Рубрика «7 по 7». 7-го числа каждого месяца историк и писатель Алекс Громов рассказывает о 7 книгах

7 декабря 2017 г., 00:00
Arlett

Dmitrij_Komm__Formuly_straha._Vvedenie_v Дмитрий Комм Формулы страха. Введение в историю и теорию фильма ужасов

Как возникли фильмы ужасов, откуда появились те самые страхи и персонажи, доводящие до дрожи кинозрителей? В книге подробно рассказывается об истоках кинематографического хоррора, готическом романе и романтической концепции «поэтического ужаса».

Начало XX века – это не только время появления романов-фельетонов, посвященных сыщикам и преступникам (а затем – и снятых по их мотивам сериалов), Фантомаса и женщины-вамп, но и моды на восточную экзотику, древнеегипетские мотивы. Немецкое кино 20-х годов(«кинематограф после конца света») воспроизводил на экране «царство теней и фантомов, похожее на ночной кошмар или галлюцинацию». К таким картинам относятся «Кабинет доктора Калигари» и «Носферату». Среди персонажей немецкого кинематографа – безумный ученый, который больше напоминает злого колдуна, чем человека науки.

На первом этапе развития американского хоррора главным аттракционом стал монстр, эффективный, зловещий, но при этом – вовсе не отвратительный и способный даже нравиться публике. При этом американского фильма ужасов обычно разворачивается в тщательно воссозданном реальном пространстве, чаще всего – маленьком провинциальном городке, куда заявляется зло в виде монстра (монстров).

Среди жанров, оказавших значительное влияние на развитие фильмов ужасов – готическая мелодрама («женская готика»). «На первый взгляд, женская готика выглядит идеальным перевертышем фильма-нуар: на месте мужской точки зрения становится женская, вместо закадрового мужского голоса нередко звучит голос женщины-рассказчицы, соответственно, вместо роковой женщины появляется фигура «рокового мужчины», таинственного соблазнителя, который, возможно, является преступником. Но есть и существенная разница между этими двумя жанрами… Это различие, корни которого лежат в общественных предрассудках эпохи, как ни странно, сработало на пользу женской готике: ее героиня не только не сомневается в «роковом мужчине», она также сомневается в своих сомнениях, что выводит эти картины на совершенно новый уровень напряженности. Соответствует ли точка зрения героини реальности – проблема, которая ставится в нуаре – оказывается центральной для женской готики».

В тексте не обойдены вниманием французские, английские и итальянские триллеры, научная фантастика, японские и гонконгские фильмы, а также – возникновение блокбастеров ужасов.

__Moskovskoe_metro._Podzemnyj_pamyatnik_ Сост. И.В. Чепкунова, М.А. Костюк, Е.Ю. Желудкова Московское метро. Подземный памятник архитектуры

В полноцветном издании, посвященном созданию и дальнейшим метаморфозам столичной подземки, приводится множество фото метро – причем многие из узнаваемых элементов станций раньше были другими, не сохранилась часть вестибюлей и оформления. Так, в смальтовом панно «Мир во всем мире», выполненном по эскизу П.Д. Корина и находящемся в перронном зале станции «Новослободская», медальон с профилем Сталина был заменен на голубя мира.

В тексте рассказывается о том, какие цели ставились советским руководством при строительстве метро – помимо утилитарных, еще и пропагандистские. Метро в 30-е годы было моделью светлого будущего, демонстрирующего роскошь интерьеров подземных дворцов, доступных всем трудящимся, и удобство передвижений. «Метро служило наглядным аргументом — доказательством победы большевизма, поборовшего не только гидру мирового капитала, но и саму природу. По словам Л.М. Кагановича, московская гидрогеология оказалась «старорежимной, не сочувствующей большевикам». По мере строительства природа отчаянно сопротивлялась проседанием грунтов, селевыми затоплениями, аварийными обрушениями. Но и она подчинилась метростроевцам, еще раз подтвердив справедливость строк: «Нам нет преград ни в море, ни на суше…». В противостоянии миру капитала Московский метрополитен предъявлялся как главное свидетельство прорыва молодой Страны Советов в международной политике и экономике. Метро подавалось и воспринималось как символ строящегося социалистического общества. В политической и идеологической борьбе с буржуазным миром метро играло роль антипода капитализма и доказывало непоборимую мощь рабочего класса Советского государства. Ведь оно было построено собственными силами отечественных специалистов, из отечественных материалов, без иностранной помощи. Товарищ Каганович отмечал: «Московский метрополитен не может не вызвать уважение всего мира». Этот наглядный аргумент, по мнению политических вождей того времени и лично товарища Сталина, сделавшего ставку на воплощение идеалов собственной политики в архитектуре мегасуперобъектов, был неоспорим».

