ОглавлениеНазадВпередНастройки
Добавить цитату

Леночка была замечательной девочкой, красивой, умной, учителя души в ней не чаяли, наперебой пророчили светлое будущее. А теперь… Ирина с горечью посмотрела на сестру, за последние два дня, та постарела лет на десять, в глазах безумный блеск, казалось, она прямо сейчас с криками кинется в свежую. могилу вслед за дочерью. Лену любили все, девочка из хорошей обеспеченной семьи, дом полная чаша, частная школа, дорогие вещи, но, кроме этого, отличное воспитание, отец Лены, заработавший состояние своим трудом и умом, никогда не маравшийся о сомнительные заработки и авантюры, пытался привить дочери уважение к каждому человеку, к любой профессии, главное, чтобы честной. Лена совершенно искренне дружила со всеми, вне зависимости от того, к какому социальному статусу принадлежал ее товарищ, будь то дочь депутата городского совета, что жила на против или сын дворничихи тети Марины, с которым они с детства играли во дворе. Именно тетя Марина первая и нашла Лену, вернее ее тело, когда сдававший назад мусоровоз не заметив, раздавил ее. И теперь, от девочки Лены, красавицы и умницы, двенадцати лет от роду, осталась только фотография, с которой на собравшихся смотрели смеющиеся глаза очаровательной блондинки, с возрастом обещавшей стать похитительницей сердец, и закрытый гроб.

Ирина оглядела толпу, Вадим, отец Лены сжимал в объятиях жену, то ли пытаясь успокоить, то ли удерживая, несколько Лениных друзей, одноклассников, парочку из них Ирина видела дома у сестры, и много незнакомых людей, кто с мрачными, кто со скучающими лицами, это видимо знакомые и коллеги Вадима, которые пришли сюда не для того, чтобы попрощаться с ребенком, до которой им и дело то не было, а чтобы выказать уважение ее отцу. Особенно среди этой массовки выделялся старик с аккуратно постриженной бородой и прядями не мытых седых волос, он стоял, опираясь на трость, с выражением крайней сосредоточенности на лице, и беззвучно молился, шевеля одними губами. Что Ирину привлекло в этом человеке, она не знала, не знакомый человек с откровенно фальшивым трагизмом на лице. Присмотревшись, женщина поняла, что вокруг него пустота, иначе это никак нельзя было назвать. Люди интуитивно старались отойти от него подальше и вокруг старика образовалось пустое пространство примерно в метр. Ира начала присматриваться к нему и тут ее мозг начал выявлять странные детали, трава, на которой стоял старик, была жухлой, а в трости, на которую он опирался пульсировал в такт сердцебиению красный свет. И еще… как бы она не старалась сосредоточиться, она не могла запомнить внешность этого человека, только аккуратно постриженная борода и грязные, длинные, седые волосы, да и старик ли он? Мужчина внезапно прекратил молитву, встретился с Ириной взглядом и как-то мерзко ухмыльнулся ей, что-то очень страшное было в этой улыбке, животный ужас поразил сердце женщины, было чувство будто ее облили помоями, после чего изнасиловали, расчленили и снова изнасиловали. Что за жуткий человек?

Но тут внимание Ирины переключилось на другого, он шел порывистой стремительно походкой раздвигая собравшихся, и направлялся явно к старику, полный брюнет, средних лет с копной не послушных черных волос, он почти добрался до страшного старика, когда жуткий, перехватив направление Ирининого взгляда обернулся и…

Ну вот почему? Почему я не могу злиться на красоток? Конечно же я сразу ее заметил, наверное, даже прежде, чем я заметил колдуна, высокая, стройная, лет так чуть за тридцать, роскошная, даже на похоронах она выглядела, как на подиуме, черное платье туфли на шпильке, я засмотрелся и чуть было не пропустил окончания ритуала. Расталкивая толпу скорбящих, я быстрым шагом направился к колдуну, и перехватил на себе взгляд красотки, ну и что ты на меня уставилась? Дура! Чернокнижник, тоже смотрел на нее, что поделать, удел красивых женщин притягивать взгляды, и проследив куда она смотрит, он увидел меня, а ведь я почти успел, эффект неожиданности был упущен.

Я нанес ему резкий, без замаха, удар в голову, но старик успел подставить трость, резкая боль, пронзила мою кисть, похоже я сломал запястье, старик, изогнувшись схватил меня под колени, и попытался опрокинуть на землю, но, прежде чем он успел дернуть, я поднял его за пояс, и мы покатились по земле нанося друг другу удары. Длилось это не долго, нас начали разнимать, кто-то поднял меня, и больно ударил по лицу.

– Имейте совесть! Это же похороны! – Начал вещать мне крупный мужчина, который явно неловко чувствовал себя в деловом костюме, предпочитая ему спортивный. Времени выслушивать лекции про совесть у меня не было, колдун уже вскочил и схватив свою трость, удивительно резвым, для старика, бегом он отправился проч. Я вывернул здоровяку большой палец руки, которой он меня держал, тот вскрикнул и отпустил, после чего, я как крейсер на полном ходу бросился за стариком. Бег, это не моё. Вообще то и драки это не моё, я скорее специалист по пассивным видам спорта, вроде лежания в ванной на время или синхронного сна, принятый пол часа назад стимулятор конечно давал эффект, но его было не достаточно, страшный дед удалялся все дальше и дальше, и становилось уже понятно, что охота провалена, а что самое плохое, старик получил то, за чем приходил. Я постепенно остановился, перевел дух и оперся одной рукой на могильную оградку. С фотографии на памятнике на меня осуждающим взглядом смотрел пожилой мужчина в пиджаке.

Интересно почему на памятники никогда не помещают фотографии, где усопший улыбается? Приходишь на кладбище и создается впечатление, что смерть настигает, только хмурых, я нахмурился от этой мысли.

– Кар! – С ветки березы на меня смотрела крупная ворона

– Вот тебе и «Кар», – Пожал я плечами. – Ушел чернокнижник, матерый зараза, как это он вообще сумел меня перехватить то, не иначе стимуляторы просроченные, ух Маграбян, получишь ты у меня, торгаш паршивый, и почему после стольких подстав я все еще у него закупаюсь?

– Кар. – Насмешливо каркнула ворона.

Я вытащил из кармана кусок сырого мяса и бросил под дерево, на котором она сидела.

– На, подавись! – Ворона слетела с дерева и принялась клевать мясо, а я побрел прочь с кладбища, неудача грызла меня изнутри, а столб не видимого света над кладбищем уже начинал угасать, зло свершилось. Я проиграл эту схватку. Ну что ж посмотрим, что будет в следующий раз.

Вадим увез бившуюся в истерике жену, и народ разъехался по своим делам, Ирина одна стояла над свежей могилой и думала, что это вообще было, кто были эти люди, к чему эта драка на похоронах маленькой девочки?

Вопросы, вопросы, вопросы и ни одного ответа. События оставили дикое впечатление, не приятное, более не приятным был только взгляд того старика, или все же не старика? Кто это был?

– Кар, – На Ирину с дерева внимательно смотрела ворона. – Кар! – Дурной ли это знак? – Кар! – Ворона слетела с дерева и вальяжной походкой, целенаправленно двинулась к какому-то яркому предмету. Ирина подобрала с земли ком глины и бросила в птицу.

– Кар. – Возмутилась та и взлетела на дерево, лапы ее сжали ветку, и та хрустнула так, будто ворона раздавила ее своими когтями, ворона испугалась и постаралась как можно быстрее улететь. Ирина подошла к предмету, который вызвал такой интерес птицы, крупный бордовый, цвета запекшейся крови камень лежал на земле, откуда он тут? Может выпал из украшения у кого-то из тех, кто был на похоронах. Ирина засунула камень в кармашек, может кто-то будет искать, и тут ей в голову пришла идея, возможно, кто-то из этих драчунов в схватке, что-то обронил? Ирина чуть не бегом двинулась к месту драки и вот оно, бумажник, что могло быть лучше?

