Алиса в Зазеркалье. Перевод Юрия Лифшица


Льюис Кэрролл
Добавить цитату

Глава III. Зазеркальные насекомые

Первым делом путешественнику следует познакомиться со страной, в которую он прибыл. «Допустим, сейчас урок географии, – подумала Алиса. – Главные реки Зазеркалья – рек не имеется. Главные горы – есть одна да и то не Гора, а всего лишь пригорок. Главные города… Интересно, что за существа роятся вдалеке, над цветами? Едва ли это пчелы – с такого расстояния их не было бы видно». Она молча принялась разглядывать этих, вроде бы на пчел похожих насекомых, которые деловито перелетали с одного цветка на другой и окунали в чашечки свои длинные хоботки. «Повадки у них совсем как у пчел», – подумала Алиса.

Но это были не пчелы, а самые настоящие… слоны, только с крыльями. У Алисы от изумления перехватило дыхание. «Представляю, какие там цветы! – осенило ее. – Величиной с дом, только без крыши и на одной ножке. А сколько в них меда! Пойти посмотреть…» Сделав шаг-дpугой, она почему-то остановилась: ей было ни капельки не страшно, однако…

– Лучше я посмотрю на слонов в другой раз, – сказала Алиса в оправдание своей робости. – Без хорошей палки к ним, наверное, не подойти. Чем еще прикажете отбиваться от этих насекомых?.. Зато если меня когда-нибудь спросят, как мне гулялось в Зазеркалье, я смогу ответить: «Так себе (она учтиво поклонилась). Все бы ничего, только пыль, жара да эти противные слоны!» Это было бы забавно!

– По-моему, лучше всего спуститься здесь, – задумчиво продолжала она. – Слоны от меня не уйдут. И потом, я давно уже должна быть на третьей клетке.

Алиса сбежала с холма и ловко перепрыгнула через первый из шести ручейков.

– Предъявите билеты! – сказал Проводник, просунув голову в окошко вагона.

Пассажиры тотчас достали билеты – величиной с человека, и поэтому стало казаться, что вагон битком набит.

– Все в порядке, – сказал Проводник и грозно посмотрел на Алису. – Девочка, где твой билет?

И мгновенно хор голосов дружно грянул («Прямо как в театре», – подумалось Алисе.):

– Девочка, не отнимай времени у Проводника! Оно стоит тысячу фунтов – секунда!

– Простите, билета у меня нет, – расстроилась Алиса. – На станции не было кассы.

И опять голоса дружно загремели:

– И не должно быть! Земля там стоит тысячу фунтов – квадратный дюйм!

– Это не оправдание, девочка, – строго сказал Проводник. – Ты должна была взять билет у Машиниста.

И снова голоса хором поддержали его:

– У паровозного Машиниста! Потому что паровозный дым стоит тысячу фунтов – одно колечко!

«Все, больше я ничего не скажу!» – молча решила Алиса.

На этот раз пассажиры тоже промолчали. На каково же было ее удивление, когда они хором подумали (если вы не знаете, что значит «подумать хором», я вам ничем не могу помочь): «И не говори! Разговор стоит тысячу фунтов – один звук!»

«Что они пристали со своей тысячей фунтов?» – огорчилась Алиса.

Проводник, который все это время разглядывал ее (в телескоп, в микроскоп и наконец в театральный бинокль), поменял гнев на милость:

– Ладно, оставайся. Все равно ты едешь не в ту сторону!

Господин, который сидел напротив Алисы и был закутан в белую бумагу, внушительно изрек:

– Лучше забыть собственное имя, чем место своего назначения!

Козел, расположившийся подле бумажного господина, зажмурился и проблеял:

– Лучше не учиться в школе, чем ехать без билета!

Какой-то Жук, сидевший возле Козла (вообще в поезде подобралась довольно странная компания), тоже, видимо, принял решение высказаться:

– Сдать бы ее в багажное отделение! – прожужжал он.