Московское метро стало символом новой – советской культуры – и поэтому станции первой очереди демонстрировали разнообразие трактовок наследия мировой классики, используя при оформлении флорентийскую мозаику, бронзовое литье, сусальное золочение, майолики, резьбу по камню, скульптурные изваяния и фресковую живопись, воочию демонстрируя наглядное существование воплощенной советской утопии. «Сюжеты и мотивы Древнего мира и Античности, избираемые в качестве прототипов для оформления многих станций, служили очень понятной отсылкой к мифическому золотому веку, которая была призвана рассказать о достижениях советской реальности».

В книге приводятся проекты станций, рассказывается о сталинской неоклассике, творчестве одного из главных создателей Московского метро – архитектора Алексея Душкина, первая станция которого – «Дворец Советов» («Кропоткинская») – органично сочетает древнеегипетский стиль с государственным символизмом Страны Советов. В тексте подробно рассказывается о первой, второй, третьей и четвертой очередях строительства, метро в годы войны, метро после 1955 года, и пути к модернизму: от 1960-х к 1980-м.

o-o.jpeg Элизабет Рудинеско. Зигмунд Фрейд в своем времени и нашем

Имя основоположника психоанализа доктора Фрейда известно сейчас подавляющему большинству современных людей. Однако за прошедшие десятилетия вокруг него в массовом сознании сложилось множество мифов. В этом научном повествовании биография Фрейда излагается с опорой на документальные свидетельства и архивные материалы, которые только в последние годы стали доступны для исследователей его жизни и творчества. Автор книги рассматривает судьбу Фрейда в контексте эпохи, в которую ему довелось жить и работать. Его можно назвать наследником романтической традиции и предшествовавшей эпохи Просвещения, он был представителем поколения, превыше всего ценившего свет человеческого разума. Но на склоне лет Фрейду выпала трагическая участь стать свидетелем того, как этот свет стремительно затмило наступление нацизма. Ученому и его близким пришлось тогда покинуть любимую Вену и искать спасения в Англии.

Описано в издании и то, как причудливо идеи Фрейда порой переплетались с попытками революционного изменения мира и создания нового советского человека. Существовало даже такое направление как фрейдомарксизм. «В 1921 году при помощи российского психоаналитического движения Вера Шмидт основала в Москве экспериментальный детский дом. Сюда было принято около тридцати детей из семей управленцев и партийных работников, чтобы они воспитывались в соответствии с методикой, сочетавшей в себе принципы марксизма и психоанализа. Здесь была отменена система традиционного образования, основанная на травле и телесных наказаниях. Но задумка этого предприятия основана была на утопической идее о том, что со временем отомрет и патриархальная семья, станут особенно востребованными коллективное воспитание и обмены на равных... Иначе говоря, педагогический идеал Веры Шмидт свидетельствовал, что 1920-е годы были временем нового духа, в котором проявила себя сразу после Октябрьской революции мечта о возможном слиянии личной свободы и социального равенства...». Также анализируется значение личности и научного наследия Фрейда в контексте актуальных вопросов современности.

Shahmagonova_A._N.__Matilda_Kshesinskaya Александра Шахмагонова Матильда Кшесинская и любовные драмы русских балерин

Издание начинается с описания семейных традиций и исторической обстановки последней четверти XIX века в России. В книге рассказывается о балетном искусстве, приводятся слова императора Александра III, который, поздравляя Матильду Кшесинскую в день её выпуска из Санкт-Петербургского театрального училища, пожелал юной исполнительнице: «Будьте украшением и славою русского балета». Всю свою долгую жизнь прославленная балерина помнила эти слова, они вдохновляли её на победы в самых сложных постановках.