Девушка открыла бумажник, да, не густо, несколько мелких купюр, скидочная карта в супермаркет и … бинго, визитные карточки, вернее даже не визитные карточки, а рекламные карточки магазина, а кто будет таскать несколько рекламных карточек, если он сам в нем не работает. «Лавка фальшивых чудес Джона Бо торговля антиквариатом и древностями», вслух прочитала девушка, что за бред, кому надо покупать фальшивые чудеса? Кому надо продавать фальшивые чудеса? Нет, городок у нас, конечно, курортный, и туристы готовы скупить все что угодно, но откровенно заявлять, что торгуешь фальшивкой? Наверное, это какой-то магазин для фокусников, или еще что-то в этом роде? Скорее всего бумажник принадлежал тому жуткому старику, очень уж его образ вписывался в старый мрачный магазин с псевдо-магическими штучками, Ирина внезапно вспомнила старика, внешность его она описать не могла, а вот трость… Змея? Да, кажется, змея, трость была стилизована под тело гада, а рукоятка под голову с открытой пастью с торчащими ядовитыми зубами… интересно, почему эта трость ей так запомнилась, хотя внешность старика совершенно выпала из памяти. Ну что же, возможно стоит посетить этот самый магазин фальшивых чудес и расспросить о случившемся, вот только Виталий из больницы вернется, а то ему похоже сегодня сломали палец, а одна, она с этим жутким дедом встречаться не хотела.

Ирина отправилась к выходу с кладбища, попутно вызывая такси, Виталия она отправила на своей машине в больницу, сразу после драки, а сама оставалась, чтобы обдумать случившееся и попрощаться с племянницей.

Адрес, указанный в визитной карточке, находился на окраине, старые дома, построенные при Союзе, дворы, заросшие могучими деревьями, посаженными еще теми людьми, которые въезжали сюда первыми. Нет больше тех людей, обветшали их дома, а деревья во дворе лишь набрали силу, давая густую тень старушкам, отдыхавшим на лавочках.

Ирина направилась именно к старушкам

– Здравствуйте. Не подскажете, где тут магазин фальшивых чудес?

Бдительные бабульки смерили ее оценивающим взглядом, оглядели Виталия, рука которого болталась на перевязи, уж как-то сильно хитро ему сломали палец, что его пришлось обратно собирать под наркозом, доктор все удивлялся силище человека, который это смог сделать.

– А тебе зачем тот магазин? Лучше в церковь бы сходила. Чудеса настоящие только от Господа, а остальное оно от дьявола. Вот и этот вот, иностранец, сатанист. Как есть сатанист. И кот у него этот черный. Мне всю клумбу испортил, да как испортил, уничтожил. Случайно так не сделаешь, фашист, одним словом. А однажды я видела, как он на дереве сидел и в окно к Маринке подсматривал, а Маринка то та, как есть проститутка, – Тем временем, дверь в подъезд открылась и оттуда выпорхнула молоденькая худенькая девушка лет восемнадцати, красивенькая до безумия, с пышущей жизнью тоненькой фигуркой, одетая в озорное летнее платьице, озарив лучезарной улыбкой старушек, она поздоровалась, те в ответ тоже очень мило улыбнулись и поздоровались.

– Здравствуй Мариночка, ай красавица какая выросла, ай умница. – Старушка кивнула на девушку – Мариночка у нас на врача учится, закончит, будет лечить нас. Ты Мариночка, хорошо учись. Какая красавица. – Марина упорхнула по своим делам. – Двоечница проклятая, поступила то только потому, что папа главврач городской больницы.

– Да нет, она ректору дала, поэтому и поступила, – Вмешалась вторая старуха. – Да да. Прям в зад дала

– Да ты что? То то я думаю у нее походка такая, говорю же, шлюха.

Ирине надоело выслушивать эти мерзости.

– Так вы знаете где магазин то? – Прервала она обсуждение Марининой личной жизни. Старухи смерили ее презрительным взглядом.

– Конечно. Вход как в продуктовый, со стороны улицы. Только ты в продуктовом не покупай ничего, там продукты все просроченные и сметану разбавляют.

Ирина с Виталием отправились прочь от старух и как только они отвернулись, женщина явственно услышала, как они обе, хором причмокнули. После общения с ними, девушка чувствовала себя вымотанной, будто целый день много и тяжело работала.

Со стороны улицы на фасаде здания красовалась выцветшая вывеска, «Продукты». Ирина с водителем вошли через тамбур в длинное, но узкое помещение, вышедшее прямиком из девяностых годов, тут одновременно было все, в конце зала стояли столы на длинной ноге, за которыми еще при СССР алкоголики пили «ёрш», на полках лежали самые необходимые продукты, а возле кассы стояли емкости с соком и граненые стаканы. За кассой стояла крупная женщина средних лет в белоснежном переднике и чепце, при виде посетителей она всплеснула руками.

– Ох вы ж деточки, бедненькие мои, как же это они вас так, ну ка, ну ка, вот возьмите-ка выпейте. – Она налила два стакана темного бордового сока и протянула их Ирине и Виталию, только сейчас Ира взглянула на своего водителя и охнула от ужаса, лицо бледное, глаза ввалились.

– Виталь, что ж ты не сказал, что тебе после больницы так плохо то, от наркоза что ли так тяжело отходишь?

– Да, Ирин Сергеевна. Я.. – начал оправдываться здоровяк.

– Не препирайтесь. – Вмешалась продавщица. – Пейте говорю. – Она вручила им по стакану, Ира сделала глоток и не заметила, как сок закончился, такого замечательного, вкуснейшего гранатового сока ей еще пить не приходилось.

– Вам бы сейчас еще по гематогенке настоящей, да где ж ее теперь, настоящую, возьмёшь, весь гематоген на вареной сгущенке делают. Совсем не тот гематоген. Вы никак с нашими старушками-упырицами пообщались? Ох и гадостные особы, раньше то как все советские люди на заводе трудились, строили светлое будущее, а как состарились, завод закрылся, на пенсию вышли, время свободное появилось, так и начали мракобесничать. Местные то с ними почти не разговаривают, поздороваются, да дальше бегут, вот они на вас то приезжих с голодухи и накинулись.

– Это, вы про старушек у подъезда? – Удивилась Ирина.

– Про них родимых, про кого ж еще. Энергетические вампиры, я директору давно говорю, разберитесь мол, господин Бо, а он все смеется, реликтовый вид, бабка под подъездная, вымрут и кто нам наркомана от проститутки отличит, опять же обе ветераны труда, воевали, а он это уважает, жалеет их, мол всю жизнь стране отдали, пусть, хоть немного поживут за счет граждан.

– В смысле, энергетические вампиры? – Ирина не понимала, что происходит. Продавщица молча вытащила зеркальце и передала девушке. Ирина глянула на себя и ахнула.

– Да уж. Краше в гроб кладут. – Кожа ее была бледнее снега, а скулы резко выступили на красивом лице.

– Вот, то то и оно. Старушки наши, хохотушки, натуральные упырицы, только пьют не кровь, а энергию.

– Вот же… А они мне еще про церковь что-то рассказывали.

– А одно другому не мешает, при церквях таких масса. Ты попробуй с не покрытой головой в храм зайти, на тебя тут же слетятся и травить начнут. Бог не против зла, он каждому человеку выбор дает и тут уж сам волен, какому пути следовать, либо добрым человеком быть, собой ради людей жертвовать, либо через людей переступать, ради своего блага. Ну да то разговор длинный, скучный. Вот у меня к вечеру алкоголики сюда приходят, так вы вопросы философии, да религии лучше с ними обсудите, образованнейшие люди, во всех вопросах, главное наливай. А мне работать надо, да и вы смотрю розоветь начали. Чего вы вообще с бабушками то заговорили? Квартиру, что ли, в нашем доме покупать собрались? Тридцать шестую? Не берите, там раньше бабка самогонщица жила, так ее клиенты, вам покоя не дадут. Ломиться будут, станут выпить требовать. Плохая квартира, пусть стоит дальше пустая, плохих людей ждет, а вы лучше, в другом районе посмотрите. Не спокойно у нас, не спокойно.

– Да нет, – Смутилась Ирина. – Я… вот! – И она достала визитную карточку.

– Аааа, – Продавщица заулыбалась. – Это, вы к нам. Это вы правильно. Значит так, сейчас, выходите на улицу, а потом заходите снова. Если магазина не будет, повторите, и так, до тех пор, пока он не появится.

– Вы меня разыгрываете да? – Ирина не доверчиво смотрела на продавщицу.

– Что? Нет. – Рассмеялась женщина. – У него там фотоэлемент стоит. Проход в магазин открывается каждый десятый раз, когда кто-либо входит в тамбур, а когда он хандрит то и каждый двадцатый, наш дорогой директор не очень любит покупателей. С вас двести рублей.

Ирина удивленно подняла бровь.

– За сок. – Пояснила продавщица. – Два стакана натурального гранатового сока. Лучший сок за лучшую цену. – Сок и действительно был восхитителен, Ирина не отказала себе в том, чтобы заказать еще два стакана, себе и Виталию, тот с благодарностью принял его и в два глотка опустошил.

