Издание посвящено 200-летию со дня рождения Николая Алексеевича Некрасова
Региональная книжная серия «Библиотека ярославской семьи» в популярной форме рассказывает о культурно-историческом и природном многообразии родного края.
Книги вобрали в себя труд многих поколений учёных и краеведов. Серия предназначена для семейного чтения, как для жителей области, так и для туристов.
© Издательство «Медиарост», 2021
Слово о полку Игореве. (Отрывок). Перевод С. Шервинского
Поутру над рекоюНа ранней зареЯрославнин слышится голос —Одинокой кукушкойКукует она:«Полечу по реке я кукушкой,Омочу я в КаялеАтласный рукав,Ладе-князюКровавые раны отруНа его истомившемся теле!»
Ярославна тоскуетВ Путивле, одна,На стене крепостной, причитая:«Ветер, Ветер!Что веешь навстречу?ЗачемТы на крыльицах лёгких своих,Государь,Половецкие стрелыСтремишь на бойцовМоего ненаглядного лады?Или мало под тучамиВеять тебе,Мало на море синемКачать корабли?Для чего, государь,По траве-ковылюТы моё поразвеял веселье?»
Ярославна однаНа Путивльской стенеПричитает:«О Днепр Словутич!Каменистые горыТы, мощный, пробил,Пересёк Половецкую землю.Ты ладьи СвятославаНа водах своихПрилелеял к шатрам Кобяковым.Ты желанного другаКо мне прилелей,Государь, чтобы слёзЯ не слала к немуРанним утром на синее море!»
Ярославна тоскуетВ Путивле, одна,На стене крепостной, причитая:«Трижды светлое Солнце!Про всех у тебяИ тепла и отрады достанет.О, зачем же своиОгневые лучиТы простёрло на воинов лады?Им в безводной степиЛуки жаждой свелоИ колчаны тоскою стянуло!»
Свт. Димитрий Ростовский Псалмы
1. «Иисусе мой Прелюбезный…»
Иисусе мой Прелюбезный,сердцу Сладосте!Едина в скорбех утеха,моя Радосте!Рцы душе моей: «Твое есмьАз спасение,Очищение грехови в Рай вселение».Мне же Тебе, Богу, благоприлеплятися,От Тебе милосердиянадеятися.Никто же мне в моих бедах,грешну, поможе,Аще не Ты, о ВсеблагийИисусе Боже!Хотение мне единос Тобою быти:Даждь ми Тебе, Христа, в сердцевсегда имети.Изволь во мне обитати,благ мне являйся,Мною грешным, недостойным,не возгнушайся.Изчезе в болезни животбез Тебе, Бога:Ты мне крепость и здравие,Ты слава многа.Радуюся аз о Тебеи веселюся,И Тобою во вся веки,Боже, хвалюся. Живот – жизнь.
Иисусе мой Прелюбезный,сердцу Сладосте!Едина в скорбех утеха,моя Радосте!Рцы душе моей: «Твое есмьАз спасение,Очищение грехови в Рай вселение».Мне же Тебе, Богу, благоприлеплятися,От Тебе милосердиянадеятися.Никто же мне в моих бедах,грешну, поможе,Аще не Ты, о ВсеблагийИисусе Боже!Хотение мне единос Тобою быти:Даждь ми Тебе, Христа, в сердцевсегда имети.Изволь во мне обитати,благ мне являйся,Мною грешным, недостойным,не возгнушайся.Изчезе в болезни животбез Тебе, Бога:Ты мне крепость и здравие,Ты слава многа.Радуюся аз о Тебеи веселюся,И Тобою во вся веки,Боже, хвалюся.
Живот – жизнь.
2. «Надежду мою…»Надежду моюВ Бозе полагаю,Промыслу ЕгоВесь себе отдаю.Яко Он хощет —Так о мне устроит,А Его волиНикто не перестроит.Судьбы Господни —Есть то бездна многа.В тайных советехКто постигнет Бога?Аще что комуОн восхощет дати —Людская завистьНе может препяти.Кому у НегоЧто предоставлено,То непременноБудет исполнено.Убо надеждаМоя буди к Богу —Удивит на мнеМилость Свою многу.Не надеюсяНа князи и люди:В тех уповая,Постыжен есть всюду.Часть моя еси —Ты, единый Боже.Твоя десницаВо всем мне поможет.Десница Твоя —Та сотворит силу,Исцелит душу,Даст здравие телу.Та и вся блага,Аще их есть требе,Вскоре дать можетИ потом жить в небе. Он восхощет дати – если Он захочет дать кому что-либо.
