Книжный портал
с персональными рекомендациями
и личными коллекциями
  • 20 700 000оценок книг
  • 1 100 000рецензий на книги
  • 44 500 000книг в коллекциях
Зарегистрируйтесь или войдите
Пароль будет создан автоматически и отправлен вам на почту, или ввести пароль самостоятельно

Легенда братьев Крэй


Елизавета Бута
Добавить цитату

Бокс

– Папа будет против, – рассудительно заявил Реджи. Что ребята обсуждали во дворе дома тетушки Роззи, никто из них не запомнил.

– Да что он понимает, он вообще дезертир, – возмутился Ронни.

Через секунду уже завязалась драка. Только счастливые обладатели братьев и сестер смогут понять, как в одно мгновение обычный разговор может перерасти в бой не на жизнь, а на смерть. Реджи бил точными, уверенными движениями, которым научил его дедушка Ли. Ронни всегда полагался на свою силу. Он был больше и массивнее брата, но, что еще важнее, выносливее. Отработка ударов показалась ему слишком скучным занятием, а силы ему было не занимать. Для драк со сверстниками ему этого всегда хватало, но на сей раз ему не достало сноровки. Реджи наносил один удар за другим. Рон отвечал все слабее и все чаще промахивался. Реджи в боевом запале уложил Рона на лопатки и стал с силой колотить головой брата о брусчатку.

– Что вы делаете?! Остановитесь немедленно! – завизжала Вайолетт, случайно ставшая свидетельницей этой сцены. Ярость Реджи моментально испарилась. Он испуганно посмотрел на мать, а затем на брата. Тот не подавал признаков жизни. Лицо его напоминало боксерскую грушу, из носа шла кровь, а глаз медленно отекал. Впрочем, какое это имело значение, если он даже в себя не приходил. Вместе с также вышедшей на крики Роззи они принесли Рона в дом. Через двадцать минут явился уже постаревший врач, когда-то гордо диагностировавший у близнецов дифтерию. Он был явно обеспокоен состоянием Рональда Крэя. Мальчика отправили в больницу. Лишь спустя несколько часов ожидания врач вышел в коридор к дежурившим там Роззи, Вайолетт и насмерть перепуганному Реджи.

– Тяжелая черепно-мозговая травма. Сейчас он стабилен, но последствия непрогнозируемы, – сухо отрапортовал доктор.

– Это ты виноват, – прошипела Вайолетт на ухо Реджи. Впрочем, мальчик и сам с ума сходил от сжигавшего его чувства вины.

Все обошлось. Чуть присмиревший Рон вскоре вернулся домой. Вайолетт окружила его заботой и дала все мыслимые привилегии. Роззи на это смотрела скептически, но ничего сестре не говорила. Реджи вел себя максимально прилежно, даже с двоюродным братом шалости не устраивал. Какое в этом веселье, если Ронни лежит дома с пробитой черепушкой? Вайолетт продолжала осыпать его нравоучительными речами. Один дедушка Ли, как и прежде, рассказывал свои истории и показывал совершенно невероятные трюки.

Приближалась ярмарка в Виктория-Гарден, на которую Джимми Ли ежегодно водил близнецов. Ронни предусмотрительно выздоровел и убедил Вайолетт в том, что прекрасно себя чувствует, особенно для того, чтобы пойти на ярмарку. Скрепя сердце женщина все-таки отпустила близнецов на ежегодный праздник.

Ист-Энд всегда любил народные гуляния. Здесь умели веселиться и зарабатывать на зрелищах. Погуляв по бесконечным рядам ярмарки, Джимми Ли повел мальчиков в свой любимый павильон.

В достаточно просторном полуподвальном помещении был организован боксерский ринг. В центре зала огорожена площадка для бойцов, а вокруг набились десятки зевак, желавших посмотреть на настоящую драку. Джимми и близнецы здесь бывали каждый год. И всегда Ронни и Реджи заворожено наблюдали за разворачивающейся на ринге битвой. Честный и жестокий спорт их восхищал. В Ист-Энде все мальчики мечтали быть боксерами. Профессиональная спортивная карьера означала гарантию славы и денег. Всеобщее уважение и восхищенные взгляды давались на сдачу. О чем еще можно мечтать?