– А томатный такой же хороший? – Поинтересовался охранник.

– Нет. Томатный, обычный, помои из коробки. Где ж я хорошего томатного сока возьму? Это гранатовый нам Маграбян привозит, у него в Армении, у родственников сады, поэтому хорошие у нас только гранатовый сок и коньяк. Но их все равно не покупают, наш то контингент предпочитает водку и сок подешевле, когда деньги есть, а когда нет то и просто водку.

Колокольчик на двери звякнул и в магазин вбежала давешняя Марина.

– Мама привет. Джон у себя? – Она смерила взглядом Ирину и Виталия. – Ой, здравствуйте.

– У себя, у себя. Не в духе он сегодня, и побитый какой-то вчера пришел, подрался что ли. Ты вон ребят к нему проводи, тоже его ищут. – Девушка скрылась за дверью, но через минуту появилась снова.

– Пойдемте, пока дверь снова не закрылась. – Ирина вышла в тамбур и там, на месте, где раньше была стена красовалась аккуратная дверь с вывеской "Лавка фальшивых чудес Джона Бо"

– Это как? – Нахмурился Виталий, загадки были не для него, зато он отлично водил машину и владел оружием.

– Вот – Марина указала на отверстие в стене. Тут датчик с фотоэлементом, когда посетитель начинает заходить на крыльцо, элемент срабатывает и либо оставляет фальшивую стену на месте, либо убирает ее, открывая вход в магазин.

– А смысл?

– Смысл, в загадочности. Магазин, то есть, то его нет. Драматизма придает. Очень уж мистер Бо любит всю эту буффонаду, а клиентов не очень любит.

Тем временем они вошли в магазин. Высокие застекленные стеллажи, полки, витрины подставки, все это было завалено каким-то невообразимым хламом и напоминало не то, чтобы антикварную лавку, а логово психа собирателя.

– Нож оборотня. – Прочитал Виталий на этикетке, которая висела рядом со старым, ржавым кухонным ножом. – Это еще что за чертовщина?

– Отличный выбор, молодой человек, я бы сказал превосходный. – Из глубины магазина показался давешний черноволосый толстяк, который, собственно, и сломал Виталию палец, в руках он держал несколько чучел странных зверей, среди которых Ирина разглядела зайца с рыбьим хвостом и белку с рогами. – Уникальный образец. Оригинал. Поздние шестидесятые, Тверская область. Тут же дело какое, оборотню, чтобы превратиться в волка нужно воткнуть, особым образом заговорённый нож в пень, и перекувырнуться через него, чтобы обернуться человеком, зверь, должен перекувырнуться через нож обратно, если кто то, тот нож заберет, то зверь навсегда останется зверем и не видать ему больше облика людского. Мариночка, здравствуй, вот понюхай зверушку, не воняет? – Брюнет сунул девушке в лицо рогатую белку.

– Нет, нормально. – Пожала плечами Марина.

– Так вот. Этот нож я приобрел у тамошнего лесника, он то и рассказал мне историю, про то, как его отец в 60х работал в лесничестве, и в один год, здоровенный волк, летом повадился колхозный скот резать. Понимаете? Летом! Волки сами по себе людей недолюбливают, а тут без надобности вредить начал. Капканы на него ставили, не помогало, травить пытались, караулили из засады, а тот только пакостит все больше и больше. Не изволите ли чучело понюхать. – Мужчина сунул Виталию в лицо сомнительную рыбу с енотовым хвостом, Охранник дернулся, но понюхав, пожал плечами. – Так вот. Отчаялся уже лесник волка того добыть, но мать ему говорит, мол, сынок, а что если не волк то, а человек в волчьем обличии. Тот засомневался, что за чушь, да как может советский человек в такое верить, а та ему, можешь не верить, просто представь, что возможно это, ищи кому выгодно. Сел лесник, покумекал, кому выгодно, чтобы скотина в колхозе перевелась и решил, скотник с соседнего колхоза очень уж охоч до премий, а тут соц. соревнование, если выиграет, то ему и премия, и путевка в санаторий и грамота. Пошел он ночью к его избе и стал караулить. Чуть стемнело, скотник на улицу вышел. И огородами к лесу. Вышел на полянку, достал из-за пазухи здоровенный нож и воткнув его в пень, перекувырнулся через него. И что бы вы думали, обернулся страшным волчищем, воздух понюхал и кинулся в чащу. Лесник то ножик тот себе и забрал, а возле пня организовал засаду. Утром волк появился снова, тут то он его и застрелил. Матерый волчище два метра в длину. А скотника того больше никто не видел.

– Байка. – Ухмыльнулся Виталий. – Обычный кухонный нож. У моей мамы такой же был, с синей ручкой, я только поэтому на него внимание и обратил.

– Эх! – Пожал плечами продавец. – Неверующие вы, а зря. Вот понюхайте этого, – Мужчина сунул Ирине в лицо рыбохвостого зайца и в ноздри девушке ударил сладкий запах тухлого мяса.

– Фууу! Мерзость. – Ирину передернуло, и она скривилась.

– Ага! – Обрадовался продавец. – Значит, точно, этот воняет. А я-то все понять не могу, который? Неделю назад таксидермист притащил партию чучел и видимо плохо обработал шкурку, вот оно и завоняло, ох я его покараю! – Он внезапно переключил внимание на Виталия и вручил ему тухлого зайца. – Вот. Примите от всего сердца в качестве скромно извинения за вывихнутый палец.

– За вывихнутый? – Побагровел охранник от гнева, но в бой рваться не стал, – Да ты мне его раздробил, я не знаю, как ты это сделал, но мне его из осколков собирали.

– А… это, все потому, что не надо честных людей хватать и по лицу бить, считайте, что вам повезло, а зайчика то возьмите, возьмите, пригодится, а если не пригодится выбросите.

– Да, кстати, про это – Вмешалась Ирина – Не хотите ли объясниться? Что это вы устроили на похоронах моей племянницы?

– На похоронах? – Смутился мужчина. – Ах да, вчерашний случай на кладбище, я совсем уже даже про него забыл. Имею знаете ли привычку выкидывать из головы дела, на которые не могу уже повлиять. А вчерашнее то дело, я увы, провалил, кстати во многом из-за вас, а еще из-за просроченных стимуляторов.

– Постойте, – Вмешалась Марина – Я именно по этому поводу, вы новости не смотрели? Вчера ворона с цыганской свадьбы невесту украла, вы ничего про это не знаете?

– Хм… – Задумался странный торговец. – Цыгане на своих невест золото навешивают, блестяшки всякие, а вороны на это падки, но у какой вороны сил хватит целую невесту утащить, да еще в наряде, да в висюльках. Там не говорили, может невеста карлица была?

– Нет. Фотографию показывали вроде обычная, молодая правда слишком, ей бы еще в куклы играть.

– Хмммм… хмммм… Загадка, а я ведь вчера остатки стимулятора скормил кладбищенской вороне. Думал, поддержу ка птичку, в голодный период ее жизни, в честь славного Эдгара нашего По.

– У Эдгара По, ворон был, а не ворона, разные птицы. – Поправила Марина.

– Да? Серьезно? Не знал не знал. Я-то думал ворон самец, ворона самка, воробей, птенец, голубь теща, а тут смотри-ка! Зоология!

– Не увиливай. – Нахмурилась Марина. – Значит, ты вчера скормил стимулятор кладбищенской вороне, и несколько часов над городом летала птица с грузоподъёмностью кукурузника? Зачем?

– Ну, я думал, что стимулятор просрочен.

– Просрочен? Да как он вообще может быть просрочен, мясо свежее, да хоть бы и тухлое, это не так работает, стимулятор не может быть просрочен.

– Ну… потому что он не сработал. Колдун перехватил мой удар, а потом еще и боролся со мной, но главное, он убежал.

– Хватит! – Начала злиться Ирина. – Кто Вы такой, что это за место, что тут происходит?

– Успокойтесь девушка. Позвольте представиться. Меня зовут Джон Бо. Это мой магазинчик, лавка фальшивых чудес. А это Марина, она у меня практику проходит, подрабатывает на пол ставки голосом разума и пыль с полок вытирает. Что происходит? Ну мы обсуждаем рабочие моменты, на данный момент, они таковы, что по моей вине, карманный птеродактиль, украл чрезвычайно блестящую, цыганскую невесту. Это, как если бы дракон украл принцессу, только в уменьшенном масштабе, и где трагедия сведена к фарсу, кстати, ситуация лично меня, даже больше забавляет, чем тревожит.

– Прекратите ерничать, вы поняли, о чем я. Я о похоронах, что там произошло, что вы там делали? Какого черта происходит вообще.