Препяти – препятствовать.
Часть – участь, судьба, предназначение.
Надежду моюВ Бозе полагаю,Промыслу ЕгоВесь себе отдаю.Яко Он хощет —Так о мне устроит,А Его волиНикто не перестроит.Судьбы Господни —Есть то бездна многа.В тайных советехКто постигнет Бога?Аще что комуОн восхощет дати —Людская завистьНе может препяти.Кому у НегоЧто предоставлено,То непременноБудет исполнено.Убо надеждаМоя буди к Богу —Удивит на мнеМилость Свою многу.Не надеюсяНа князи и люди:В тех уповая,Постыжен есть всюду.Часть моя еси —Ты, единый Боже.Твоя десницаВо всем мне поможет.Десница Твоя —Та сотворит силу,Исцелит душу,Даст здравие телу.Та и вся блага,Аще их есть требе,Вскоре дать можетИ потом жить в небе.
Он восхощет дати – если Он захочет дать кому что-либо.
Препяти – препятствовать.
Часть – участь, судьба, предназначение.
Фёдор Волков Келья
Ты проходишь мимо кельи, дорогая,Мимо кельи, где бедняк-чернец горюет,Где пострижен добрый молодец насильно.Ты скажи мне, красна девица, всю правду:Или люди-то совсем уже ослепли,Для чего меня все старцем называют?Ты сними с меня, драгая, камилавку,Ты сними с меня, мой свет, и чёрну рясу,Положи ко мне на груди белу рукуИ пощупай, как трепещет моё сердце,Обливался всё кровью с тяжким вздохом;Ты отри с лица румяна горьки слёзы,Разгляди ж теперь ты ясными очами,Разглядев, скажи, похож ли я на старца?Как чернец, перед тобой я воздыхаю,Обливался весь горькими слезами,Не грехам моим прощенья умоляю,Да чтоб ты меня любила, моё сердце! Камилавка – головной убор священнослужителя, монаха.
Ты проходишь мимо кельи, дорогая,Мимо кельи, где бедняк-чернец горюет,Где пострижен добрый молодец насильно.Ты скажи мне, красна девица, всю правду:Или люди-то совсем уже ослепли,Для чего меня все старцем называют?Ты сними с меня, драгая, камилавку,Ты сними с меня, мой свет, и чёрну рясу,Положи ко мне на груди белу рукуИ пощупай, как трепещет моё сердце,Обливался всё кровью с тяжким вздохом;Ты отри с лица румяна горьки слёзы,Разгляди ж теперь ты ясными очами,Разглядев, скажи, похож ли я на старца?Как чернец, перед тобой я воздыхаю,Обливался весь горькими слезами,Не грехам моим прощенья умоляю,Да чтоб ты меня любила, моё сердце!
Камилавка – головной убор священнослужителя, монаха.
Эпиграмма. (Приписывается Ф. Волкову)Всадника хвалят: хорош молодец!Хвалят другие: хорош жеребец!Полно, не спорьте: и конь, и детина —Оба красивы, да оба скотина.
Всадника хвалят: хорош молодец!Хвалят другие: хорош жеребец!Полно, не спорьте: и конь, и детина —Оба красивы, да оба скотина.
Василий Майков Роза и змея
Как некогда Змея так Розе говорила:«Натура нас с тобой подобных сотворила:Ты жалишься, как я».Тогда в ответе речь была Змее сия:«Злохитрая Змея!Напрасно ты себя ко мне приткнула бокомИ хочешь замарать меня своим пороком:Я жалю только тех,Которые меня с невежеством ломают,А ты, хотя тебя и вечно не замают,Ты жалишь всех».Читатель мой, внемли, что пела лира:Змея – преподлая, а Роза – умная сатира.
Как некогда Змея так Розе говорила:«Натура нас с тобой подобных сотворила:Ты жалишься, как я».Тогда в ответе речь была Змее сия:«Злохитрая Змея!Напрасно ты себя ко мне приткнула бокомИ хочешь замарать меня своим пороком:Я жалю только тех,Которые меня с невежеством ломают,А ты, хотя тебя и вечно не замают,Ты жалишь всех».