– Когда-нибудь я буду драться на этом ринге, – тихо сообщил Ронни на ухо брату.

– Даже не сомневаюсь, – хмыкнул Реджи и отвел глаза в сторону. Рон не услышал насмешки в словах брата.

На следующий год Ронни и Реджи отправились в школу. Реджи искренне увлекся учебой. Он все ловил на лету, отчего пользовался уважением у сверстников и частенько удостаивался похвалы учителей.

Дети Ист-Энда просто не могли тихо играть во время школьной прогулки. Они либо замышляли какие-нибудь шалости, далеко не всегда безобидные, либо устраивали драки. Однажды героем дня стал Реджи Крэй. Он сцепился с Джорджем Таплином. Тот был на год старше, но Реджи всегда отличался ловкостью. Драка шла на равных. Оба были настроены биться до конца. Они продолжали избивать друг друга до тех пор, пока кто-то из одноклассников не возвестил о том, что к ним идет преподаватель.

Домой мальчика тащил Ронни. Брат едва держался на ногах. Когда они добрались до Валланс-роуд, то увидели перед своим домом толпу подростков. Приглядевшись, Реджи узнал в них одноклассников своего старшего брата. Когда близнецы приблизились, из толпы вышел Чарли. Тот хмуро оглядел то и дело норовящего упасть Реджи.

– Я и дед Ли будем вас учить драться. Вы не должны приходить домой в таком виде, – слишком серьезно для своего возраста произнес Чарли, после чего вернулся к разговору с друзьями. Брат сдержал обещание. Ежедневно он заставлял Ронни и Реджи отрабатывать удары. Джимми Ли тоже иногда рассказывал о своих фирменных приемах, не раз помогавших ему на ринге. Дедушка нашел старый матрас и прикрепил его к стене подвала. Ежедневно он тренировал близнецов, используя этот матрас вместо боксерской груши.


«Я нашел боксерские перчатки и стал учить их. Мы занимались каждый день по несколько часов, до изнеможения. Сложнее всего было переучить Ронни. Он был левшой. Мне приходилось связывать ему одну руку, чтобы он учился наносить удары правой. Вскоре близнецы стали приглашать для спаррингов своих приятелей. В подвале дома на Валланс роад мы организовали свой маленький бойцовский клуб. Мы скидывались, и победитель получал символический приз». (Чарльз Крэй)


Через год Чарли отвел близнецов к своему тренеру по боксу и попросил его взять мальчиков в свою секцию. Близнецы показали отличные результаты, и тренер, конечно, согласился.

Эхо войны больше не тревожило жителей Ист-Энда. К 1945 году район был практически разрушен. Жертвами бомбардировок стали заводы, фабрики, порты, ну и обычные жилые дома. За годы Второй мировой войны Ист-Энд пострадал более всего. Ни один другой район Лондона не постигло такое количество разрушений. Сразу же после объявления победы сюда приехали члены королевской семьи. Тем самым они хотели поддержать павшее духом население района.

Такие визиты, возможно, и поднимают настроение, но не более того. Ист-Энд приближался к мрачным описаниям классиков XIX века. Опустевшие заводы с уныло возвышающимися трубами. Истерзанные, полуразрушенные дома, покрытые копотью, паутиной и неприличными надписями. Эти одинаковые домики желтого кирпича, казалось, даже разрушаться решили все вместе, чтобы не страшно было. Некоторые здания пострадали чуть больше, но их останки продолжали гордо выситься, имитируя подобие жизни. Желающие вполне могли отыскать смрадные сточные канавы, наполненные пищевыми отходами. Кто-то мог бы найти насквозь проржавевшие мосты и гигантские пустыри, заполненные старыми вещами, когда-то верой и правдой служившими обитателям Ист-Энда. Мрачное зрелище. Рай для мальчишек.

Школьники Вест-Энда, хоть раз здесь побывавшие, искренне завидовали местным ребятам. Никакая форма, уроки, игры в поло и старинные особняки не могли сравниться со старыми заброшенными заводами, лестницами, ведущими в никуда, и открытыми крышами двухэтажных домиков.

Близнецы более или менее спокойно отучились в первом классе средней школы. Перейдя во второй, они немного осмелели. Их брат Чарли уже перешел в старшие классы. Близнецы занимались боксом и частенько ввязывались в драки. Все это вызывало уважение у сверстников.