– Уууу, это долгая история. – Джон задумался.

Ирина гневно сверкнула глазами.

– Можно укороченную версию!

– Ну, если укороченную, то я охотился за колдуном, и он убежал. Выжимка событий вас устроила?

– Что? – Ирина замотала головой. – Нет. Что за бред?

–Ну тогда, нам понадобится время и чай. Чай с меня с вас время. Марин, поставь самовар и сходи возьми у мамы сушек. Только печенье не бери у него еще год назад срок годности вышел, я его специально для Марии Ивановны держу, чтобы оправдать, так сказать, сплетни, которые она про нас распространяет.

Через десять минут, все четверо сидели за роскошным круглым столом, расположенным прямо перед огромной витриной магазина.

– Итак. – Начал свой рассказ владелец лавки. – Зовут меня Джон Бо. Ну в смысле конечно же зовут меня иначе, а Джон Бо, это из мультика, творческий псевдоним. В начале двухтысячных мульт такой был про зайца пришельца, «Магазинчик Бо» назывался, вот и я когда открыл эту лавочку, подумал, что будет мило, оставить такую никому непонятную отсылку, к тому же, когда я представляюсь Джоном Бо, это звучит как Джеймс Бонд, и мои шансы на успех у женщин возрастают. – Ирина с Мариной переглянулись, и Марина, показательно закатив глаза, отрицательно замотала головой. – Ну, да мы отвлеклись в общем, меня зовут Джон Бо и я охотник за магией.

– Наркоман что ли? – Не выдержал Виталий.

– Нет не наркоман, наркотики скучно. Понимаете, за тысячи лет человечество создало миллионы легенд и сказаний, где мифические существа борются с героями и наоборот. А что, если у этих историй есть реальная подоплека? Что если магия существует, есть страшные артефакты, колдуны разные, пусть не в этом мире, а в параллельных, из которых эти артефакты притаскивают сюда? Вот представьте, что существует бесконечное множество параллельных миров, какие-то идут по пути технического прогресса, какие-то магического, и эти миры, объединены дверьми, через которые ловкие авантюристы протаскивают контрабандой разные интересные предметы. Обладатели таких вот артефактов называются колдунами, механическими.

– Механические, это типа терминатора? – Усмехнулся Виталий.

– Нет, что ты, терминатор, он вымышленный, – Улыбнулся в ответ продавец чудес. – Механический, это значит, что он использует артефакты, вот, к примеру, нашел человек ножик, с помощью которого может в волка превращаться и вот тебе, пожалуйста колдун механический, а которые пользуются стихиями, ну там кто умеет огнем плеваться, у кого-то, урожаи на земле обильный растёт, кто то, дождь может вызвать, ну как дождь, так, дождичек, так это стихийные. Только в этом мире они крайне слабые, потому что ваш мир, мир технического прогресса, магия тут атрофирована. Поэтому, они никчемные, никаких тебе фаерболов, водных стен, каменных ливней. Знавал я одного стихийника, так он воду морозить умел, рыбой на рынке торговал, очень ему в этом деле тот навык помогал.

– Если они такие слабые, то в чем смысл? – Удивленно приподняла бровь Ирина.

– Вот, угощайтесь, – Бо насыпал сушки в вазочку и поставила рядом со старым пузатым самоваром. – Марина сейчас чашки принесет. – Девушка убежала, а Джон, развалившись на пыльном, но красивом резном стуле, продолжил рассказ.

– Смысл стихийной магии и правда не велик, ну в цирке кто-то выступает, кто-то дождик устраивает, как только соседка белье во дворе вывешивает, причем часто не осознано, поэтому и вреда от них мало, но и пользы никакой. – Марина принесла дорогие фарфоровые чашки и налила в них ароматный чай, Бо чашкой пренебрег, нацедил себе чай в не слишком чистую, но огромную кружку. – Сложность представляют, как раз механики, ну и последствия их деятельности. Вот как наш вчерашний, к примеру, кто он не знаю, зато у него есть вещичка такая затейная, которая порабощает души умерших, затем воплощает их в физическую форму и чем больше эта физическая форма испытывает страданий, тем больше колдун, владелец артефакта получает силы. Вот наш затейник и пришел на похороны интересующей его особы, чтоб забрать ее себе.

– Стойте стойте. – Ирина замотала головой. – Вы хотите сказать, что тот старик, захватил душу моей племянницы? Вы нормальный?

– Я то? – Нахмурился торговец, на колени ему запрыгнул здоровенный черный кот, торговец заглянул ему в глаза. – Господин Бертольд, я нормальный? – Кот посмотрел на него в ответ, прищурил один глаз и совершенно четко, но почему-то с акцентом произнес.

– Вполне!

– Прекратите немедленно! – Закричала Ирина. – Чревовещанием, он мне тут заниматься будет, маги, колдуны, артефакты, прекратите нести весь этот бред!

Щелк, раздался звук со стороны уличной витрины, щелк, щелк, щелк.

– Ложись! – Заорал торговец.

Что-то билось в стекло и на нем появлялись непонятные кляксы Виталий подмял Ирину под себя.

– МП 40? – С удивлением он уставился на торговца фальшивыми чудесами.

– Именно. – Радостно закивал тот. – Антиквариат, времен войны, в наше время не много их осталось в рабочем то состоянии, видимо кто-то заначку черного археолога распотрошил. – Тем временем за дверью раздались быстрое шаги и отборный мат нежным девчоночьим голосом. – Ха, не сработала дверка то, в магазин она попала.

– Кто? – Не поняла Ирина

– Нападающая! Нас, если Вы не заметили атакуют, двое. Один из нападающих стреляет по витрине, но она у меня пуленепробиваемая, не спрашивайте почему, все Маграбян, хотя в этот раз к лучшему, наверное… А вторая, судя по голосу молодая девушка, хотела войти через парадный вход, но не тут-то было. Ладно, пора бежать. Марина, ты веди, я замыкающим. – Торговец метнулся к полке и снял с нее старомодный мушкет с воронкообразным стволом, Ирина видела такой в далеком детстве в мультфильме про барона Мюнхгаузена.

– Что стоим? Бегом! – Заорал Джон, Марина метнулась в подсобку и схватив за ручку здоровенный сундук, попыталась его сдвинуть, у хрупкой девчушки это получалось плохо, и Виталий, отодвинув ее в сторону, схватил за сундук сам и рывком отшвырнул его в сторону, словно и не весил он ничего, под ним виднелся лаз.

– Ого! Здоров! – С восторгом выдохнул Бо. – Эту силищу бы да в народном хозяйстве применить, цены б тебе не было. – Тем временем входная дверь распахнулась и в проеме показалась девчонка лет двенадцати в телогрейке и галифе, в руке она сжимала большой черный пистолет. – Бегом! – Виталий схватил Ирину за талию и закинул в лаз вслед за Мариной, а за спиной грянул выстрел, и помещение заволокло дымом.

Ирина услышала за спиной визг и хаотичную стрельбу из пистолета.

– Ай Бертольдушка, ай молодец какой, вцепился ей прям в лицо! – Хохотнул Бо

– Что-то на него это не похоже, – Усомнилась Марина. – Трус паршивый! И извращенец.

– Что значит извращенец? Что значит извращенец? – Возмутился торговец – Пока ты не узнала, что он мужик в теле кота, тебя все устраивало, и как он на коленках у тебя сидит и как в душ с тобой ходит, все нормально было, а тут гляди-ка, извращенец. А что трус, так у него выбора не было, это я его, в девицу то швырнул, что я с этим карамультуком против ТТ, вот и пришлось верного товарища в качестве метательного оружия использовать, и как попал то! Как попал! Красиво!

Они бежали по узкому подвальному помещению, а позади, избавившись от кота за ними наконец то спустилась их преследовательница.

– Ходу ребята, ходу, мушкет однозарядный, чтобы перезарядить мне минуты три понадобится.

Группа добралась до металлической двери, и вырвалась наконец то из подвала, в душный воняющий котами подъезд, что характерно в подвале котами не воняло, а тут аж глаза резало

– Джон, поговори с Бертольдом, чтобы прекратил Марии Ивановне на двери ссать, в подъезде ж не только она живет.

– Позже! Сейчас бежим – Выскочив из подъезда, они промчались мимо старушек на скамейке, которые возмущенно зашушукались, а следом выскочила их преследовательница, и вот тут-то произошло странное.