Пойдя по стопам родителей, Матильда Феликсовна Кшесинская окончила Императорское театральное училище, а после стала танцевать в прославленном Мариинском театре. В тексте описана и история деда Матильды – Яна Кшесинского (дожившего до 106 лет) – скрипача, ставшего первым тенором Варшавской оперы, и после потери голоса проявившего талант драматического актера, и отца Матильды, Феликса Кшесинского, выступавшего на сцене Мариинского театра и прославившегося своим исполнением мазурки.

Весной 1895 года состоялись и первые европейские гастроли Кшесинской. «А тут вдруг пришло приглашение от Рауля Гюнсбурга принять участие в некоторых представлениях в Монте-Карло. Интересна судьба этого человека. Он прожил девяносто пять лет – лишь немногим уступив в долгожительстве Матильде Кшесинской. Театральная карьера его уникальна. Театром в Монте-Карло он руководил целых пятьдесят девять лет. За это время он подготовил почти восемь десятков мировых оперных премьер. Причём несколько из них были написаны им самим для великого русского исполнителя Фёдора Шаляпина».

Одна из глав посвящена Анне Павловой, созданию нового варианта спектакля «Умирающий лебедь» и ее первым зарубежным гастролям. в книге описаны события в Санкт-Петербурге до и вовремя русско-японской войны, рассказывается о Первой мировой войне и двух революциях 1917 года. В тексте описаны и драматические эпизоды послереволюционного пребывания Кшесинской на Кавказе, где полтора месяца пришлось жить в вагонах, отношение к большевикам, попытка красных в Кисловодске собрать с «буржуев» 30 миллионов контрибуции и взятие заложников. Далее последовал отъезд в феврале 1920 года на итальянском пароходе «Семирамида» из Новороссийска, своя балетная студия во французской столице, написание мемуаров и долгая жизнь, закончившаяся всего за несколько месяцев до столетнего юбилея.

Natalya_Aleksandrova__Tantsy._Minientsik Наталья Александрова
Танцы. Мини-энциклопедия для детей.
Рассказы о танцах разных народов и времен

Первая часть красочного издания посвящена народным танцам: русской пляске, болеро, лезгинке, сиртаки, чардашу, тарантелле, яблочку и другим. Вторая часть – «Старинные бальные танцы» - начинается с паваны (которую первоначально исполняли только во дворцах), затем описывается сарабанда (старинный испанский танец, попавший во Францию и далее – в Европу), гавот, менуэт, контрданс, полонез.

При Петре I в моду вошли балы, которые назывались ассамблеями. На них многочисленных угощали разнообразными блюдами и много танцевали – полонез, менуэт, гавот, гросфатер… Попавшая в XIX веке из Польши в Россию мазурка стала очень популярной, и ею обычно завершали первую часть бала. А порой она была и последним танцем всего бала, затем уставшие, но довольные гости разъезжались по домам. «Когда танец становится популярным, он начинает жить своей жизнью, как будто отправляется в свободное плаванье. Он может меняться, обретать новые черты. Или, как дерево, давать побеги – новые виды танцев. Так случилось с вальсом. В первой половине XIX века вальс (который стали называть венским) был на балах самым популярным и любимым танцем. А потом начали рождаться его разновидности. Вальс пробовали «сложить» с другими танцами. Один за другим появились комбинированные танцы: вальс-гавот, вальс-галоп, вальс-котильон, вальс-мазурка, вальс-менуэт, вальс-миньон. Ещё изобрели вальс в два па - в отличие от традиционного вальса в три па. Вальс в два па в Париже называли «русским вальсом». А ещё возник вальс-бостон, совсем не похожий на своих собратьев, потому что его танцевали под медленную музыку…».