Ронни никогда не любил посещать школу. В любой компании он неизменно становился лидером, но его это мало волновало. Ронни ревностно следил за тем, чтобы его брат ни с кем, кроме него, не общался. Как только Реджи с кем-то сближался и начинал проводить с ним слишком много, по мнению Ронни, времени, этому несчастному была обеспечена выволочка. Вскоре Реджи стал очень осмотрителен в вопросах общения. Он знал, что его брат слишком вспыльчив и жесток, но ведь в этом виноват сам Реджи. Из-за него брат чуть не умер, а «последствия непрогнозируемы». Реджи старался не общаться ни с кем на глазах у брата и в случае чего вовремя его осекать. Только Реджи был способен остановить брата.

Братья Крэй в стенах школы вели себя вполне пристойно, но стоило им выйти за порог, как они превращались в отъявленных хулиганов. Они буквально искали повода для применения своих бойцовских навыков. Их ловили полицейские, но что взять с тринадцатилетних ребят? Пара оплеух в целях профилактики, и вот они уже дома. Конечно, Вайолетт устраивала грандиозный скандал, но зато на следующий день братья ловили на себе восхищенные взгляды сверстников.

Однажды к ним на тренировку зашел Джимми Ли. Вместо того чтобы подойти к ним, он отправился к тренеру. Джимми бросил взгляд на остервенело сражающихся близнецов, затем нашел глазами тренирующегося Чарли и удовлетворенно вздохнул. Он поинтересовался у тренера, какие перспективы ждут братьей Крэй. Тренер решил не юлить и честно признался, что у Реджи шанс на карьеру есть, и еще какой. Ловкий, быстрый и точный в ударах Реджи был лучше всех в группе. Чарли и Ронни – на два шага позади. Конечно, в боксе возраст не имеет принципиального значения, и все-таки Чарли было уже почти восемнадцать, а за его плечами всего лишь несколько соревнований. Он легко учился, но до высшей лиги ему было далеко. Ронни обладал мощной и почти неконтролируемой силой, которая сочеталась с почти маниакальным упорством. Способностей у него было больше, чем у брата, но были и недостатки. Он совершенно не умел проигрывать. Даже в бессознательном состоянии он бился до последнего, не мог контролировать силу удара, и его практически невозможно было остановить. Для профессионального спорта это огромные недостатки.

– …В целом шанс на карьеру есть у всех, – немного покривив душой, заключил тренер. Это вполне удовлетворило Джимми Ли.

На следующий день дедушка ворвался в комнату братьев Крэй в шесть утра. После того, как они никак не отреагировали на крики «Подъем!», он просто стащил их с кроватей, кинул в близнецов лежащими на стуле вещами и приказал через пять минут быть готовыми к выходу. Пробежки, правильное питание, ревностный контроль за соблюдением режима. Все это незамедлительно дало свои результаты. Братья Крэй стали практически непобедимы. Правда, это прибавило проблем полицейским Ист-Энда, но кого это волновало? Крэи вполне могли стать профессиональными боксерами, а в Ист-Энде об этом мечтали все.

В 1948 году братья в очередной раз потащились на ярмарку в Виктория-Гарден. На сей раз дедушка Ли отказался идти с ними, сославшись на неотложные дела. Скорее всего, он просто хотел выпить в свое удовольствие, а не служить нянькой уже вполне взрослым близнецам.

Братья Крэй отлично провели время, слоняясь по павильонам. Ближе к вечеру они услышали крик зазывалы. Мужчина приглашал посмотреть на бои. Естественно, братья не смогли отказать себе в удовольствии и присоединились к толпе, спешащей к началу боев.

В том же полуподвальном помещении, в котором тускло мерцали несколько лампочек, сегодня собралось несколько десятков человек. Каждый мог выйти на ринг и принять бой. Победитель получал пять шиллингов. Низкий, лысоватый ведущий успевал служить рефери, кассиром и ведущим.

– Кто еще готов попытаться отнять у меня пять шиллингов? – громко поинтересовался он, когда бой между двумя рабочими завода был закончен.

– Я, – раздался голос Ронни.

– А ты у мамы разрешения спросил? – рассмеялся ведущий.

