Даниил Иванович Ювачев (он же Даниил Хармс, Чармс, Холмс, Шардамс и еще около тридцати псевдонимов) родился 30 декабря 1905 года. Чтобы понять, как из этого младенца получился ни на кого не похожий прозаик и поэт, необходимо внимательно присмотреться к его окружению. Вот, к примеру, отец. Народоволец, приговоренный к смертной казни, которую заменили на 15 лет каторги. В тюрьме стал христианином-мистиком и, выйдя на свободу, с проповедями объездил весь мир. Сын отца безмерно уважал и разговаривал с ним только стоя. И, похоже, через него пристрастился к нумерологии, картам Таро, оккультизму, йоге и буддизму. Или мать - дворянка, заведовавшая в 1900-е годы приютом для бывших каторжанок в Петербурге. Несомненно, повлияло и обучение в престижной Петершуле, где Даниил приобрел основательное знание немецкого и английского языков. Следующий этап – 20 лет – принятие в ряды Ленинградского отделения Всероссийского союза поэтов. Фиксация себя в качестве профессионального литератора. Впрочем, на его творческое мировоззрение гораздо большее влияние оказали не собратья по писательскому цеху, а поэт Александр Введенский. Он познакомил Хармса со своими друзьями Л.Липавским и Я.Друскиным, выпускниками философского отделения факультета общественных наук. Философы были учениками Лосского и развивали его идеи о самоценности личности и интуитивном знании, приобщая к ним и молодого поэта. Позже, в 1925 году Введенский, Липавский и Друскин приняли Хармса в свой тайный союз «чинарей» выдав звание - «чинаря-взиральника». Следующий шаг – появление в 1927-м ОБЭРИУ — Объединения реального искусства, в которое вошли Хармс, Введенский, Заболоцкий, Константин Вагинов и некоторые примкнувшие, с громогласным лозунгом: «2х2=5». Власти дали обэриутам с их заумью три года, после чего Хармса и Введенского выслали в Курск. Вернувшись оттуда Даниил Ювачёв стал детским писателем. И, надо сказать, очень хорошим детским писателем. * Возможно, именно детская литература спасла Хармса. По современным меркам он был классическим хипстером. Высокого роста, с тростью, в кепке или котелке, с английской трубкой. Изображал Шерлока Холмса. Очень интересовался у прохожих: «Что бы вы стали делать, если бы на вашем шкафу вырос нос?», а по комнате развешивал плакаты типа: «Мы не пироги. Пироги не мы!». Полное соответствие детскому мировоззрению, лишенному правил и условностей. Да и где еще можно было применить свое классическое образование и знание Аристотеля, Шекспира, Рабле, Гёте и прочих не очень востребованных в 20-30-е годы личностей. Естественно, его помещали в психбольницу. В 1939 году с диагнозом «шизофрения», но вскоре выпустили. Арест и повторное направление на лечение в августе 1941-го уже закончилось смертью. *
А потом стандартный цикл признания. Спустя почти 40 лет после смерти – первое собрание сочинений. «Открытие» филологами и причисление к лику классиков. Внесение в пантеон, помещение в один ряд с Эженом Ионеско и Сэмюэлом Беккетом, и выдача почетного ярлыка отца литературы абсурда. (Впрочем, это больше на западе. У нас до сих пор Хармса считают детским писателем.) *** Долго выбирал, что может наиболее ярко представить творчество поэта. Остановился на нескольких стихотворениях разных периодов.
* По вторникам над мостовой Воздушный шар летал пустой. Он тихо в воздухе парил; В нем кто-то трубочку курил. Смотрел на площади, сады, Смотрел спокойно до среды, А в среду лампу потушив, Он говорил: «Ну, город жив».
Удивительная кошка Несчастная кошка порезала лапу, Сидит и ни шагу не может ступить. Скорей, чтобы вылечить кошкину лапу, Воздушные шарики надо купить!
И сразу столпился народ на дороге, Шумит, и кричит, и на кошку глядит. А кошка отчасти идет по дороге, Отчасти по воздуху плавно летит!
Иван Топорышкин Иван Топорышкин пошёл на охоту, С ним пудель пошёл, перепрыгнув забор. Иван, как бревно, провалился в болото, А пудель в реке утонул, как топор.
Иван Топорышкин пошёл на охоту, С ним пудель вприпрыжку пошёл, как топор. Иван повалился бревном на болото, А пудель в реке перепрыгнул забор.
Иван Топорышкин пошёл на охоту, С ним пудель в реке провалился в забор. Иван, как бревно, перепрыгнул болото, А пудель вприпрыжку попал на топор.
(«Ивана Топорышкина» актуализировал Дмитрий Быков в своем проекте «Гражданин поэт». Что бы сказал Хармс по поводу попытки Ивана Охлобыстина выдвинуть свою кандидатуру в Президенты РФ, очень образно представляет заслуженный артист России Михаил Ефремов). *** Остальное – в Цитатнике. А в разделе «Истории» выложен пост «Хармс в мультипликации».
P.S. Рецензии на творчество других поэтов – Саша Черный, Артюр Рембо, Поль Элюар, Иосиф Бродский.
53 понравилось
