Лесная сертификация. Серия «Экосоциология»


Иван Павлович Кулясов
Добавить цитату

Механизмы действия схем лесной сертификации

В настоящее время западные рынки являются экологически чувствительными. Это произошло под влиянием международных экоНГО, которые проводят протестные кампании, и таким образом конструируют социальные и экологические представления у оптовых покупателей лесной продукции и включающих древесину изделий. Также в этот процесс вовлечены и жители местных сообществ, то есть конечные потребители (Castoriadis, 1987). Задача международных экоНГО заключается в том, чтобы институционализировать в развивающихся странах и странах с переходной экономикой практики устойчивого лесопользования и технологии, отработанные в развитых странах. В России международные экоНГО используют международные рынки для давления на российских экспортеров круглого леса и лесной продукции.

Как это происходит на международном уровне?

Сети международных экоНГО (Гринпис, RFA и др.) действуют сначала через организацию бойкотов потребителей и продавцов конечной продукции. Затем вступают в диалог с лесными компаниями и создают партнёрства с крупными корпорациями-продавцами изделий, включающих древесину (ИКЕЯ, Хоум Дипо). Также вступают в партнёрства с финансово-промышленными группами (Всемирный Банк, Сити Групп). Большую роль при этом играет их взаимодействие с международными благотворительными фондами.

Международный торгово-промышленный бизнес, со своей стороны, под давлением сетей международных экоНГО через свои ассоциации инициирует лесную сертификацию, вводит предложенные международными экоНГО правила устойчивого лесопользования. Затем происходит цепная реакция внутри бизнеса. В процесс лесной сертификации включаются финансовые группы, которые разрабатывают новые критерии инвестиционной политики с учётом устойчивого лесопользования (Всемирный Банк, Банк Америки, Сельскохозяйственный Банк Канады, ряд европейских банков).

Как это происходит на российском национальном уровне?

Одни международные экоНГО (Гринпис) организуют и проводят бойкоты продукции и акции прямого действия в Европе и США у национальных офисов бизнес структур и филиалов международных корпораций, которые участвуют в покупке-продаже круглого леса и изделий из древесины из России. Затем идут переговоры между международными экоНГО и российскими компаниями-поставщиками, в результате которых хозяева российских лесных компаний выделяют средства и на местном уровне происходит лесная сертификация их лесозаготовительных и лесоперерабатывающих предприятий. Другие международные НГО (WWF) всячески поощряют их за усилия сертифицироваться, организуют международные семинары и конференции по лесной сертификации, учреждают ассоциации экологически ответственных лесопромышленников, создавая дополнительные коммуникационные возможности для расширения связей и бизнеса.

Лесная сертификация, даже национализируясь и локализуясь, остаётся глобальным механизмом, действующим в противовес глобальным негативным процессам переэксплуатации природных ресурсов. Также лесная сертификация это международный механизм негосударственного управления, развития институтов демократии и гражданского общества, который, локализуясь в конкретной стране, приносит с собой новые, современные международные экологические и социальные стандарты (Cashor, 2002; Cashore, Auld, Newson, 2004).

В России на лесной бизнес, его работников и местное сообщество оказывает влияние некий глобальный актор – зарубежный потребитель российской древесины и товаров, произведенных из него. Представления о нём здесь в России сконструированы международными экоНГО и широко используются для продвижения международных экологических и социальных стандартов лесной сертификации. А там, за границей, международные экоНГО конструируют у потребителей образы российского контекста – получение древесины (условия труда и жизнь семей работников), исчезновение диких видов и т. п. до и после лесной сертификации. Несмотря на то, что головные офисы международных экоНГО расположены за пределами России, их деятельность в России осуществляется российской сетью экоНГО. В результате сети НГО играют важную роль в изменении российской социально-экологической политики и оказывают влияние на социальные отношения в тех местных сообществах, на которые направлено их воздействие.