало очевидно, выигрывает не тот, у кого в армии самые храбрые солдаты и офицеры, а обладающий большим и более передовым вооружением и его запасами. В книге описывается моральный образ воина, героические и постгероические общества, превращение воинов в героев с помощью литературного кодекса чести. Но предводители новых войн и их приближённые - уже теперь не герои, которые лично, рискуя своими, не чужими жизнями, идут с солдатами в атаку, но лишь военные предприниматели, для которых важна в первую очередь не честь и слава, а деньги и власть.

Arti_D._Aleksander__Tantsuyuschie_s_bogaАрти Д. Александер. Танцующие с Богами

Эта иллюстрированная книга исследователя и дизайнера представляет собой первое в России полное энциклопедическое издание, посвященная культуре и истории Индии, в том числе искусству традиционных индийских танцев, костюмам, музыке. Рассказывается об старинных трактатах, необыкновенном оружии, образе жизни древних правителей и их потомков в колониальную эпоху и в наши дни.

Уделено внимание и знаменитой «Камасутре», возможно, читатели будут удивлены, узнав, что это далеко не единственный индийский трактат, посвященный таинствам любви. «В прошлом, взгляды состоятельного мужского населения Индии часто обращались к экзотическим белым женщинам, иностранкам. Эти недоступные и холодные незнакомки из среды завоевателей, более свободные, чем индианки, вызывали противоречивые чувства, неприятие и восхищение. Они олицетворяли собой новый непознанный мир, роскошь и удовольствия Запада, власть и престиж. Индийские мужчины выросли в ореоле мифов и романтических историй о любовной страсти, сметающей на своем пути всевозможные различия и преграды… В истории Индии были союзы между индийскими махараджами и европейками».

Былое богатство и могущество индийских владык сейчас осталась в прошлом, потомкам королей пришлось искать свое место в меняющемся мире. Кто-то обрел призвание в защите дикой природы и создании заповедников, кому-то удалось преуспеть в бизнесе или политике. Некоторые дворцы махараджей превращены теперь в элитные отели, позволяющие приобщиться к настоящей восточной роскоши любому, у кого на это хватит денег. Но люди Запада с давних пор не только восхищались роскошью, но и искали ответы на вечные вопросы бытия в индийской философии, традициях, искусстве. «Психологи и историки не раз отмечали, что в поисках вдохновения Запад, всякий раз переживая кризис, обращается к Востоку. Всплеск отмечался в 20 и 50-е послевоенные годы, когда многие нуждались в проявлении душевного участия, комфорта и любви».

Тем не менее, Западу с его ревностной заботой о неприкосновенности личных границ, наверное, нелегко бывает понять индийский стиль общения, о котором автор пишет с оттенком доброго юмора: «Умудренные опытом «тетушки и бабульки» не стесняясь, вспоминают молодость, дают советы и искренне сочувствуют краснеющим дилетантам, готовым сквозь землю провалиться. То, что они были когда-то стройными и красивыми - подтверждают неоднократно демонстрируемые фото, на которых не всегда узнаешь фигуры или лица, только глаза остаются любящими и страстными... Так бабушка, заметив взгляд мужа, поправляет прическу и говорит - «не засматривайся на девушек!» И столетний дед воинственно топорщит усы и оправдывается, как молодой. Такова настоящая любовь и страсть Индии».

Рассказывается в книге и о повседневном, а также праздничном этикете, психологии общения, искусстве выбирать подходящие цвета одежды и умении читать цветовые коды в облике незнакомых людей, что заметно облегчает взаимопонимание. Подробные рассказы дополнены практической информацией, включая советы по пошиву и подбору необходимых аксессуаров.

Ibn_Sina_Ibn_Tufajl_AsSuhravardi__Povest Повести о Хаййе ибн Йакзане

В книгу включены три повести «Хайй ибн Йакзан», что означает «Живой, сын Бодрствующего». Этот уникальный образец классической арабской философии славился в Средние века не только на весь Восток, но на всю Европу. Основной смысл всех трех повестей – поиск интеллектуальных и нравственных координат мудрости. Так что удивляться популярности сочинения не приходится, ведь вопрос о том, что такое разум и как устроена мудрость, традиционно занимал мыслителей во все времена. Да и авторы трех версий повести о «Живом» были знамениты во всех концах тогдашнего цивилизованного мира.

Первую повесть написал великий Ибн Сина, «отец медицины», которого европейцы именовали - Авиценна. Потом к той же теме обратился Ибн Туфайл, астроном, врач и философ, известный на Западе как Абубацер. Он дал своем сочинению пышное название: «Повесть о Хаййе, сыне Йакзана, касающаяся тайн восточной мудрости, извлеченных из зёрен сущности...». В Европе появился латинский перевод, названный лаконично - «Philosophus autodidactus».