Читатель мой, внемли, что пела лира:Змея – преподлая, а Роза – умная сатира.
Фёдор Слепушкин Изба
Я о мирной жизни сельскойВам хочу сказать, друзья,Как в тиши здесь деревенскойДобрая живёт семья.Старый дом с двумя окнами,Весь соломою покрыт,В нём и верх, и со стенами,Всё простой имеет вид.Тамо видел я икону!Впереди она стоит:Перед нею ж по закону —Свечка жёлтая горит.Стол большой, и весь дубовый,Не накрыт стоит ничем.Лишь один корец кленовыйС добрым пивом был на нем.Лавки с чистыми скамьямиВ той избе вокруг стоят,Шубы рядышком висят,Чинно, вместе с зипунами.Полки с кринками, с горшками,Всё опрятно, на уряд.Печь большая: там полати,Где семья ночной поройСпит, равно как на кровати,По трудах своих зимой.Колыбель с дитёй висела,Там его покоил сон;Мать при нём тогда сидела,Пряжу вила с веретён.Дед на печке и с детямиСидя лапотки плетётИ весёлыми словамиПро старинушку поёт.На скамьях же за гребнямиПряжу девушки прядут,Бабы, сидя за станами,Пестрядь, холст и сукна ткут.С ними бабушка роднаяВсей семье заводит речь:«В чём же прибыль нам большая,Что всего нужней беречь?»Все, задумавшись, молчалиПеред бабушкой тогда;Слов её не отгадали,Шёл лишь свист с веретена.Тут старушка им сказала:«Вот что нам всего нужней! —И на печку указала, —Жить бы нам нельзя без ней.В стужу печь нас согревает,Хлеб готовит для людей.Сердце старца утешает:Он покоится при ней,Вспомнит годы молодые;Тут же детушкам игра.Самый дым для нас, родные,Много делает добра.Примечайте, как затопитБаба печку на заре,Дым густым туманом ходитВ это время по избе.Тем он сырость извлекает,И, клубясь, уйдёт трубой.Печь здоровье охраняет,Даст и бодрость и покой». Корец – ковш.
На уряд – то есть в должном порядке.
Я о мирной жизни сельскойВам хочу сказать, друзья,Как в тиши здесь деревенскойДобрая живёт семья.Старый дом с двумя окнами,Весь соломою покрыт,В нём и верх, и со стенами,Всё простой имеет вид.Тамо видел я икону!Впереди она стоит:Перед нею ж по закону —Свечка жёлтая горит.Стол большой, и весь дубовый,Не накрыт стоит ничем.Лишь один корец кленовыйС добрым пивом был на нем.Лавки с чистыми скамьямиВ той избе вокруг стоят,Шубы рядышком висят,Чинно, вместе с зипунами.Полки с кринками, с горшками,Всё опрятно, на уряд.Печь большая: там полати,Где семья ночной поройСпит, равно как на кровати,По трудах своих зимой.Колыбель с дитёй висела,Там его покоил сон;Мать при нём тогда сидела,Пряжу вила с веретён.Дед на печке и с детямиСидя лапотки плетётИ весёлыми словамиПро старинушку поёт.На скамьях же за гребнямиПряжу девушки прядут,Бабы, сидя за станами,Пестрядь, холст и сукна ткут.С ними бабушка роднаяВсей семье заводит речь:«В чём же прибыль нам большая,Что всего нужней беречь?»Все, задумавшись, молчалиПеред бабушкой тогда;Слов её не отгадали,Шёл лишь свист с веретена.Тут старушка им сказала:«Вот что нам всего нужней! —И на печку указала, —Жить бы нам нельзя без ней.В стужу печь нас согревает,Хлеб готовит для людей.Сердце старца утешает:Он покоится при ней,Вспомнит годы молодые;Тут же детушкам игра.Самый дым для нас, родные,Много делает добра.Примечайте, как затопитБаба печку на заре,Дым густым туманом ходитВ это время по избе.Тем он сырость извлекает,И, клубясь, уйдёт трубой.Печь здоровье охраняет,Даст и бодрость и покой».
Корец – ковш.
На уряд – то есть в должном порядке.
