Добавить цитату

Первая встреча с карликовым драконом

Глаза я открывала медленно. Только вот почему-то они никак не хотели открываться. Как это так? Почему я вдруг потеряла контроль над собственными глазами? Почему им вдруг захотелось пожить своей собственной жизнью? Нет, так дело не пойдет. Давай Катя, соберись. Тряпка ты что ли? Когда это мы сдавались. Ты сильная русская женщина. Ладно, девушка. Но это никак не должно влиять на твою решительность. Разве не можешь договориться со своим собственным телом?

Кажется, волшебный пендель, выписанный самой себе, подействовал. Глаза я все-таки открыла, и тут же об этом пожалела. В глаза ударил яркий непривычный свет. Вот его-то как раз и не хватало для полного счастья. Я несколько раз быстро поморгала, прогоняя появившиеся в глазах цветные пятна. Ну, вот, другое дело. Я смогла рассмотреть светлый и высокий потолок, украшенный каким-то весьма чудаковатым узором. Что-то я не припомню у себя таких потолков.

Значит, я не дома. Тогда где? Я повернула голову вправо. И тут же уперлась взглядом в диковинную зверюшку, которая пялилась на меня странными черно-желтыми глазами. Я чуть прищурилась, пытаясь рассмотреть того, кто сейчас так нагло сидел на моей подушке. Зверек был маленьким, наверное, поместиться у меня на плече, если подумать, занимал всего полподушки. Белая с голубыми вкраплениями чешуя, отливала серебром в солнечном свете, который лился из огромного окна. Длинный чешуйчатый хвост с крохотным костяным наростом метался по подушке. За спиной в сложенном спокойном состоянии лежали небольшие перепончатые крылья.

Хм, какая странная зверюшка. Что-то я не помню таких ящериц. Новый вид? Может быть. Современный мир еще и не на такое способен. Ящерка повернула голову вправо, не сводя с меня своих черно-желтых глаз. Потом повернула свою любопытную мордочку влево, будто принюхиваясь. Щелкнула пастью, полную маленьких острых зубов. И все-таки, кого-то оно мне напоминает. Так, соберись, Катерина. Ты же любитель чтения. Сколько странных книг ты прочитала за свои недолгие двадцать два года? То-то же!

И тут меня осенило. Да, никакая это не ящерица. Это же дракон! Твою святую ежиху! Дракон! Прямо рядом со мной! Я округлила глаза, дернулась на кровати, на которой так удобно лежала, и уже открыла рот, чтобы разразиться благим матом. Ну, или же истеричным криком. Совсем не понимаю, как можно спокойно на такое реагировать. Дракончик встрепенулся, подскочил на лапы, которые, между прочим, заканчивались острыми коготками и уставился на меня своим страшным (да-да, теперь это был именно страшный) взглядом.

– Держи себя в руках, – быстро пролепетала эта ящерица вполне себе человеческим голосом.

Крик застрял в горле, вместе со всеми нецензурными словами, которые я собиралась выдать в данную минуту. А эта гадина чешуйчатая только моргнула своими, матерь божья, страшными глазами и спокойненько так уселась на подушку.

– Не стоит тут кричать, – продолжал вещать недорощенный дракон, – набежит толпа служанок, и мы не сможем нормально поговорить.

При этом он фыркнул, и из его носа, или как там еще назывались эти два отверстия на его вытянутой драконьей морде, повалил густой синий дым. Вот, это я стукнулась головой. Это что же со мной такое приключилось, что мне причудилось подобное? Вроде даже не пила вчера, вообще ни капли алкоголя, честное пионерское! Вообще не ободряю я эту гадость. Не скажу, что я та еще ЗОЖница, но вот с крепкими напитками не сложилось. Кажется, пора пересматривать приоритеты.

Я подскочила на кровати, все так же испуганно таращась на эту нахальную ящерицу с крыльями. Эво как меня приложило-то. Что-то я не помню, чтобы мне до этого снились такие чудаковатые сны. Да, они мне вообще редко сняться. А если и бывает, то это обязательно какая-нибудь несусветная чушь. Но чтоб так! Да, Катерина, на этот раз ты превзошла саму себя.