В следующих главах рассказывается о танго, медленном фокстроте, ча-ча-ча, самбе, румбе, джайве и других танцах и стилях. В заключение приведены карты мира и Европы, показывающие, где наиболее распространены те или иные танцы.

o-o.jpeg Кришан Чандар Перевёрнутое дерево

Хорошая сказка интересна не только детям, но и взрослым. Тем более, если автор умеет сплетать в причудливом сюжете чудеса и приключения, одновременно говоря о серьезных вещах и реальных жизненных проблемах. Классику индийской литературы Кришану Чандару удалось в этой книге виртуозно смешать вымысел и смысл. Начинается история с того, что в маленькой хижине живет бедная вдова с сыном. Кроме скромного жилища у них только и есть, что крошечный, но ухоженный садик, колодец и корова. Вскоре после смерти отца подросший мальчик услышал от матери - жить не на что, придется тебе, сынок, пойти наняться в войско падишаха. Но парнишка отказывается, да и отзывается о властителе без всякого почтения. И надо же было такому случиться, что падишах прознал о смелых словах. И сам нагрянул, дабы устрашить дерзкого. Но Юсуф и в глаза ему сказал, что не желает воевать и грабить. Падишах отобрал у вдовы с сыном их маленький сад, а потом его дочь, которой Юсуф на свою беду дал напиться, пожелала отнять и колодец. А когда мать и сын попытались продать корову, то их обманул деревенский староста. Дал Юсуфу за корову три зернышка, якобы волшебные. Но и из тех зерен посадить в землю удалось лишь одно, остальные ворона украла. Однако как только было посажено зерно, грянула буря, и за одну ночь выросло могучее дерево, но - перевернутое, ветвями в глубину земли. И любознательный Юсуф решил отправиться по нему вниз. В этом странствии ему встречаются не только сказочные существа, но и персонажи, в чьих образах реальность переплелась с сатирой. «Каждый падишах любит что-нибудь собирать. Одни из них собирают алмазы, другие – автобусные билеты…». Тут и заколдованный директор индийской киностудии, и Аладдин, выставляющий свою кандидатуру на выборах, и черный великан, пытающийся отомстить белым людям за века колониального рабства, и целый город, откуда всевозможные машины и гаджеты вытеснили живых людей… Но самое важное – Юсуф находит друзей. Ведь только дружба дает надежду на преодоление опасностей и невзгод.

o-o.jpeg Александр Лапин. Святые грешники

Новый роман известного автора посвящен вечной теме поисков смысла жизни. Рано или поздно проблема эта начинает тревожить каждого мыслящего человека. Кто я? Как и зачем пришел в этот мир? Где мои точки опоры и в чем предназначение? Герои книги Александра Лапина — представители поколения, которому довелось вынести на своих плечах основную тяжесть грандиозных перемен конца XX столетия, до неузнаваемости изменивших облик России, стран бывшего СССР, а, значит, и всего мира. Несмотря на все выпавшие на их долю трудности, им удалось сохранить себя в новой реальности, встать на ноги, найти свой путь.

Главный герой романа, предприниматель Александр Дубравин, когда-то был известным журналистом, а потом принимал активное участие в создании издательского дома. Но настал момент, когда он решил фактически начать жизнь заново, переселился из Москвы в провинцию, основал там свое дело и достиг в этом успеха. Обрел новую семью, дом построил, храм в селе восстановил… Но в какой-то момент он, как человек ищущий, начинает задаваться вопросом, в чем же все-таки заключен первейший смысл человеческого существования. «В поездку эту по святым местам он сорвался как-то неожиданно для всех. Но вполне осознанно для себя. Как ищущий веру человек он знал, что существуют такие понятия, как умиротворение, покой в душе. Но как их найти в разворошенной современной жизни? Откуда черпать уверенность в завтрашнем дне? Где источник мудрости?»

Друзья детства Александра тоже прошли непростой жизненный путь, каждый — свой. Владимир, всегда стремившийся к жизни в гармонии с природой, вернулся на родину предков – Камчатку, научился ощущать родство с коренными жителями тех мест. Амантай в качестве управленца сделал в Казахстане прекрасную карьеру. Прошедший горячие точки офицер спецслужб Анатолий принял монашество. Но все они продолжают размышлять над вечными вопросами бытия, стремиться к осознанию подлинного смысла каждой минуты своей жизни.