Ответ моим землякамПо селу меня ругаютОдноземцы за стихи,Пустомелей называют:«Вот пустился на грехи!Знал бы торг, весы и меры,Да о поле б не забыл,Чем выдумывать химеры!»Мне знакомец говорил:«Не в своё не суйся дело!»Были речи земляка:«И скажу, голубчик, смело:Стоит бить бы дурака!»Но позвольте, сваты-други,Вам причину объяснить:Вить пишу я на досуге.Так за что ж меня винить?Рассудите вы, родные,Лучше ль попусту гулять?Нам минуты дорогиеНе велел Господь терять!Утром в лавке я бываю,До обеда всё тружусь,В полдень счёты разбираю,В вечер поздно спать ложусь.Но урву какой часочекОт бессонницы своей,Взяв бумажки лоскуточек,За стихи я поскорей.И в моём воображеньеЖизни сельской красоты,Как в весёлом сновиденье,Представляются цветы.И с бумагой разделяюЯ мечту тогда моюИ, что в сердце ощущаю,Я в стихах передаю.Иногда пишу портретыЯ с родни, детей, друзей.Ставлю верно их приметыВ память радости своей.Я искусства не имею,Пред судьями вкуса нем.Хвалят? – веселюсь душою.Хулят? – не печалюсь тем.Веселюся за трудами,Как с палитрою сижу;С доброй жёнкой и с детямиЧас бесценный провожу.Чем знакомым я мешаю?Видит Бог, не знаю сам!Но на волю оставляюПересуды землякам.
По селу меня ругаютОдноземцы за стихи,Пустомелей называют:«Вот пустился на грехи!Знал бы торг, весы и меры,Да о поле б не забыл,Чем выдумывать химеры!»Мне знакомец говорил:«Не в своё не суйся дело!»Были речи земляка:«И скажу, голубчик, смело:Стоит бить бы дурака!»Но позвольте, сваты-други,Вам причину объяснить:Вить пишу я на досуге.Так за что ж меня винить?Рассудите вы, родные,Лучше ль попусту гулять?Нам минуты дорогиеНе велел Господь терять!Утром в лавке я бываю,До обеда всё тружусь,В полдень счёты разбираю,В вечер поздно спать ложусь.Но урву какой часочекОт бессонницы своей,Взяв бумажки лоскуточек,За стихи я поскорей.И в моём воображеньеЖизни сельской красоты,Как в весёлом сновиденье,Представляются цветы.И с бумагой разделяюЯ мечту тогда моюИ, что в сердце ощущаю,Я в стихах передаю.Иногда пишу портретыЯ с родни, детей, друзей.Ставлю верно их приметыВ память радости своей.Я искусства не имею,Пред судьями вкуса нем.Хвалят? – веселюсь душою.Хулят? – не печалюсь тем.Веселюся за трудами,Как с палитрою сижу;С доброй жёнкой и с детямиЧас бесценный провожу.Чем знакомым я мешаю?Видит Бог, не знаю сам!Но на волю оставляюПересуды землякам.
«Гори, гори, лучинушка…»Гори, гори, лучинушка,Гори посветлее,Прядись скорей, мой чистый лён,Прядись поскорее!Спеши, моё кленовое,Спеши, веретенце!Пора мне шить для милогоВ дары полотенце!Мне весть пришла, что жив мой другИ скоро приедет;Его душа моей душеНи в чём не изменит.И может быть, летит ко мнеОн соколом ясным.Я буду ждать по вечеруИ в утро днём красным.Лишь только я увижусь с ним,Скажу: друг со мною!Прими скорей подарок мой —И сердце с душою!
Гори, гори, лучинушка,Гори посветлее,Прядись скорей, мой чистый лён,Прядись поскорее!Спеши, моё кленовое,Спеши, веретенце!Пора мне шить для милогоВ дары полотенце!
Мне весть пришла, что жив мой другИ скоро приедет;Его душа моей душеНи в чём не изменит.И может быть, летит ко мнеОн соколом ясным.Я буду ждать по вечеруИ в утро днём красным.
Лишь только я увижусь с ним,Скажу: друг со мною!Прими скорей подарок мой —И сердце с душою!