– Я не ящерица, – тут же отозвался мини-дракон весьма обиженно, – я представитель редкой расы карликовых драконов. Меня зовут Рикша. И ты не спишь.

Ну, надо же. Карликовый дракон! Ха-ха. Кажется, кто-то тут сходит с ума. Может, моя головушка все же поехала от бесконечной чехарды, которой являлась моя жизнь, и меня стали посещать глюки? И меня упекли в какое-нибудь вообще неприметное заведение под названием «Психиатрическая клиника»?

– Я не знаю, что такое твоя психимитическая клиника, – снова отозвался карликовый дракон, – но это все наяву. Ты не спишь, не сошла с ума.

– Психиатрическая, – поправила я его по старой доброй привычке, и тут до меня дошло, – ты что мысли мои читаешь?

Эта мысль знатно так напугала меня. Он тут в наглую копается у меня в голове, а я рассыпаюсь в красочных эпитетах в его сторону. Да, и как такое вообще возможно?

– Конечно, – гордо выпятив грудь вперед, произнес дракон, – я же твой фамильяр. Ты тоже так можешь.

Фами…кто? Что за слова такие непонятные? Я точно свихнулась. Определенно и бесповоротно. Меня навечно запрут в психушке и будут пичкать пилюлями до конца моих дней. Все, Катерина Денисовна, помешательство в чистом виде. А вот говорила тебе Светка, не стоит взваливать на себя непосильную ношу. И универ, и подработка. Не удивительно, что я слетела с катушек.

– Я совсем не понимаю тех слов, что сейчас в твоей голове, – мотнул головой мой как там его, вот черт запомнишь ведь, – но с тобой точно все в порядке.

Я скосила на него глаза. Так, давай рассуждать логически. Он тебя все еще не сожрал, если он вообще это может. Не спалил своим убийственным огнем. Или он огнем не дышит? И если он говорит правду, то ты оказалась не понятно, где, и не понятно как.

– Огнем не дышу, – тут же отозвался мини-дракон, – я ледяной дракон. И я говорю правду.

Да, что ж такое-то. Почему эта ящерица так нагло копается в моих мыслях? А если я начну думать о каких-нибудь непристойностях? Похоже, здесь драконов вообще не учат вежливости.

– Так проще понять, что с тобой случилось, – сразу проговорил Рикша, надеюсь, я правильно запомнила его имя, – а сейчас тебе нужно успокоиться и вспомнить, что случилось с тобой.

– Что со мной случилось?

Паника отступала. Я никогда не была истеричкой, и всегда умела держать лицо, даже в самых стрессовых ситуациях. А сейчас была просто паническая. Но позволить себе тут слезные излияния я не могу. Надо срочно брать себя в руки и разобраться, где я, что здесь делаю и, собственно, что со мной случилось.

– Ладно, ледяной дракон, – уже спокойно проговорила я, – я спокойна, на сколько это вообще возможно в такой ситуации. Как мне вспомнить, что со мной случилось?

– Садить, – дракончик подвинулся, уступая мне место, – закрой глаза и расслабься. Пусти свои воспоминания, и они сами тебя найдут.

Я очень сомневалась, что это поможет, но все же послушалась. Приподняв подушку поудобнее (удобная, кстати, мягкая такая), я села и попыталась расслабиться. Хотя, как в такой ситуации вообще можно успокоиться? Но это нужно сделать. Мне важно понять, что со мной не так. Я сделала глубокий вдох и закрыла глаза.

Сначала ничего не происходило, но я не сдавалась. Как там сказал это недоигуан, пустить свои воспоминания. Хорошо, еще бы знать, как это сделать. Так, все, Катерина, хватит. Успокойся. Страшнее уже точно ничего не может быть. Я выдохнула еще раз и отпустила. Воспоминания потекли быстрой рекой, возвращая меня в тот самый роковой день.