Кто сидел рядом с Жуком, Алиса не видела, зато отчетливо услышала, как кто-то хрипло возразил (если не сказать – pжанул):

– Нет, ее надо высадить и… – кашель помешал ему закончить фразу.

«Очень похоже на конское ржание», – сделал вывод Алиса.

Вдруг чей-то тоненький голосок пискнул ей прямо в ухо:

– Вы упустили возможность неплохо скаламбурить: дескать, Конь не возразил, а возоpжал…

Затем до Алисы донесся нежный голос:

– Надо написать на ней мелом: «Осторожно! Алиса!»

После чего голоса заговорили наперебой («Какой многоместный вагон!» – подумала Алиса):

– По почте ее отправить! Заказной бандеролью!

– Нет, лучше по телеграфу!

– Нет, лучше прицепить ее к поезду вместо паровоза!

И тому подобную дребедень.

Господин в белой бумаге качнулся в сторону Алисы и шепнул ей на ухо:

– Не обращай внимания, девочка. И мой тебе совет: на каждой станции бери билет в обратную сторону. На всякий случай…

– Слышать ничего не хочу! – не выдержала Алиса. – Я здесь совершенно случайно! Поскорей бы поезд остановился! Я хочу выйти, побродить по лесу…

– Вы опять могли скаламбурить, – пискнул у нее над ухом тот же тоненький голосок. – Дескать, пойдешь по лесу, придешь к полюсу…

– Вы мне надоели! – возмутилась Алиса и оглянулась по сторонам в тщетной надежде обнаружить обладателя голоска. – Почему вы сами не каламбурите, если вы такой остроумный?

В ответ голосок тонко и очень горько вздохнул. Алисе стало его жаль. «Только вздыхает он не по-людски», – подумала она. Да, это были поразительно тихие вздохи. Не раздайся они над самым ухом Алисы, она бы их не расслышала. Но щекотание в ухе мешало ей сочувственно думать о бедном маленьком страдальце.

– Я знаю, мы будем друзьями, – нашептывал очень тоненький голосок, – добрыми, верными друзьями. И ты не сделаешь мне зла только за то, что я… насекомое.

– Как – насекомое? – с легким беспокойством спросила Алиса.

Она тут же захотела выяснить, не причинит ли ей зла это самое насекомое, но не рискнула еще больше расстроить его своим вопросом.

– Неужели и ты… – начал очень тоненький голосок.

Резкий гудок паровоза заглушил его.

Все, в том числе и Алиса, в ужасе вскочили.

Конь высунулся в окно, втащил голову обратно и успокоительно pжанул:

– Все в порядке. Сейчас поезд перепрыгнет через ручей.

Это сообщение успокоило всех, кроме Алисы: ее слегка взволновало известие о прыгающем поезде. «Одно хорошо, – уговаривала она себя, – один прыжок – и я на четвертой клетке». В следующее мгновение поезд взлетел. Перепуганная Алиса ухватилась за первый попавшийся предмет. И первой ей под руку попалась козлиная борода.

Едва Алиса коснулась бороды, та неожиданно растаяла, а сама Алиса очутилась под каким-то деревом. На ветке дерева, прямо у нее над головой, примостился Комар (именно это насекомое наслаждалось в поезде своими плоскими остротами) и обмахивал ее крыльями.

Для комара он был преогромный, величиной чуть ли не с цыпленка. Это Алису нисколько не тревожило, ведь она уже знала его.

– …и ты не любишь насекомых? – закончил Комар так, словно ничего не произошло.

– Говорящих – люблю, – ответила Алиса. – Хотя в моей стране насекомые помалкивают.

– С кем из них ты там дружишь? – поинтересовался Комар.

– Я вообще не дружу с насекомыми, – призналась Алиса. – Я их боюсь. Если не всех, то крупных. Зато я могу вам сказать, как их зовут.

– И они отзываются