Одна из старушек на лавочке на мгновение замолчала, а зачем неестественным хриплым голосом выдохнула

– Светка… Как же так… тебя же… в сорок втором… – Старуха схватилась за грудь и сползла на землю, белокурая девица встала как вкопанная

– Маша? Маша… Маша, Маша что с тобой, – Она, казалось, забыла о нас и кинулась к старухе, подняв с земли тело, она прижала ее к груди и зарыдала. – Маша не умирай, только не из-за меня, не смей, не надо, не сейчас, прости меня…

В воздухе бахнуло, и девица разлетелась черными хлопьями, как будто и не было ее, а торговец фальшивыми чудесами, стоя в облаке порохового дыма перезаряжал мушкет.

– Марина! Скорую вызывай, и бегом за папой, если он дома. У Ивановны сердце прихватило. И аккуратнее, у нас еще второй гость с автоматом, где-то рядом.

Виталий тем временем подобрал с асфальта валяющийся ТТ, выпавший у исчезнувшей девушки, шок шоком, но инстинкт не пропьешь, а инстинкт, что в любой непонятной ситуации лучше иметь при себе оружие, это основной инстинкт.

И как раз вовремя, он это сделал, из-за угла показалась вторая девица, точная копия первой, только одета в юбку и с автоматом в руках, Ирина зажмурилась, и приготовилась к смерти, но в воздухе что то опять бахнуло, и двор опять затянуло пороховым дымом, после чего торговец ловко кувыркаясь покатился по газону под прикрытие деревьев, девушка с автоматом отвлеклась на него, пытаясь выцелить кувыркающегося парня, и это было ее ошибкой, Виталий выстрелил трижды, хотя уже после первого выстрела, девица с автоматом, начала рассыпаться такими же черными хлопьями, что и первая.

– Что это была за…? – У Виталия отвисла челюсть.

Торговец подбежал к месту, где исчезла вторая девушка, подобрал автомат, затем к Виталию, и вырвал у него из рук пистолет.

– Ничего необычного, обычные воплощенные. Никогда не видел, что ли? – Телохранитель отрицательно помотал головой – Вот, и я тоже, в живую ни разу, если их конечно можно назвать живыми. Что встал, поднимай хозяйку и вон, идите на лавке подождите, сейчас менты приедут, показания будут брать, а я пока стволы спрячу, зачем нам не нужные вопросы. – Виталий отвел Ирину к лавке, возле которой над старушкой колдовал очень серьезного вида мужчина, приветственно кивнувший торговцу, когда тот проходил мимо. Марина тем временем вызывала скорую. Вскоре, из подъезда, снова показался Бо, с верным мушкетом в руках, но уже без автомата.

– Значится так, говорим, что это было бандитское нападение, двое парней рост метр семьдесят, брюнеты, предположительно кавказцы, оба лысые.

– Лысые брюнеты? – Удивилась Ирина.

– Ну не совсем лысые, коротко-стриженные, и рыжие бороды, всклокоченные такие, как у Бармалея. Напали на нас, кричали, что-то по-афгански, вы, ребята, афганским владеете? Ну, сможете отличить афганский от, например, пушту или там суахили? Нет? Ну тогда молчите больше, предоставьте мне общение с представителями власти, а сами говорите, что зашли купить воды, попить, а перед вами внезапно открылся чудесный магазин, которого тут никогда не было и вот он снова появился, дальше кто-то напал, кто не видели, помните только, что на вас орали, и вы бежали.

Во двор въехала скорая, а за ней полицейский внедорожник.

Пока врачи грузили в машину Марию Ивановну, полицейские осматривали место преступления, их главный, полный лысеющий мужчина, средних лет в расстегнутом кителе, обмахиваясь черной книжечкой блокнотом, лениво вел допрос антиквара.

– Господин Джон Бо… Хотел спросить, Вы же, кажется, русский? Почему имя такое?

– Ооооо! Это интереснейшая история! Это аббревиатура. Раньше модно было так, например, Вил, это Владимир Ильич Ленин. А Даздраперма, «Да здравствует Первое Мая». Так вот Джон – это тоже аббревиатура.

– Аббревиатура чего? – С сомнением уставился на него полицейский

– А черт его знает, этого мама не удосужилась мне объяснить, ну а фамилия такая, потому что у паспортиста в паспортном столе ручка кончилась и вот из Бочарова я стал Бо. – Продавец улыбнулся полицейскому самой доверительной своей улыбкой, но тот лишь сплюнул, и что-то записал в книжечку.

– Значит, говорите, что Вы просто продавец? В лавке фальшивых чудес? Серьезно? Лавка фальшивых чудес? И как бизнес?

– Очень перспективно. Я открыл магазин всего два года назад и вот уже совсем скоро планирую начать зарабатывать. – Джон улыбался совершенно искренне, и это было бы мило, если б он был маленькой девочкой, а не стареющим, толстеющим мужиком в затертом пиджаке.

– То есть, дохода Ваш бизнес не приносит, конфликтов видимо тоже нет?

– Как это нет? Как это нет? Давеча, я с дедом одним в автобусе сцепился, я ему случайно на ногу наступил, а он, меня авоськой по спине, а у него там три кило картофеля!

– То есть, Вы предполагаете, что старик из автобуса нанял отморозков с автоматом, чтобы отомстить за отдавленную ногу? Не слишком ли?

– Ну да – Задумался Джон – Сомнительно как-то. Ведь если бы не стекло, он мог бы товар попортить своими пулями, а это перебор.

– Если бы не стекло, нападавший, мог бы Вас попортить и клиентов, что приводит нас к двум вопросам, первый, откуда у Вас вообще клиенты?

– Ай! – Небрежно махнул рукой Бо – Случайно зашли, у меня есть такой рекламный ход, заходят люди в фойе и иногда, там появляется вход в мой магазин, типа чудо. Ну вот, они и зашли, почему бы не зайти то? Интересно же, жаль ничего не купили, ну то есть не успели, они уже точно начали присматриваться к чудесным идолам острова Морковного, что на Иртыше. Чудесные идолы скажу я Вам. Дорогущие правда. Вам случайно никому в подарок не нужно?

– Нет, спасибо, я без идолов спокойно жил. Ну и второй вопрос. Зачем Вам пуленепробиваемое стекло?

Продавец потупил взгляд, и внезапно стал выглядеть крайне смущенным.

– Тут такое дело, месяц назад, мне местные алкоголики разбили витрину, и я обратился к одному своему знакомому, тот приехал посмотрел, огласил мне цену, цена, кстати, вполне себе нормальная, а потом и говорит, а давай поставим тебе не просто стекло, а стекло пакет, он всего то процентов на десять дороже, ну я подумал, почему бы нет. А он продолжает, простой стекло пакет, это прошлый век, давай стекло в нем энергосберегающее, оно чуть дороже, зато на отоплении сэкономишь, и не так жарко будет летом….

– И таким образом, слово за слово, Вы поставили бронированное стекло, стоимость которого приближается к стоимости подержанного авто? – Ухмыльнулся полицейский.

– Ну да… – Продавец выглядел крайне смущенным.

– Да ладно, не переживай. – Полицейский продемонстрировал запястье с дорогими часами – Это, я заехал коньяку купить, армянского, а он и говорит, подожди пять минут…. Долбаный Маграбян. – Криво усмехнулся он.

– Долбаный Маграбян. – Согласился Джон.

– Мушкет у тебя откуда? Что это вообще за смесь пионерского горна со шпингалетом?

– Оооо это чудесное ружье барона Унгерна, с ним он захватил пол Китая и всю Монголию. –Вдохновенно принялся вещать продавец.

– Да да да, а потом он проснулся, понял, что все это был сон, и выкинул его на помойку. Так? Давайте посерьезнее, все равно я у Вас не куплю ничего, зарплата не позволяет – Потом он немного задумался. – И природный интеллект.

– Да пацаны мне эту халабуду притащили, если его зарядить дымным порохом и бахнуть, то дымовая завеса стоит минуты три, после выстрела, главное в дуло ничем не пихать, а то разорвется в руках, никакого здоровья не хватит.

– Все равно, придется изъять, для проверки.

– Да забирайте. – Пожал плечами Бо – Я ж обеими руками за. Штука оформлена как антиквариат, оценена, после испытания придёт в негодность, а я вашему ведомству счет выставлю, за порчу, всё польза. Выгода!

Во двор неспешно въехала черная тойота и полицейский при виде нее вытянулся и как-то подобрался что ли.

Бо с лучезарной улыбкой помахал рукой автомобилю.

– Начальство пожаловало, товарищ полковник. – Антиквар с распростертыми объятиями кинулся к выходящему из автомобиля подтянутому мужчине лет сорока, тот ловко избежал объятий и просто пожал ему руку.