Зал с готовностью принял эстафетную палочку у ведущего. Все смеялись над четырнадцатилетним Ронни Крэем. Реджи скосил глаза и увидел готового сейчас же убить ведущего брата. Глаза Ронни налились кровью, а кулаки непроизвольно сжались.

– …Тихо, тихо, господа. Кто готов сразиться со смелым юношей? – ехидно поинтересовался ведущий. Он полагал, что таких в зале не найдется и инцидент будет исчерпан.

– Я готов, – поднял руку Реджи.

Ведущий хотел было отколоть пару своих фирменных шуточек, но вовремя поймал на себе переполненные яростью взгляды братьев. Он озадаченно посмотрел на абсолютно одинаковых ребят и махнул рукой, то ли приглашая на ринг, то ли отмахиваясь от внезапно нахлынувшего страха.

Братья стали медленно пробираться к рингу. Когда они поднялись к рефери, толпа возликовала. Такого зрелища здесь не видели. Двое абсолютно одинаковых мальчишек решили сразиться за пять шиллингов. На это стоило посмотреть.

Начался бой. Они были равны во всем и оба не желали сдаваться. Тут Реджи представилась возможность ударить Ронни по голове. Даже смягченный удар в той ситуации мог значить победу. Реджи уже занес руку, но вовремя вспомнил окровавленное лицо потерявшего сознание брата. Тот день в саду у Роззи он не забудет никогда. Реджи убрал руку и успел вовремя увернуться от остервенелого удара брата. Бой продолжался и продолжался. Зрители визжали от восторга.

– Хватит, – раздался громкий голос Джимми Ли. Соседи, случайно оказавшиеся в зале, вовремя донесли отдыхавшему в соседнем пабе Джимми о поединке братьев. Сложно представить, насколько громким был голос Джимми, раз он смог заглушить ликование толпы.


«Ронни был спокоен, как никогда, а вот Реджи выглядел взвинченным. Раздался удар гонга и начался бой, какого я доселе не видел. Реджи более точный, Ронни – невероятно сильный и резкий. Бой был на равных. Остановить их смог только Джимми Ли. Это немного отрезвило их. Потом мама орала, как никогда. Близнецы разрыдались и больше никогда не выходили на ринг, чтобы сразиться друг с другом». (Чарльз Крэй)


Ведущий объявил окончание боя. Ничья. В награду за устроенное представление Ронни и Реджи получили по пять шиллингов каждый. Вечером Вайолетт устроила душераздирающую истерику и запретила братьям выходить из дома дальше, чем к Роззи. Братья не преминули воспользоваться этим допущением и тут же сбежали к тете. Здесь их любили и понимали. Конечно, Ронни и Реджи нежно любили свою мать, но ведь на расстоянии, как известно, эта любовь только крепче. Причем чем расстояние больше, тем и любовь к родителям сильнее.

* * *

Постепенно Ист-Энд оживал. Рядом с разрушенными войной зданиями и мостами тут и там стали появляться ниссеновские бараки. Эти хрупкие домики облегченной конструкции строили в качестве временных жилищ для людей, чьи квартиры пострадали во время войны. Сборно-разборные бараки с крышей из рифленого железа должны были простоять пару лет, до тех пор, пока не отреставрируют старые здания. Нет ничего более постоянного, чем временное решение. Такие бараки строили несколько лет подряд. Их крыши мгновенно ржавели, а краска со стен облуплялась чуть ли не на следующий день. Впрочем, несмотря на все это, бараки служили жителям Ист-Энда еще многие десятилетия. Домики составили достойную конкуренцию старинным двухэтажным особнякам из мутно-желтого кирпича.

Проект по выселению жителей за черту города благополучно провалился. После войны правительство объявило о начале программы по расселению жителей Ист-Энда. Им обещали разные дотации и поблажки за переезд за черту города. Жители Ист-Энда всегда с настороженностью относились к решениям правительства, а на сей раз и вовсе проигнорировали программу. Кокни любили Ист-Энд. Мутно-грязные дома казались таковыми только случайным людям. Чужаков здесь вполне могли обворовать, но на то они и чужаки. Местные же прекрасно знали, какой яркой и насыщенной может быть жизнь Ист-Энда. Достаточно было лишь приглядеться, чтобы увидеть разбросанные по углам домов пабы и заново открывшиеся мюзик-холлы. Постепенно стали открываться и мелкие лавочки. Мастерские по ремонту часов, обивке мебели или штопке носков открывались повсюду. Если серьезно, штопкой носков здесь, конечно, не промышляли, но мелкие лавочки по продаже всякой всячины действительно встречались чуть ли не в каждом доме.