Чувства души к БогуВеликий мой Творец, Владыко всемогущий!Един Ты, Боже, всем, в превыспренних живущий.Земля и небеса во власти суть Твоей.Исчислил Ты пески и капли рек, морей.Ты существо огня и тягость ветра знаешьИ молнией сквозь дождь свод неба озаряешь!Ты знаешь нужды всех – всех милуешь, хранишь,Мы гневаем Тебя, но Ты благотворишь!Я помню те лета, как был я сиротою,Оставлен был отцом и матерью родною;Мне жизнь была как ночь с густою темнотой,И тучу разных бед я видел пред собой,Которая меня разила повсечасно;Казалось мне, мой век окончится несчастно!Минуту каждую я бедствий ожидал,Но всё я на Тебя, Владыко, уповал!Всещедрый, удивил Ты милость надо мною,Хвалю Тебя, Творец, и сердцем и душою!Ты бурю разогнал и силу грозных туч;Уж радует меня блестящий солнца луч.До гроба моего мне, Боже, будь покровом,По смерти же – даруй с Тобой жить в свете новом!
Великий мой Творец, Владыко всемогущий!Един Ты, Боже, всем, в превыспренних живущий.Земля и небеса во власти суть Твоей.Исчислил Ты пески и капли рек, морей.Ты существо огня и тягость ветра знаешьИ молнией сквозь дождь свод неба озаряешь!Ты знаешь нужды всех – всех милуешь, хранишь,Мы гневаем Тебя, но Ты благотворишь!Я помню те лета, как был я сиротою,Оставлен был отцом и матерью родною;Мне жизнь была как ночь с густою темнотой,И тучу разных бед я видел пред собой,Которая меня разила повсечасно;Казалось мне, мой век окончится несчастно!Минуту каждую я бедствий ожидал,Но всё я на Тебя, Владыко, уповал!Всещедрый, удивил Ты милость надо мною,Хвалю Тебя, Творец, и сердцем и душою!Ты бурю разогнал и силу грозных туч;Уж радует меня блестящий солнца луч.До гроба моего мне, Боже, будь покровом,По смерти же – даруй с Тобой жить в свете новом!
Граф Дмитрий Хвостов На разлитие Кубры
Внимал твое я прежде слово,Внемли, Кубра, Поэта речь:Иль сердце кроткое готовоЗмеиную похитить желчь?Скажи, давно ль тебе угодноТеченье наглое свободно?Иль надоел спокойный рок?Свой бег излучистый, игривый —Увы! – на шумный и бурливыйНапрасно ты меняешь токРевнуя славе звучной в мире,Несешься дерзко к городам;Мечтаешь грозных вод в порфиреПодобна быть большим рекам;Простясь Природы с тишиною,Ты хочешь гнать волну волною,Как Волга, Каспия достичь;Срывая с берегов закрепы,Распространяя бег свирепый,Нести опустошенья бич.Я знаю, в лютости дерзалаПохитить мельницу села,Где тень волнам своим встречалаИ где, как роза, ты цвела.Потока кротостью хвалися,Предел свой оставлять страшися.Коль Владимирославля ты,Кубра, набегом не щадила,Я трепещу, что погубилаМою беседку и цветы.Ты что пред Волгою и ДономИли пред славною Невой?Скажи, ты с Бельтом, ЛадогономСливалась ли когда водой?Лишь тучных пажитей приятствоИ Феба луч – твое богатство;Ты расточаешь капли вод,Скопила кои середь летаОт сильных облаков наветаИ от дождливых непогод.Вещаю речке позабытой,Красе лугов, полей и рощ:Кубра, быть хочешь знаменитой?Свою познай ты прежде мощьИ малое в избытках средство;Поэта потопя наследство,Пусть уменьшишь его доходИли еще прибавишь долгу;Сама ты не догонишь ВолгуИ не увидишь Невских вод.Оставь воззванным среди мираС шумливым ревом течь рекам,Любуйся веяньем зефира,Лей радость мирным берегам.Нева по бездне вод скопленнойПлоды, сокровища Вселенной,В Россию целую несет;Подземного не внемля стона,Ни рева Бельта, ни Тифона,По гласу Божию течет.Тебя хотел всегда я славитьНа лире, даннице твоей;Но ах! осмелюсь ли представитьКубру с разгневанной струей?Внемли внушению Поэта,Не слушай черных бурь совета,Избавься лишния тоски;Средь роз, фиалок, фимиама,Как встарь, от Яхромы до ЯмаВ своих излучинах теки.Теки – и мирными водамиЛуга прибрежные питай,Их зелень с красными цветамиОтливом Феба сочетай.Ты будь (сама рекла) любезной,Благотворением полезной,Умей прекрасное ценить,Соседства счастьем наслаждаться,У ног Филлиды извиватьсяИ гор подошву кротко мыть. Порфира – парадное одеяние монарха. Здесь речь идёт о «претензиях» небольшой переславской речки Кубри на значительность в период осеннего разлива.