– Что тут у нас опять? Снова лысые, рыжебородые бармалеи?

– Ага- радостно осклабился торговец – Опять лысые, рыжебородые брюнеты. Напали, начали палить из всякого, старушку напугали, у нее приступ случился.

– Выживет? – Поинтересовался полковник.

– Эта то? Выживет. Она войну пережила, перестройку пережила, троих старших по дому пережила, выживет. Вовремя помощь оказали.

Полковник довольно хмыкнул и обратился к коллеге.

– У вас что?

Толстяк вытер пот со лба платком и до белизны в костяшках сжал папку.

– Подозрительно все. Гражданин утверждает, что на него совершено нападение, группой неопознанных лиц, что конфликтов он ни с кем не имел, а у самого стекло бронированное, отстреливался из… Из предмета внешне схожего с оружием, планирую взять на экспертизу.

– Не вздумай, мы еще за предыдущую хреновину ему не выплатили, – Он развернулся к Бо. – Серьезно? Бронированная витрина? – Тот только пожал плечами.

– Маграбян… – Антиквар часто заморгал.

– Долбаный Маграбян… – Хмыкнул полковник – Надо кстати коньяку заказать.

– И то верно, – Улыбнулся антиквар. -Коньяк – это хорошо, коньяк – это полезно, от него женщины становятся красивее, а мир уютнее.

– Хватит ерничать, и корчить из себя идиота. -Полковник стал серьезен и суров. – Пойдем ка отойдем и поговорим на чистоту. А ты лейтенант, -он повернулся к толстяку -пока опроси жильцов, может кто видел, чего, или слышал, или делал.

Полковник с торговцем отошли в сторону и полицейский, пристально посмотрев на Бо, спросил.

– А теперь на чистоту, что за хрень тут происходит? Серьезно, без афганских бармалеев.

– Ох, Федор Михайлович, а происходит у нас полное дерьмо, причем страннее и дерьмовее чем всегда. Ты же знаешь, как я работаю, Бертольд чует всплески энергии, опознает суть артефакта, а я мчусь на всех парах и спасаю мир от вселенского зла, ну или в крайнем случае мешаю злодеям творить непотребное, так вот три дня назад, Бертольд и говорит, Чую, чую сила вражья поднимается, колдунство готовится страшное.

– Давай коротко и серьезно? – Попросил полковник.

– Коротко и серьезно не интересно, но да ладно, так вот три дня назад Бертольд обнаружил что, где-то готовится к использованию артефакт, суть которого в том, чтобы поглотить душу свежеусопшего человека, затем воплотить его в материальный облик, полностью подчиненный владельцу артефакта и использовать как садо-мазо батарейку.

– В смысле? – Не понял полковник.

– В том смысле, что чем больше воплощенный страдает, тем больше сил и энергии получает его хозяин. Например, болит у тебя голова, ты вызвал воплощённого, ткнул в него сигаретой, и голова у тебя болеть перестала, или, например унизил морально, воплощенный все равно испытал муку и эффект тот же. Только вот проблема, воплощенные со временем привыкают ко всему и боль для них не страшна и унижения, и в итоге использовать их можно только как физическую силу, батарейка садится и требуется новая, вот по всей видимости такую, новую батарейку вчера и пытался создать колдун. Итак, я путем следственных мероприятий выяснил, что поглощение новой души, будет происходить на кладбище, и вчера посетил его, ритуалу помешать я не сумел, то ли спецсредства подвели то ли, к чему я склоняюсь больше, колдун оказался заряженным под самое горлышко, старый и мощный, не простой так сказать персонаж. И он сумел уйти, а сегодня прислал пару воплощенных мне отомстить, и знаешь, если б не витрина, получилось бы у него это. Представляешь, две девчушки, прямиком со второй мировой. Как я успел рассмотреть близняшки лет по двенадцать, четырнадцать, действовали грамотно, но истерично как то, опыта не хватало.

– А на чьих похоронах ты был вчера?

– Девочка, тоже двенадцати лет, умерла в результате несчастного случая, вон красотку видишь, на лавочке, тетка ее. Тоже нашла меня, хотела выяснить, что я на похоронах делал, а здоровяк рядом, толи охранник ее толи бойфренд, я ему вчера палец сломал, а он мне морду набил, из-за них я вчера колдуна и упустил.

– Так это, что получается, колдун воплощает маленьких девочек? Педофил? – Глаза полковника яростно полыхнули.

Бо посмотрел на него с внезапной злостью

– Педофил? Как мы сразу разъярились. Знаешь кто педофил? Мэр наш педофил, знаешь уже наверное, что он Семену, неделю назад, снова племянницу свою родную несовершеннолетнюю привозил, для прерывания не желательной беременности, принципиальный, говорит не хочу плодить детей инцеста, что ж ты на него то гнев свой праведный не прольешь? Или не знал ты про это? – Полковник потупил взгляд.

– Ты же понимаешь, что … Ну и не по рангу это мне… Он начальство в городе…

– Начальство… Возьми пистолет, да шлепни урода. Сила, сила у того, у кого совесть чистая. Кто может с утра на себя без презрения в зеркало смотреть. А колдун тот, он хуже, сексуальный контекст может и есть, скорее всего есть, но дело не столько в нем, девочки подростки эмоционально яркие, я же говорил, что не только от физических страданий сила то к колдуну идет, а от моральных, а их с подростков получить можно гораздо больше. И вот если простая жертва насилия может в полицию пойти, к прохожему на улице обратится или в крайнем случае, руки на себя наложить, то рабы артефакта ничего подобного сделать не могут, они батарейки разумная скотина…Вот с такой сволочью то я и столкнулся вчера, и думал упустил, да только зацепочки появились новые, может и найду чего.

– Что за зацепки? – Заинтересовался полковник. – Помощь нужна? Окажу всю посильную.

– Может и обращусь, когда, а пока спусти мое дело на тормозах, лейтенант этот пухлый, он же усердный, я же вижу, он будет копать, под ногами мешаться, пусть отстанет, ну или бармалеев ищет, бармалеев искать дело полезное, а ну как найдет, мне покажет, я хоть поржу.

– Ладно Джон… Жень ..Бо… Дело о нападении мы замнем.

– Бо, просто Бо. Ты же знаешь, я и не Джон и не Женя. Бывай Федор Михайлович, до встречи. Начальству привет.

Торговец фальшивыми чудесами развернулся и направился к парочке, сидевшей на скамейке.

Ирина была в шоке, спокойная жизнь ее катилась по наклонной, Смерть племянницы, драка на похоронах, перестрелка, все накапливалось снежным комом и угрожало вот еще чуть-чуть и превратиться в лавину, которая сметет ее привычный мир под частую. Нет она не обманывала себя, она знала, что есть бандиты, есть плохие люди, именно против таких людей она и наняла Виталия, ветерана многочисленных горячих точек, хладнокровного и надежного, одного взгляда, на которого, сомнительным личностям хватало, чтобы подальше отойти и от самой Ирины, и от ее бизнеса, кстати вполне себе прибыльного.

Виталия хватало на то, чтобы и рэкетиры по странной случайности пережившие 90е и мошенники так расплодившиеся в 10е и рейдеры, процветавшие в 20х отошли в сторону и поискали жертву попроще, а тут, рука Виталия сломана, а в нее стреляли… впервые в жизни, а еще этот странны торговец, с его бредовыми речами, с его вечной улыбкой. Именно с этой улыбкой, он и направлялся сейчас к ним после разговора с какой-то полицейской шишкой.

– Ну вот и все, – Бо Радостно обратился к Ирине. – Вопрос улажен, можете ехать домой. Всем пока, рад, что заскочили, привет семье.

Именно этот «привет семье» Ирину и добил, она сорвалась.

– Какого черта тут происходит, Вы совсем сдурели, объясните немедленно или я, клянусь богом, сломаю Вам что-нибудь. – Торговец внезапно подошел к ней вплотную обнял ее и крепко прижал к себе.

– Ты такая красивая, когда злишься, я хотел бы, чтобы ты вечно орала на меня. – Он немного отстранил ее от себя, пристально посмотрел Ирине в глаза, – Но, к сожалению, работа не ждет, так что до следующего раза.

Он отпустил женщину и непосредственной походкой отправился в магазин. А абсолютно опешившая Ирина взглянула на Виталия, который искренне улыбался, сжимая в руках протухшее чучело.

– Какого черта это сейчас было? – Ирина недоумевала.

– Это он так ловко от Вас избавился, сломал шаблон, шокировал, надо будет взять на вооружение, эффективный метод. – Рассмеялся Виталий.