Отец Хазерингтон приехал сюда в 1947-м году. Настоятель церкви понравился жителям Бетнал-грин-роуд. Церковь святого Джеймса в годы войны опустела, а в Ист-Энде практически все жители исповедовали католичество. Появление отца Хазерингтона сочли началом эры возрождения.

Вайолетт настаивала на том, чтобы близнецы каждое воскресенье посещали церковь. Нестандартно мрачный и немногословный священник братьям понравился. Он без конца курил, а если не находился в стенах церкви, то мог и употребить пару крепких словечек. Свой человек, одним словом.

Однажды он вышел покурить и с сожалением заметил, что сигареты заканчиваются. Через полчаса он должен был начать проповедь, так что времени на поход в магазин не было. Он беззвучно выругался и пошел обратно. Через тридцать минут он вновь вышел на улицу, в надежде встретить кого-нибудь с сигаретой в руках.

– Здравствуйте, святой отец, – поздоровался Реджи. Священник отрешенно кивнул и стал всматриваться вдаль.

– Мы можем вам чем-нибудь помочь? – поинтересовался Ронни

Отец Хазерингтон сжал в кармане пустую пачку, чуть помедлил, но все же покачал головой. Близнецы попрощались и побежали внутрь, случайно задев его. Служитель церкви чуть не упал. Спустя мгновение он вновь засунул руку в рясу и нашел там новую пачку сигарет.


«Мы знали, что отец Хазерингтон ни за что не пошлет нас в магазин за сигаретами. Это неправильно. Поэтому мы решили просто подкинуть ему пачку. Он был хорошим человеком, а мы всегда старались помогать хорошим людям». (Реджинальд Крэй)


Ист-Энд всегда был царством подростковых банд, а уж в послевоенные годы особенно. Как считал Джимми Ли, эпоха настоящих гангстеров, уважаемых всеми преступников, давно прошла. Таких людей больше не делали. Остались лишь мелкие мошенники вроде тех, что орудовали в пабе неподалеку, или столь же мелкие бизнесмены вроде Чарли Крэя, которые старались балансировать на грани закона. В криминальной среде они быстро пропадали, а честный бизнес особенных доходов не приносил.

Подростковые банды как были тридцать-сорок лет назад, так и остались. Процесс взросления ведь никто не отменял. Естественно, банды конкурировали друг с другом, делили территорию и то и дело устраивали драки.


«Когда им стукнуло по четырнадцать они стали меняться в худшую сторону. Они убегали рано утром и никогда не говорили, куда идут. Стали очень скрытными. Мама беспокоилась, но молчала. Она списывала все на возраст. Позже я заметил, как перед возвращением домой, они забегают к тете Роззи. Я сразу понял, в чем дело. Они дрались. Зная, что мама закатит истерику, они старались скрыть следы недавней драки. Тихие, послевоенные годы Ис-Энда закончились. Четырнадцатилетние подростки уже забыли об ужасах войны и шатались по улицам в поисках порции адреналина. Жестокие, властные и уже легендарные близнецы быстро нашли себе соратников». (Чарльз Крэй)


Ронни и Реджи всегда были бандой двоих. Оказавшись в школе, братья быстро нашли близких себе по духу друзей, а контингент секции по боксу укрепил позиции только что образовавшейся банды. Ронни стал непререкаемым авторитетом школы, повлиять на которого мог только Реджи. К шестнадцати годам они были лидерами одной из крупнейших банд Ист-Энда. Не было недели, чтобы они не подтверждали свое звание какой-нибудь потасовкой.

Почти каждый вечер они говорили матери, что идут к тете Роззи, и отправлялись на поиски приключений. Долго искать обычно не приходилось. Банда Ватни – вечный враг Бетнал-грин-роуд, без конца посягала на их территорию. Близнецы, правда, тоже частенько оказывались в неположенных местах.

Однажды Чарли пришел домой и застал там Ронни со своим приятелем Пэтом Баттлером. Они как раз собирались уходить. Чарли больше для проформы, нежели из интереса, спросил, куда они направляются. Ронни пожал плечами и сказал название бара. Чарли кивнул и занялся своими делами.

