В неспешном ритме продолжаю открывать для себя новых удивительных авторов. Так, в эти дни выбор мой пал на классика французской литературы, пока еще, к большому сожалению, не очень известного в нашей стране, а зря: прелюбопытный, скажу я вам, сборник.
Судьба Режиса Мессака удивительна и многогранна (если, подобно мне, ничего не знаете об авторе, не беда: в данном издании вас ждет обстоятельная биографическая статья, посвященная жизни и творчеству француза), трагическая, но преисполненная смысла, не были его годы прожитыми напрасно... Первая, а затем Вторая мировые войны ломали его судьбу, заставляя отказываться от своих планов, нарушать собственные принципы, отнимать время от того, что было ему ближе - филология и преподавание.
Потому мне вовсе не кажется странным его невероятно черный - чернейший даже! - взгляд на современную цивилизацию, мне не кажутся абсурдными его мрачные предчувствия относительно современного мира и современного человека. Темный ореол окружает его книги, но кажется при этом вполне естественным. Здесь не будет светлого даже в кратких мгновениях бытия, не будет чистого, радостного, человеческого, гуманного, обнадеживающего. Здесь правит меланхолия. Не светлая печаль, а черная тоска, когда до пропасти невозврата один шаг, он же последний. Когда не веришь более никому и ни во что. Все кажется бессмысленным и таковым, кстати, и оказывается в им написанных книгах. Грязь, абсурд, деградация... Мессак будто бы отрезвляет своими жестокими романами наивного читателя, свято верящего в вечность цивилизации, в непременную победу Добра над Злом. Увы и ах: в книгах француза добро прячется где-то там в сторонке, одинокое, беспомощное, малодушное, не понимающее, что наблюдением ситуацию не исправить и когда-нибудь все это обернется против тебя самого...
Данная книга французского автора состоит, как это, думаю, понятно и так из ее заглавия, из двух романов, сюжетно не связанных меж собой, но явно связанных идейно - через постулат безысходности и бессмысленности всего сущего. Герои опускают руки, из участников действа быстро превращаясь в тупых наблюдателей процесса загнивания, упадка, деградации. Слишком сложным оказывается для них взять на себя ответственность за судьбы мира - за судьбу хотя бы одного клочка земли. Они не пытаются переменить что-либо к лучшему. Из наблюдателей они переходят в объекты наблюдения...
Первый роман - это несколько скучная антиутопия в духе Голдинга: уцелевшие после всемирной катастрофы дети устраивают свои порядки, править будет сила, человеческое уйдет в небытие. Честно признаюсь: роман, начинающий сборник, меня не особо впечатлил: бывали в моей жизни антиутопии и получше. Возможно, на мою невысокую оценку романа (а это https://s.livelib.ru/img/stars2/r35-green.png">) повлияло почти полное отсутствие хоть какого-нибудь действия в книге. Автор кормит нас исключительно описаниями, как деградировали детишки преподавателя, и впрямь, очень уж быстро его подопечные превратились в настоящих зверей. Это все, конечно, страшно было читать (Маугли наоборот - из человека в зверя), но куда страшнее было осознавать во время чтения тот факт (и автор его ни капельки не скрывает), что наш герой и не делает попыток сохранить в этих детях крупицы человеческого! Он спокойно наблюдает за тем, как 14-летний насилует сверстницу, как дети убивают друга, как кому-то размозжили голову...
Второй же роман сборника с ярким и более чем понятным заглавием - "Кретинодолье" - понравился мне гораздо больше предыдущего (оценка - https://s.livelib.ru/img/stars2/r45-green.png">). Еще бы: из скучноватого мира "Повелителя мух" мы быстрехонько переносимся в мир моего любимого "Острова доктора Моро" (ох, и впечатлила же меня эта фантастическая история летом прошлого года!) Помнится, Верн стремился очеловечить животных, Мессак хочет похожего - сделать природных кретинов, живущих уединенно на острове с разумом первобытного человека, нормальными. Они не умеют читать и писать, даже речи как таковой у них тоже нет, у них нет одежды и каких-то представлений о нормах культуры, морали. Досуг свой они проводят в куда менее интеллектуальных занятиях. И вот тут я точно должна предупредить впечатлительных читателей: Мессак мастер неаппетитных, мерзких подробностей. Его 3Д-картины ужасов проживания этих кретинов надолго врезаются в память, помимо воли читающего. Дикие люди, счастливые в своем невежестве, полуголые, грязные, смердящие, кидающиеся в ученых экскрементами, совокупляющиеся с собственными матерями... В мир Кретинии (Кретинодолье) словно ад подъехал на колесиках - прижизненный такой ад в моем представлении - опустившийся, вызывающий брезгливость и рвотные позывы, ад, в котором человек уже как бы и не совсем человек. Страшные картины творящегося на этом острове, нарисованные художественным пером французского классика, потрясающе живые и зримые - Гойя, думаю, бы точно позавидовал подобной выразительности. И если в первой книге сборника ничего не происходит, то здесь действие. напротив, летит стремительно, а интрига держит в напряжении до самого финала истории.
Весьма любопытно было мне все время следить за противостоянием кретинов и ученых, людей первобытного строя и людей цивилизации. Захваченная чтением, успевала в уме делать ставки, что в итоге окажется сильнее: сила вкупе с древними инстинктами или же наука, прогресс, плоды цивилизации? Борьба эта, впрочем, шла с переменным успехом, что наглядно подтверждает приведенный в романе дневник одного из исследователей этого дьявольского острова и его исконных обитателей.
Мне все время не терпелось узнать развязку этой сумасшедшей фантастической истории: поможет ли хоть кому-то разработанная профессором сыворотка от кретинизма?
Роман в итоге получился захватывающим воображение и завораживающим в своей омерзительности. Страницы вызывали отвращение, но оторваться от них было нереально. А к концу повествования в романе и вовсе начали появляться философские нотки: а кто мы вообще такие. чтобы навязывать другим свое представление о счастье и норме?
Может, действительно:
разумность — это безумие, а сумасшествие — мудрость?
И так уж ли неправы эти "кретины", говоря:
— Что такое умнее? И потом, что с этого? По какому праву делать нас умными? Нам хорошо и таким, какие мы есть. Нет нужды быть умными.
Может, и впрямь, от ума (цивилизации) - одно горе?..
Мессак, думается, и сам не в силах ответить на собой же поставленный вопрос, отдавая его на откуп внимательному, любящему размышлять на досуге над непростыми вопросами читателю, вот только раздумья эти большей частью невеселые: обидно, знаете ли, за цивилизацию, плоды просвещения и прочее...
Сборник неровный, но точно заслуживающий внимания жадного до новых книг и авторов читателя. Слегка поскучав в его первой части, вы ворветесь в потрясающий сюжет второй, и вот тут-то вас захватит по-настоящему.
230 понравилось