– Эффективный метод говоришь, ну ка пойдем.

Ирина устремилась за продавцом, в фойе фальшивая стена была сорвана с направляющей и перекрывала вход в продуктовый, зато вход в лавку чудес был открыт.

Она направилась прямо в лавку и застала владельца, стоящего на коленях перед ящиком с инструментами, она схватила за рукоятку лопату, стоявшую возле стены, видимо тоже какой-то «артефакт», и только замахнулась чтобы огреть ею наглого антиквара по спине, когда перед ней выпрыгнул черный кот и заорал человеческим голосом.

– Стой. – Это точно было не чревовещание, это сказал именно кот, самый настоящий говорящий кот, и тут Ирина поняла, снежный ком неприятностей наконец то достиг массы лавины и упала в обморок.

– Виталь, а ты воевал где?

– Чечня с 99го по нулевой – Ирина приходила в себя и не понимала, где находится, она лежала на какой-то крайне неудобной кушетке, на которой болтался ценник «прокрустово ложе, 200000 рублей» было написано на нем корявым подчерком

– Серьезно? Я в то время в Дагестане был, ловил парня, со шкатулкой с ифритом. Ифрит, исполнял желания в обмен на человеческие жертвы, первое желание одна жизнь, вторая две, третья четыре и так далее, на тот момент на совести душегуба было восемь человек, а в сарае стояли три барана…

Ирина повернулась и увидела, что антиквар с ее водителем мирно пьют чай, а на столе рядом с ними лежит огромный черный кот, кот… КОТ! Он заговорил с ней, или это была лишь галлюцинация? Нет, она отчетливо слышала, что кот сказал.

– О, Ирина, Вы проснулись? Присоединяйтесь к нам. – Антиквар подошел к ней и помог встать.

– Какой у Вас не удобный диван… – Ирина оперлась на руку Джона и встала с кушетки. – Что со мной случилось?

– Вы упали в обморок. – Радостно улыбнулся торговец. – Общение с Бертольдом похоже совсем доконало Вас. Кстати познакомьтесь, – Он указал рукой на кота, развалившегося на столе. – Мой добрый коллега господин Бертольд Аврилакский, алхимик, чернокнижник и крупнейший неудачник всех времен и народов.

– То есть? – Не поняла Ирина.

– А то и есть, читали сказку про Халифа аиста? Где халиф узнав тайное слово способное превращать его в животных, обернулся аистом, а потом то ли слово забыл, то ли выговорить его не смог, так вот наш друг шестьсот лет назад придумал ритуал способный превратить его в животное, превратиться то он превратился а вот обратно не смог, потому что у котиков лапки, а ими к сожалению ритуал провести не получается, вот так и мотается с тех пор по свету.

– Что Вы несете? – Устало выдохнула Ирина, голова раскалывалась, весь этот день превратился в не прекращающийся бред.

– Да ладно, шучу я конечно, не превращал Бертольд себя ни в какого кота конечно, его превратили, он был учеником захудалого колдунишки, который решил, что будет мило превратить ученика в живой радар, для поиска магических предметов, а, чтобы тот не убежал, превратить его в кота, вот с тех пор, наш Бертольд, обладает навыком чувствовать использование кем то магического артефакта, определять суть этого артефакта и вылизывать себе яйца. С него то кстати все и началось, представляете два дня назад, является ко мне этот кот Бегемот и начинает в панике рассказывать, мол не далеко активизировался артефакт, суть, поглощать души умерших, воплощать их в материальных фантомов и за счет их эмоциональных эманаций питать владельца артефакта жизненной энергией, я конечно заинтересовался, и приступил к охоте, и все бы прошло идеально, если бы Вы не решили начать на меня так пристально пялиться.

– Подождите, давайте по порядку, то есть, если принять за чистую монету весь этот бред, то получается… Что тот старик, он пытался захватить душу Лены, затем воскресить ее и мучать? – Ужас отразился в Ирининых глазах.

– Ничего подобного! Не воскресить. Воплотить в материальный фантом, вроде тех девчушек, которые пытались сегодня понаделать в нас дополнительных, не предусмотренных матерью природой отверстий, они выглядят как живые, они думают, как живые, они действуют как живые, у них даже есть память и о предыдущей жизни, и о нынешнем существовании. Дело в том, что у них больше нет воли, есть мысли, есть эмоции, есть чувства, а воли нет, они являются по воле хозяина, уходят по его желанию, и творят только то, что он им прикажет, может например приказать резать себе лицо бритвой, или снимать с себя кожу, и они будут это делать, а владелец артефакта будет получать от их мучений жизненную энергию, хочешь быть молодым, красивым и сильным, покошмарь мертвую девчушку, подзарядись. – Губы Джона искривились в презрительной гримасе – Отвратительный предмет, извращенный, злой. Меня всегда занимало, что творится в головах тех мастеров, которые такое создают. Ведь можно было сделать все проще, изящнее, но нет, обязательно нужно создать кошмар наяву.

Ирина смотрела на него с паническим ужасом в глазах, если поверить ему, то получается, сейчас ее племянницу… Как будто смерти мало, мысль эта захватила ее и слезы хлынули из ее глаз, она уткнулась в грудь Виталия и разрыдалась.

– Эх! Вот же не справедливость. Герой вроде я, а рыдают на груди у другого. – Джон громко отхлебнул чая и принялся яростно макать сушку в чай.

– Циничный подонок. – Раздался голос из-за его спины. Антиквар обернулся и лучезарно улыбнулся Марине – Ты совсем? Ты только что вывалил на нее такое, довел ее до истерики, и сидишь ерничаешь? Не перебор?

– Ах Мариночка, милая моя крошка, кинься я ее успокаивать, все могло бы стать еще хуже, наверное. А так, она поплачет, потом ее друг отвезет ее домой, там она примет лечебные пятьсот грамм коньяка, поспит, снова поплачет и сегодняшний день забудется ею, как страшная сказка про Жихарку.

– Жихарка? Страшная сказка? -Заинтересовалась Марина.

– Ну да! Про мальчика, которого воспитали разбойники, и про то, как он жег людей в печах. – Ирина оторвалась от плеча Виталия, вытерла слезы с глаз и пристально посмотрела на антиквара.

– Никуда я не поеду. Никакого коньяка пить не буду. Я должна спасти Лену. Во что бы то ни стало! Даже если мне придется заключить сделку с Дьяволом!

– Ну, раз уж Вы сами про это заикнулись… – Антиквар выдержал драматическую паузу и вытащил из-под стола потрепанный папирусный свиток. – Ваша подпись нужна вот тут, и тут! Естественно кровью.

Холод пронизал женщину, а в душу закралось сомнение, что от нее хочет этот странный человек, неужели ее душу, неужели вот так и происходит сделка с дьяволом?

– Дурак! – Марина закатила глаза, выхватила свиток из рук торговца и стукнула им его по голове. – Я же говорю, не время для шуток!

– Отдай – Загнусавил Джон. – Это мой папирус! Мне его из Египта привезли! Сувенир же! Столько времени валялся без дела и вот, наконец то наступил подходящий момент его применить с пользой, а ты все портишь.

– Извините его – Марина посмотрела на Ирину – Он человек так-то не плохой, только своеобразный и дурак.

– Эй – Возмутился антиквар – Не обзывайся, я все-таки твой начальник.

– К лешему таких начальников, я у тебя практику прохожу, а это значит все понарошку и обзываться я могу, когда мне будет угодно, тем более что ты заслужил, зачем доводишь человека, ты представляешь вообще, что у нее в голове сейчас творится?

– Откуда? Я ж не телепат! Хотя … – Он пристально посмотрел в глаза девушки. – Загадай цифру от одного до ста?

Марина непонимающе подняла бровь.

–Ну! Загадала. – Бо приставил указательные пальцы к вискам и вперился взглядом в глаза девушки.

– Семнадцать! Точно семнадцать! Верно? Ну верно же?

– Ничего подобного! Четыре! Я загадала четыре!

Джон разочарованно цыкнул зубом.

– Вот! Я ж говорил, что не телепат!

Как ни странно, от этой клоунады Ирине стало легче, она смотрела как эти люди дурачатся, и ее проблемы тоже казались пусть и серьезными, но решаемыми. Слезы отступили, она села за стол рядом с Виталием, и антиквар налил ей чашку чая, надо сказать превосходного чая.

– Мариночка, душа моя, а расскажи мне все ли в порядке у нашей дражайшей Марии Ивановны? Успели ли в больницу, в какую больницу ее увезли, когда можно будет ее посетить? – Джон наслаждался чаем и показательно не обращал внимания на Ирину с Виталием.