Интерес к трудам восточных философов был тогда в Европе очень велик. Тем более, что золотой век арабского Просвещения дал новую жизнь чуть не канувшим в небытие достижениям античности, трактатам механиков и астрономов, преданиям о подвигах эллинских героев. Отголоски этого смешения культур, преемственности познания мира очень заметны в повести «Хайй ибн Йакзан». К примеру, там просматривается влияние древнего сказания об Александре Македонском - на одном из захваченных островов этот великий завоеватель увидел в святилище статую, пьедестал которой был украшен надписью на древнем языке и потребовал перевести ему этот текст. Оказалось, что на камне выбита история о сыне царской дочери, брошенном в морскую пучину. Но младенец не погиб, а был вынесен волнами на берег, где его нашла антилопа и вскормила своим молоком. Герой повести Ибн Туфайла, написанной в сказочном стиле, рождается прямо на берегу из глины, но дальше его точно так же находит и выкармливает антилопа, потерявшая детеныша.

Свой вариант «Повести о Хаййе, сыне Йакзана» написал и выдающийся персидский мыслитель, создатель школы «философии озарения» ас-Сухраварди, причем его версия носит название «Повесть о западной чужбине». Это единственный в истории случай, когда трое виднейших ученых брались за одно произведение, заново осмысляя и дополняя его.

«Повесть» оказала заметное влияние и на европейскую литературу, к примеру, на творчество писателя эпохи барокко Бальтасара Грасиана. Более того, именно «Повесть» считается одним из источников, вдохновивших Даниеля Дэфо на создание романа «Робинзон Крузо».

Aleks_Gromov__SSSR_mify_fejki_paradoksy.Алекс Бертран Громов. СССР: мифы, фейки, парадоксы

Советский Союз был великой державой, его история полна грандиозных свершений и не менее масштабных трагедий. При этом он был очень разным в те или иные периоды своего существования и развития. Однако у великой страны - не только великая история, но и великие мифы. Легенды о славном советском прошлом складывались десятилетиями, и до сих пор появляются всё новые и новые. В этой книге анализируются документы и факты, восстанавливается реальная картина событий от знаменитого залпа «Авроры» до московской Олимпиады.

Тема Востока в истории СССР присутствовала практически с первых дней. Вожди Октябрьской революции рассчитывали, что трудящиеся Средней Азии, Персии, Индии готовы оказать поддержку большевикам, как борцам против эксплуататоров и колониальной системы. 5 августа 1919 года, после краха иллюзий о скорой победе революций в Европе, нарком Троцкий отправил в Центральный комитет РКП докладную записку, в котором предлагает новую территорию для революции – на Востоке. «Нет никакого сомнения, что на азиатских полях мировой политики наша Красная армия является несравненно более значительной силой, чем на полях европейских. Перед нами здесь открывается несомненная возможность не только длительного выжидания того, как развернутся события в Европе, но и активности по азиатским линиям. Дорога на Индию может оказаться для нас в данный момент более короткой… Один серьезный военный работник предложил еще несколько месяцев тому назад план создания конного корпуса (30.000−40.000 всадников) с расчетом бросить его на Индию…»

Почему же другие пламенные революционеры, и в том числе – Ленин, не согласились с Троцким, и Красная армии не направилась в Индию? Слишком много опасных врагов угрожало самой Советской республике. Да и возможность английской интервенции – в случае рывка в британскую Индию – тоже нельзя было недооценивать. Но план революционизации Индии (как и других восточных стран) не был навсегда отнесен советским руководством в разряд невозможного…

Описано в книге и то, как СССР посетил будущий знаменитый писатель, отец «магического реализма» Габриель Гарсиа Маркес. Он, тогда еще малоизвестный латиноамериканский журналист, приехал на состоявшийся в 1957 году Московский фестиваль молодежи и студентов. Причем Маркес прибыл не как журналист, а практически «контрабандно», въехав в Советский Союз под видом участника фольклорного ансамбля. В очерке («СССР: 22 400 000 квадратных километров без единой рекламы кока-колы!») Маркес описал радушный прием, роль советской пропаганды («радиоприемники очень дешевы в Советском Союзе, но свобода пользования ими ограничена: можно либо слушать Москву, либо выключить радио»), и подробно – советскую столицу, Большой театр, праздничный фейерверк в «Кремлевском саду», который длился два часа…

1 июня 1962 года в СССР было объявлено о повышении цен на мясо, молоко и яйца. Также произошло снижение расценок оплаты для рабочих со сдельной и повременной оплатой труда. Вскоре после этого произошли волнения в Новочеркасске, где рабочие, остановив производство, потребовали повышения зарплаты. Среди лозунгов было «Хрущева на мясо!». А в 1963 году во время своего очередного визита в СССР кубинский революционер Че Гевара на торжественном банкете в Кремле обратился к Хрущеву: «Неужели, Никита Сергеевич, так, как мы сегодня, питаются все советские люди?..». Тем не менее, парадные обеды остались в советской практике до самого конца…

В группу Партнеры Все обсуждения группы
13 понравилось 0 добавить в избранное

Комментарии

Комментариев пока нет — ваш может стать первым

Поделитесь мнением с другими читателями!