Ронни и Пэт прошли пару кварталов и увидели недавно открывшееся заведение. Они зашли туда. Внутри оказалось, что место не самое удачное. В зале сидело всего несколько человек, а у барной стойки толпились подростки из банды Ватни. Они заметили Ронни первыми. Пэт Баттлер буквально побелел от ужаса, но Ронни железной хваткой остановил его при попытке к бегству. Их было одиннадцать человек. Никаких шансов на победу. Лидер банды уже противным голосом интересовался, какого черта они пришли в их бар, как дверь вдруг распахнулась, и в бар вбежал Реджи. Он быстро нашел глазами брата и подскочил к нему.

– Одинадцать против троих, – хмыкнул он.

– Отличный расклад, – пожал плечами Ронни.

В тот же момент они, не сговариваясь, кинулись к выходу. Они успели завернуть за угол и прижаться к стене. Ребята из Ватни побежали за ними следом. Подростки начали озираться по сторонам. Пара человек побежала в их сторону. Реджи подставил подножку, Ронни словил второго и тут же ударил его о стену бара.

На шум прибежали остальные члены банды, но преимущество в тот день действительно было на стороне близнецов.


«Это была мощная драка. Знаете, как сцена из вестерна. Трое против толпы. Удивительно, но они отделались парой синяков, а вот пара их противников попала в больницу. Близнецы очень переживали, что парень по имени Билл Донован, которому они повредили глаз, подаст на них в суд. Они заставляли меня ежедневно звонить в больницу и справляться о его здоровье. Все обошлось. Инциденты, подобные этому, и создали легенду о братьях Крэй, как о жестоких ребятах, которые ходили по Ист-Энду и искали, с кем бы подраться. Это глупо. Впрочем, они всегда били первыми, что правда, то правда». (Чарльз Крэй)


Как Реджи узнал о том, что он должен прийти в тот бар? На этот вопрос впоследствии не смог ответить и сам Реджи, он просто почувствовал это. После драки побитые, но довольные жизнью близнецы, привычно побрели к тете Роззи. Здесь они всегда могли рассчитывать на первую помощь. Любимая тетя всегда готова была прикрыть близнецов. Здесь они могли спокойно обработать раны, переодеться и как ни в чем не бывало идти домой. Реджи и Ронни обожали проводить время у тети Роззи. Единственным минусом был Билл, сын тети. Парень был на несколько лет старше близнецов и считал своим долгом всячески задирать их. Так повелось с детства. Близнецы уже были вполне способны дать отпор двоюродному брату, но по привычке продолжали терпеть выходки кузена.

Братья с рождения были знаменитостями Ист-Энда, просто потому что близнецы здесь рождались редко. Вайолетт и ее мальчиков здесь знали все поголовно. Где-то с пятнадцати лет к славе прибавилась еще и власть. Поначалу за стенами школы близнецы общались в основном с Чарли, своими кузенами и парочкой дворовых приятелей. С поступлением в секцию бокса круг общения расширился. Они заработали славу совершенно неуправляемых королей своей банды. Неважно, что в ней было всего два человека, они все равно были королями, а свита дело наживное. За несколько лет они сколотили вполне серьезную банду, которая вполне могла дать достойный отпор Ватни. Именно поэтому, собственно говоря, их и ненавидели лидеры банд из соседних районов Лондона.

Короли не должны давать в обиду своих близких. Когда Чарли Крэй-старший однажды вернулся из бара побитым и несчастным, пятнадцатилетний Реджи поинтересовался у него:

– Кто это сделал?

Чарли пробормотал что-то невразумительное, но близнецы не отставали от него до тех пор, пока тот не признался, что это новые рабочие владельца бакалейной лавки Джека Баркли. Этого было вполне достаточно. Утром братья Крэй направились в магазин Баркли. Они бесцеремонно отодвинули вставшего у них на пути хозяина магазина, и прошли в подсобку. Рабочие сидели на ящиках с овощами и мучились от жестокого похмелья, когда Реджи и Ронни ворвались в помещение склада. Близнецы ушли из магазина, только когда рабочие перестали подавать признаки жизни.