Последний день моей обычной жизни

Это был обычный день в моей повседневной жизни. За исключением того, что я жутко нервничала. Еще бы не нервничать. Когда тебя ждет самый сложный экзамен за всю историю обучения в университете. Да, еще и профессор! Бррр… Жуткий гад. По всей видимости, у паренька (а он был достаточно молод) были явные проблемы с противоположным полом. Особенно с брюнетками, которой я по счастливому стечению обстоятельств и оказалась. Поэтому особенно тщательно к нему готовилась.

Я носилась по квартире, как в попу ужаленная, пытаясь собрать свои мысли в порядок. А заодно и все то, что так необходимо на экзамене. В квартире, которую я снимала пополам со своей лучшей подружкой Светкой, царил настоящий хаос. Всю ночь мы просидели за учебниками и конспектами, как и предыдущие пять, на сколько я помню. И найти в этом хаосе хоть что-то было совершенно невозможно. А вот и конспекты! Хотя, зачем они мне теперь? Списать у этого гада все равно не получится.

Я остановилась посреди комнаты и несколько раз глубоко вздохнула, успокаиваясь. Всегда работало. К черту все. Сдам – хорошо, нет, ну и катись он ко всем дальним далям. Буду ходить за ним, пока не получу отметку за экзамен. Ночевать буду под порогом его упырского логова, но своего добьюсь. Еще никогда Катерина Морозова так просто не сдавалась. Не так страшен черт. Хотя, этот был тот еще демон, должна я сказать. Но где наша не пропадала. Женщина я, или где, в конце концов.

Окончательно успокоившись, я пошагала к шкафу в полной уверенности в своих силах. Вот, еще чего. Бояться этого упыря. Пусть наивных первокурсников доводит до припадков. Нам выпускникам уже ничего не страшно. После экзамена по лексикологии на втором курсе меня вообще уже ничем не напугать. Подумаешь зарубежная литература. И пострашнее видали.

Я достала темно-синюю блузку, зная, как сильно наш профессор (чтоб ему жилось долго и счастливо) докапывается до внешнего вида студентов, добавила к ним темно-синие брюки-бананы и с совершенно чистой совестью пошла одеваться. В этот момент из ванной вылетела взлохмаченная Светка. Тоже, кстати, брюнетка. Только натуральная, а не как я, крашенная. И ей тоже доставалось от нашего «любимого» профессора.

– Блин, Катька, – бурчала моя закадычная подружка и напарница по поискам приключений на наши прекрасные филейные части, – как думаешь, если я надену красную блузку, он хоть немного сжалиться.

Я припомнила ее эту самую красную блузку, из которой открывался прекрасный вид на ее четверку. Жаль, что эта самая четверка никак не поможет ей выпросить у этого Змея Горыныча хотя бы элементарную тройку за экзамен.

– Даже, если ты придешь туда в костюме Евы, его это не впечатлит, – вспомнила я надменное лицо нашего профессора.

Вот серьезно, ему самому не надоедает видеть каждый день свое недовольное лицо. Или он вообще в зеркало не смотрит. Надеюсь, что у него нет жены. А если есть, то помоги, Боже, этой несчастной женщине. Достался же муженек. Если бы у меня был такой…даже думать об этом не собираюсь. Утопила бы его уже где-нибудь по тихой. Вот глядя на таких как он, мое мнение о замужестве укрепляется еще больше. Туда я ни ногой. Никакой. Вообще.

Покрутившись еще возле шкафа, Светка все-таки влезла в зеленое платье-пиджак, собрала копну своих густых волос в целомудренный хвостик и даже очки свои компьютерные нацепила. Видимо, для поддержания образа. Вряд ли он ей поможет. С этим гадом вообще ни один женский прием не работает. Хоть захлопайся своими длиннющими ресницами. Как горох об стену. Ничего его не берет.

Светка впрыгнула в свои любимые туфли на высоком каблуке. Счастливые говорит. Я же надела балетки. Ненавижу каблуку. Вот, ей Богу, их придумал какой-то весьма обиженный женоненавистник, чтобы женщины страдали. Видимо, он был хорошо знаком с нашим профессором по зарубежной литературе. Возможно, они даже родственники. Вот я серьезно считаю, что такая нелюбовь к женщинам передается на генетическом уровне.