Владимирославль – село в Переславском уезде.
Бельт – один из скандинавских проливов, связывающий Балтийское и Северное моря. Ладогон – олицетворение Ладожского озера, восходящее к поэзии Гавриила Державина.
Пажить – луг, поле; пастбище с густой и сочной травой.
Феб – другое имя Аполлона, древнегреческого бога света.
Зефир – божество западного ветра в древнегреческой мифологии.
Тифон – чудовище, низвергнутое в недра земли, с которым древние греки связывали землетрясения.
Филлида – принятое в пасторальной поэзии имя влюблённой пастушки.
Внимал твое я прежде слово,Внемли, Кубра, Поэта речь:Иль сердце кроткое готовоЗмеиную похитить желчь?Скажи, давно ль тебе угодноТеченье наглое свободно?Иль надоел спокойный рок?Свой бег излучистый, игривый —Увы! – на шумный и бурливыйНапрасно ты меняешь ток
Ревнуя славе звучной в мире,Несешься дерзко к городам;Мечтаешь грозных вод в порфиреПодобна быть большим рекам;Простясь Природы с тишиною,Ты хочешь гнать волну волною,Как Волга, Каспия достичь;Срывая с берегов закрепы,Распространяя бег свирепый,Нести опустошенья бич.
Я знаю, в лютости дерзалаПохитить мельницу села,Где тень волнам своим встречалаИ где, как роза, ты цвела.
Потока кротостью хвалися,Предел свой оставлять страшися.Коль Владимирославля ты,Кубра, набегом не щадила,Я трепещу, что погубилаМою беседку и цветы.
Ты что пред Волгою и ДономИли пред славною Невой?Скажи, ты с Бельтом, ЛадогономСливалась ли когда водой?Лишь тучных пажитей приятствоИ Феба луч – твое богатство;Ты расточаешь капли вод,Скопила кои середь летаОт сильных облаков наветаИ от дождливых непогод.
Вещаю речке позабытой,Красе лугов, полей и рощ:Кубра, быть хочешь знаменитой?Свою познай ты прежде мощьИ малое в избытках средство;Поэта потопя наследство,Пусть уменьшишь его доходИли еще прибавишь долгу;Сама ты не догонишь ВолгуИ не увидишь Невских вод.
Оставь воззванным среди мираС шумливым ревом течь рекам,Любуйся веяньем зефира,Лей радость мирным берегам.Нева по бездне вод скопленнойПлоды, сокровища Вселенной,В Россию целую несет;Подземного не внемля стона,Ни рева Бельта, ни Тифона,По гласу Божию течет.
Тебя хотел всегда я славитьНа лире, даннице твоей;Но ах! осмелюсь ли представитьКубру с разгневанной струей?Внемли внушению Поэта,Не слушай черных бурь совета,Избавься лишния тоски;Средь роз, фиалок, фимиама,Как встарь, от Яхромы до ЯмаВ своих излучинах теки.
Теки – и мирными водамиЛуга прибрежные питай,Их зелень с красными цветамиОтливом Феба сочетай.Ты будь (сама рекла) любезной,Благотворением полезной,Умей прекрасное ценить,Соседства счастьем наслаждаться,У ног Филлиды извиватьсяИ гор подошву кротко мыть.
Порфира – парадное одеяние монарха. Здесь речь идёт о «претензиях» небольшой переславской речки Кубри на значительность в период осеннего разлива.
Владимирославль – село в Переславском уезде.
Бельт – один из скандинавских проливов, связывающий Балтийское и Северное моря. Ладогон – олицетворение Ладожского озера, восходящее к поэзии Гавриила Державина.
Пажить – луг, поле; пастбище с густой и сочной травой.
Феб – другое имя Аполлона, древнегреческого бога света.
Зефир – божество западного ветра в древнегреческой мифологии.
Тифон – чудовище, низвергнутое в недра земли, с которым древние греки связывали землетрясения.
Филлида – принятое в пасторальной поэзии имя влюблённой пастушки.
Страницаиз49
СкороКнижный режим