Как только братья стали делать серьезные успехи в спорте, к ним подошел тренер и сказал:

– Ребята, нравоучения не мой конек, но ни один агент не возьмет к себе под крыло спортсмена с криминальным прошлым.

Для Реджи это стало серьезным аргументом. Он стал вести себя осмотрительнее. Впрочем, его хватило ненадолго. Первый же конфликт на улице Ист-Энда вылился в серьезную драку. Однако Реджи все-таки решил, что они с братом будут первыми сбегать с места преступления. Спортивная карьера была для Реджи Крэя на первом месте. Он мечтал о славе, роскошной жизни и лучших девушках Лондона. Единственным шансом на такую жизнь был бокс.


«Мама ненавидела бокс, но всегда приходила на наши соревнования, вместе с сестрами. Она чувствовала, что должна быть там. Мы смеялись над этим, потому что большую часть времени она сидела с закрытыми глазами, боясь увидеть то, что происходило на ринге.

В конце концов, она все-таки смирилась. Мы любили спорт, и она ничего не могла с этим поделать. Как боксеры, близнецы сильно отличались друг от друга. Реджи был холодным, осторожным, с навыками потенциального чемпиона, и что еще важнее, он умел слушать советы. Ронни тоже был хорошим боксером. Он был невероятно смелым, но никогда не слушал того, что ему говорили. Он всегда лучше знал, что и как нужно делать». (Чарльз Крэй)


Шестнадцатилетний Харви принадлежал к противоборствующей братьям Крэй банде. В тот день он ехал на велосипеде по чужой территории. Ронни был в отвратительном настроении. Они с Реджи направлялись к Роззи, когда увидели Харви, разъезжающего на своем дорогом велосипеде. Реджи тут же прокричал парню что-то оскорбительное, на что Харви неосмотрительно прокричал:

– Пошли вы к черту, – голос мальчика утонул в конце улицы. Ронни и Реджи переглянулись и побежали за парнем. Со скоростью велосипеда они сравняться, конечно, не могли. Тут Харви чудовищно не повезло. Брюки попали в цепь, и он упал. Пока он пытался выпутаться, Ронни и Реджи нагнали его и начали драку.

Удары сыпались на Харви один сильнее другого. Реджи не мог вспомнить, каким образом в руках у Ронни оказалась цепь от велосипеда. Брат Реджи наносил все новые удары, а Харви уже перестал сопротивляться. Так когда-то было и с Реджи. Нужно просто прикрикнуть на брата, да и все. Ронни не слышал криков, он, казалось, вообще выпал из реальности. Еле оттащив брата от Харви, Реджи испуганно огляделся по сторонам, заметил испуганную девушку, вовремя скрывшуюся за перекрестком, и мужчину, тут же зашедшего в какую-то лавочку. Реджи посчитал Харви мертвым. Крэй посмотрел на цепь в руках брата и снова на Харви. После таких ударов не выживают.

– Пора убираться отсюда, – заключил Реджи и дернул Ронни за руку. Брат Реджи уже пришел в себя. Он сосредоточенно кивнул. Они кинулись к дому тети Роззи. Женщина привыкла к тому, что близнецы прибегали к ней зализывать раны после драк, поэтому не стала расспрашивать их о произошедшем.

Братьям не повезло. Харви оказался на редкость живучим персонажем. Его нашли, отправили в больницу, и уже через пару дней он пришел в себя. К молодому человеку зашел инспектор и поинтересовался подробностями той драки. Харви был дико зол на семейку Крэй, поэтому нарушил традицию и «настучал» на близнецов. Услышав знакомую фамилию, служитель закона поперхнулся. Он, наверное, не один десяток раз задерживал этих неуправляемых маленьких мерзавцев, которые прекрасно знали, что им ничего не грозит. Вот уже полгода о них ничего не было слышно, и тут такой подарок. Крэй уже справили свое шестнадцатилетие и вполне могли попасть за решетку.

Весь полицейский участок приступил к работе. Нашлись свидетели: юная девушка, случайно проходившая мимо, и страховой агент, который и вызвал скорую помощь. Началось судебное разбирательство, сильно подмочившее спортивную репутацию близнецов Крэй. Впрочем, Ронни долго отмахивался от увещеваний брата. Он старался не задумываться о том, чем все это грозит. Они старались не думать о плохом до первого вызова в суд.