– Все нормально. – Марина стянула из вазочки сушку. – Папа позвонил в приемный покой, не инфаркт, лежит в городской, посещения разрешат через пару дней. А зачем она тебе? Как по мне было б не плохо, если б она там и осталась. Житья от нее совсем нет. Ладно бы все эти ее мелкие пакости, вроде постоянных поломок домофона, битья ламп в подъезде, вываливания мусора на соседские газоны. Мало того, что она скандалит со всеми. Мало того, что она придумывает и распускает слухи, в том числе и про меня. Но она же делает все это разом, показательно и принципиально, житья от нее нет совсем.

Джон с улыбкой смотрел на нее.

– Ах как прекрасна юность в гневе. Я тебе сколько раз говорил, не обращай на нее внимания и всегда ей улыбайся. Дружелюбие и искренняя любовь к окружающим всегда приносит свои дивиденды, а от злости и неприязни, только гастрит. И с Марией Ивановной, это работает особенно, она тебе гадость, а ты ей «Какой хороший день», она тебе пакость, а ты ей «Как вы хорошо сегодня выглядите», она тебе на спину плюнула, а ты ей широко и искренне улыбнись, знаешь, как это ее бесит. Ну и есть еще кое-что. – Марина вопросительно уставилась на антиквара – Мария Ивановна, она у нас не только ветеран труда, которая жизнь отдала работе, во благо народа. Она у нас еще и участница Второй Мировой.

– Да ладно – Не поверила Марина. – Сколько ей в то время лет то было? Как она могла участвовать? Да и на девятое мая никто к ней не ходит, не поздравляет.

– Лет ей было десять. – Грустно улыбнулся Бо. – Кто такие пионеры герои знаешь? Так на десяток из тех, про кого рассказы и книжки написали, были сотни тех, кто с молодых ногтей сражался за Родину и славы заслуженной не обрел. На праздники ее не поздравляют, потому, что характер у нее отвратный, никто не хочет к ней ходить, а долго общаться так и вовсе мука для смертных, отделываются формальным скоротечным визитом того, кого не жалко, поэтому и проходит все без шумихи, статьи про нее не пишут, хотя журналисты время от времени к ней и ходят, на свою беду. Про это мало кто знает. А еще, сегодняшние девчушки. Они как есть с полей сражений второй мировой, и Мария Ивановна одну из них знала, понимаешь, о чем я?

– Зацепка? – Улыбнулась Марина, ей явно было стыдно, что она плохо отзывалась о старушке соседке.

– Она самая! Не просто зацепка! Зацепища. Нитка, которая может привести нас к искомому, и надо эту нитку начать разматывать как можно быстрее. Ирина! – Он повернулся к сидящей тихонько женщине и ее охраннику – А не хотели бы вы поучаствовать в интереснейшем приключении, возможно даже с романтическим подтекстом. Виталий Вы же не против, если у нас с Ириной будет романтический подтекст, больно уж она красива, а я обаятелен. – Марина прыснула от смеха, и даже Виталий выдал нечто похожее на улыбку.

– Главное не со мной, а там уже сами разбирайтесь.

– Если есть возможность избежать романтики, то я бы даже настояла на своем участии. – Ирина пристально посмотрела в глаза антиквару – Это, моя племянница, моя кровь, я обязана сделать так, чтобы ее душа не попала в руки этого…

– Человека -Подсказал Джон – Это, человек, даже если его поступки не очень то напоминают людские. Люди они такие, разные, бывают хорошие, а бывают конченые подонки. Причем подонков вроде как гораздо меньше, но встречаются они гораздо чаще. А весь фокус в том, что человек порядочный в вашей жизни не оставляет никакого следа, пройдет тихонько и ладно, а подонки, они как алкаши на пляже, шашлык жарят орут дерутся, пугают детей, ссут не отходя от отдыхающих, пристают к женщинам и задирают мужчин, а закончив оставят после себя груды мусора, пустых бутылок и впечатление, что весь пляж был одной большой помойкой. Вот так-то милые мои, а сейчас мы все дружно соберемся и Посетим Марию нашу свет Ивановну!

– Нет! – Твердо заявила Марина. – Во-первых, Марии Ивановне сейчас нужен отдых.

– Ха! Плохо ты знаешь таких как она. – Хмыкнул торговец. – Думается, это уже мед персоналу нужен отдых от Марии Ивановны, Она же стресс испытала, ослабла, так что, сейчас она там жрет всех, кого увидит.

– Во-вторых, – Не обратила внимания на него девушка. – Вечер уже. И в-третьих, цыганская невеста! Ты забыл уже?

– А мне то до нее какое дело. – Удивленно пожал плечами Джон. – Пусть цыгане семи свою невесту ищут.

– Есть тебе дело, это ты ворону стимуляторами накормил, тебе и спасать ее. И это не обсуждается.

– Не обсуждается, не обсуждается. – Ворчливо передразнил ее Бо. – Ну давай завтра? Ну давай?

– Никаких завтра. – Марина топнула ножкой. – Ворона ее утащила еще вчера, значит бедная девушка, уже скоро сутки как обретается непойми где.

– Эх! – Джон залихватски махнул рукой. – А ладно, поехали спасать твою подружку. Ирина! Вы на машине? – Женщина кивнула – Ну тогда поехали на кладбище! На ночь глядя самое оно. Как вы насчет побродить в сумерках между могилок?

– Почему на кладбище? – Заинтересовался Виталий.

– Так ворона то кладбищенская, гнездо у нее там. Вернее, логово. – Джон сделал страшные глаза, а потом подскочил и быстрым шагом отправился в подсобные помещения. – Я сейчас переоденусь, возьму кое-что и поедем.

Ехали они молча, ну как молча, торговец трепался не переставая, не давая никому сказать ни слова, он то рассказывал о домах и памятниках, мимо которых они проезжали истории, в которые было крайне сложно поверить, то травил байки, про разные якобы волшебные предметы, которые продаются в его магазинчике. В общем к тому времени, когда они добрались до кладбища у Ирины, раскалывалась голова и дергался глаз. Этот человек вызывал у нее крайне неоднозначное отношение, с одной стороны он ее раздражал, а с другой, было интересно, конечно все то, что он говорил, казалось невероятным, но она своими глазами видела девочек, которые после смерти разлетались черными хлопьями, а перспективы, которые он обрисовал ей, для души ее племянницы, они ужасали. Такого не могло быть, как бог в принципе мог допустить такое?

Начинало смеркаться, но на счастье, кладбище еще не закрылось, хотя смотритель и посмотрел на них косо.

– Чего так поздно? – Спросил он, не добро глядя на компанию. – Сатанисты поди? Как же вы достали. И шляются, и шляются, каждую ночь как на работу.

– Каждую ночь? – Заинтересовался антиквар – А что вчера тоже странное что-то было?

– Вчера, вообще все было странно, сначала драка на похоронах, не ну вы сами посудите, у людей вообще ничего святого не осталось, на похоронах мордобой устроили, ладно бы на свадьбе, там понятно все, у людей радость, выпили, и ну понеслось, а тут на похоронах, и ладно бы наследство делили, так нет, девчонку совсем же хоронили, что от нее, того наследства. А потом и вовсе страшное началось. Как стемнело, Роза встала!

– Чего чего у Вас встало? – Заинтересовался торговец. – Ну я скажу в вашем возрасте, когда встало, оно, конечно, странно, но ничего страшного! Радоваться надо.

– Тьфу на тебя. – Сплюнул старик смотритель. – В моем возрасте! Мне сорок три.

– А чего выглядишь тогда так паршиво?

– Так бухаю! И пол жизни по лагерям. Да и не про то я. Вчера как стемнело – Продолжил свой рассказ смотритель. – Слышу, вопли, крики, плачь. Я хоть и не трус, а страшно мне стало, но работа есть работа, надо же сходить посмотреть, а ну как местные алкаши, что стопки с могил подбирают, недоброе творят с какой-нибудь задержавшейся посетительницей, бывало такое. Вот я и пошел! Иду значит и понимаю, что крики с новых кварталов раздаются, ну, где могилы, стало быть, свежие. Подхожу. Крики слышу, а нет никого, я посветил поверх обелисков, точно нет. И тут она меня как обложит! Матом! На цыганском! И тогда я все понял. Три дня назад, хоронили там цыганку, Розу Золотову, пышно так хоронили, красиво, вещей ей много в могилу положили, как для живой… вот я и понял! Встала значится Роза! И ищет душу крестьянскую, чтобы загубить!