Наконец после того, как Светка закончила свой боевой раскрас, мы смогли выйти из дома. Я даже краситься не стала. Он все равно не оценит, а я рискую к концу экзамена превратиться в весьма несимпатичную панду с размазанной под глазами тушью. Да, еще и жара на улице. Ну, его этот боевой раскрас. И так справлюсь. Мозги-то у меня есть. И убеждать я умею. А от моей наглости так вообще никакого прохода. Все преподаватели в универе уже знают Морозову. А если и не знакомы лично, то наслышаны от своих коллег. Так что, ему от меня не спрятаться. Свой экзамен я получу, чего бы мне это не стоило.

С таким боевым настроением мы подошли к остановке. Светка всю дорогу утыкается в конспект, стараясь засунуть в себя как можно больше знаний. Будто это ее спасет. Нет, Светка далеко не глупая. Мозги у нее тоже есть, при чем неплохие. Только она редко использует их по назначению. У нее другая цель в жизни. Богатый муж, дети. И ни грамма работы. А вот я, другое дело. Карьера и только карьера. По крайней мере, ближайшие лет так десять. А если все же и решусь выйти замуж, то мужика я себе буду выбирать очень тщательно. Зачем мне какая-то тряпка? Или еще лучше такой, наш «милый» упырь-профессор! Бррр…

Автобус, как и всегда в это время суток, оказался забит битком. Та еще радость. Да, еще и в жару. А я тут при полном параде. К обеду блузку можно будет выжимать. Хорошо, хоть не красилась. Нас буквально занесли в автобус такие же торопящиеся по своим делам пассажиры. Мы со Светкой оказались отделены друг от друга. Но это не страшно. Поболтать все равно не получится. Вон, как тщательно впитывает знания. Аж, стыдно стало за свое бездействие.

Поручня мне не досталось. Да, тут в принципе можно и не держаться. Все равно не за что. Меня вдавила весьма внушительных размеров женщина в ярко-красном сарафане и с губами такого же цвета. Парфюмом от которой несло, должна я вам сказать, на весь салон. Ну, откройте окно что ли. Или пустите меня к нему. Нам ехать десять остановок, я так в обморок упаду, ей Богу. Через пару остановок мне все же удалось пробраться к окну. И поручень как раз есть. В него-то я и вцепилась, стараясь никому не мешать. Хотя, в таком забитом автобусе это вообще невозможно.

А потом все пошло как-то не по плану. Я бы сказала вообще не по плану. Мы остановились на светофоре. Дышать становилось уже совсем нечем. Я потянулась к форточке, которую уже собиралась открыть, как передо мной открылась страшная картина. На нас несся грузовик. Огромный такой, кажется это был «КАМАЗ». Нагруженный каким-то весьма тяжелым грузом, как я поняла. Мои глаза открылись в ужасе. Потому что тормозить он вообще не собирался.

Дальше все вообще, как в тумане. Удар, посыпавшееся стекло. Крики, скрежет металла. И ужасная боль, сковавшая все мое тело. Грузовик влетел как раз в тот бок, где стояла я и еще несколько несчастных пассажиров. Меня кинуло назад. И если бы не толпа забившихся людей, я бы скорее всего, вылетела из этого автобуса. Во рту появился привкус металла. Губу прикусила? Или язык?

Но это было уже неважно. Автобус перевернуло от удара, и меня вжало тем, что когда-то было бортом автобуса. Проклятый поручень, кажется, вошел мне в живот, обжигая страшной болью. Перед глазами плясали цветные пятна. Мозг совсем отказывался работать. Каждая клеточка тела кричала от боли. Я кричать не могла. Воздух будто отказывался поступать в легкие. Меня сдавило, прожигая болью все части тела.

А мозг уже не работал. От боли, что была в каждом уголке моего тела, он просто не мог функционировать. Либо же я очень хорошо приложилась головой. Только вот обо что, понятия не имела. Но и это уже было не важно, я понимала, что на экзамен мне сегодня уже не попасть. Да, собственно, мне туда вообще никогда не попасть. Потому что я просто не могла выжить в этой мясорубке. Мозг окончательно отключился, и я провалилась в спасительную темноту.