«Однажды я пришел с работы поздно вечером и нашел маму очень расстроенной. Я поинтересовался, в чем дело. Она рассказала, что недавно нашли мальчика, жестоко избитого велосипедной цепью. Я уже слышал об этом, но мама пояснила. В том, что случилось с мальчиком, обвинили близнецов. Ни я, ни мама, ни папа просто не могли в это поверить. Близнецы никогда не использовали в драке ничего, кроме своих кулаков. Им это было не нужно». (Чарльз Крэй)


Оказавшись на скамье подсудимых, братья присмирели. Потерпевший, свидетели, настоящее уголовное дело… Все это приобретало нешуточный оборот. На второе заседание братья явились уже готовыми к бою. Они мирно слушали показания свидетелей. Когда на трибуну зашла девушка, Ронни буквально прожигал ее взглядом. Несчастная путалась, робела, голос ее дрожал, а прокурор был вне себя от бешенства.

Заседание подошло к концу, и братья направились к выходу. Они миновали коридор, отделявший зал суда от центрального входа, и остановились на лестнице возле колонны. Ронни первым заметил выходящую из здания суда девушку и схватил ее за руку. Она даже вскрикнуть побоялась.

– Тебе никто не говорил, что у тебя очаровательное личико? Будет очень грустно, если оно обезобразится бритвенными порезами, – тихо и ласково прошептал Реджи. Он заглянул в глаза девушки, затем провел пальцем по ее лицу. – Вот так…

Пальцы Крэя провели линию предположительного разреза. Девушка попыталась выпутаться из рук Ронни, но Крэй продолжал ее удерживать. Реджи кивнул, и брат разжал пальцы. Ноги девушки подкосились, и она упала. Близнецы Крэй презрительно обошли ее и спустились вниз по лестнице.

Со страховым агентом поступили примерно таким же образом. А затем поговорили и с Харви. Вскоре обвинение развалилось за недостаточностью улик.

– Это ваш последний шанс, не упустите его из-за очередного обострения глупости, ладно? – подытожил свою речь тренер братьев Крэй. В декабре должны были пройти важные соревнования в Альберт-холле. В них собирались принять участие трое братьев Крэй. Для Чарли это был последний бой, после которого он намеревался оставить свои попытки взойти на Олимп спортивной славы. Близнецы же были как раз в том возрасте, когда их мог взять под крыло какой-нибудь спортивный агент. Они уже пропустили одни состязания из-за судебного разбирательства. Из той ситуации они вышли победителями, но какое это имело значение? То ли он ударил, то ли его, но была там какая-то история. Так, вполне оправданно, рассуждали агенты. Для них не имело значения, оправдали братьев или нет: кому хочется связываться с людьми, замешанными в криминале? Сейчас та история немного подзабылась, но малейшее правонарушение грозило братьям серьезными последствиями. Особенно это касалось Реджи, который буквально грезил карьерой боксера, чем выводил из себя Ронни. Тот понимал, что боксером ему не стать, а отпускать от себя брата он не собирался. Они же семья, они буквально одно целое и не должны разлучаться.

За несколько недель до соревнований Реджи и Ронни сцепились с каким-то полицейским. Тот сказал что-то оскорбительное Реджи, и Ронни решил «вступиться» за брата. Драка вышла короткой, победители были определены заранее. Проблема заключалась в том, что полицейский знал братьев. Вечером он явился к ним и забрал близнецов в участок. Срок грозил небольшой, но с карьерой можно было попрощаться.

– Он оскорбил тебя. Я обязан был отреагировать, – пожал плечами Ронни. Что на это оставалось ответить Реджи? Он орал, как безумец, затем братья устроили драку, разнять которую смогла только Вайолетт. Впрочем, вряд ли все это способно было что-то изменить.

На ринг Альберт-холла вышли трое братьев Крэй. Чарли проиграл свой бой. Ему так и не удалось достойно завершить так и не начавшуюся карьеру. Ронни в тот день дрался с каким-то диким остервенением. Его пришлось буквально оттаскивать от давно поверженного соперника. В результате его дисквалифицировали. Последним на ринг вышел Реджи. Он выиграл все три раунда, и только сидевший в зале тренер знал, что Реджи проиграл еще до первого удара гонга.