КАК НЕ ПОЛУЧАЕТСЯ ПОЙМАТЬ И УБИТЬ [2019]
Почему так трудно говорить о том, что известно очень и очень многим? Потому что страшно или просто потому, что никто не хочет говорить? В каждой истории о сексуальных домогательствах – когда большой начальник заставляет подчинённых заниматься сексом – велика доля «не хочет говорить». Кому-то стыдно, что не стала сопротивляться, кто-то чувствует вину, что открыла дверь в номер, кто-то переживает, как бы репутация жертвы не испортила карьеру. До #metoo это было понятно плохо, но с тех пор стало понятнее – отношения, начавшиеся с изнасилования, не говорят о том, что насилия не было, неформальная власть может быть сильнее формальной, а нежелание жаловаться – не признак вины. Книга Ронана Фэрроу “Поймать и убить” дополняет эту картину тем, что, казалось очевидным и раньше, но, по ходу #metoo как-то отошло на второй план. Молчание жертв может быть связано с ресурсами, которые направлены на то, чтобы заткнуть им рот.
Ронан Фэрроу – это журналист, который разоблачил Харви Вайнштейна, легендарного голливудского продюсера, основателя Miramax. Разные издания пытались написать об этом на протяжении десятилетий, но он первым сумел разыскать несколько – в итоге полтора десятка – смелых женщин, которые рассказали, подтвердив документами и аудиозаписями, о домогательствах и насилии со стороны Вайнштейна. После его статьи в New Yorker в 2017 году и, одновременно, независимого расследования в New York Times, о приставаниях Вайнштейна рассказали десятки женщин, включая мировых звёзд. Защитив всех женщин, приходящих в кино – им теперь определенно не грозят домогательства и насилие со стороны Вайнштейна, и чуточку меньше – со стороны других негодяев.
«Поймать и убить» не о Вайнштейне – она о том, как Фэрроу работал над своим репортажем и как «империя Вайнштейна» пыталась это репортаж сначала поймать, а потом убить. Как сотрудники крупнейших мировых детективных агентств Kroll, Black Cube и других следили за жертвами, которых Вайнштейн подозревал в том, что они могут заговорить, и за журналистами, которые пытались что-то расследовать. Многие жертвы подписали, после домогательств или изнасилований, обязательства, за компенсацию, не рассказывать об этом опыте, и несколько юридических фирм следило за выполнением этих обязательств. Как юристы угрожали всем, кому возможно – редакторам, владельцам медифирм, журналистам, продюсерам – исками. Но, главное, какую огромную власть даёт влияние и деньги через сети знакомств – именно так Вайнштейну удалось поймать и убить репортаж в NBC, на который работал Фэрроу.
Читать неприятно, когда речь идёт о жертвах, которые говорят под запись или показывают документы с трудом, только когда понимают, что они не одиноки. И героически говорят. Чтение захватывает, когда Фэрроу рассказывает про работу Black Cube, агентства, созданного отставными сотрудниками Моссада и использующее в работе все методы – то ли из опыта этого самого Моссада, то ли из Джеймса Бонда. Интересно, что и среди оперативников частных сыскных агентств есть люди, которые ставят честь выше бизнеса – второй блокбастерный репортаж Фэрроу, как раз о работе Black Cube, построен целиком на внутренних документах, присланных ему анонимом. (Фэрроу независимо подтвердил каждый документ.) И на показаниях частного сыщика, выходца из России, который обиделся, когда его детективное бюро использовали втёмную.
Что мне ещё понравилось – что Фэрроу не встаёт ни в какую позу, подчеркивая мерзость Вайнштейна. Он её не подчеркивает. Фэрроу сводит счёты с руководством NBC, «убившим», по просьбе Вайнштейна, его репортаж, когда стало ясно, какие вещи в нём содержатся, и врущим, до сих пор, о том, почему «убили». Но делает это спокойно, с записями и емейлами в руках. Нисколько не скрывает, как ему помогала его принадлежность к пенкам элиты – Ронан – сын Миа Фэрроу и Вуди Аллена (в их конфликте, о котором он пишет совсем кратко, он на стороне матери и сестры). Спокойно обсуждает, как это пытались использовать, чтобы его дискриминировать. Постоянно упоминает своего партнёра и его поддержку, но не делает себя-человека центром повествования. Ронан-журналист, да, в самом пекле событий. И его квест – не во имя заговоривших женщин, а во славу профессиональной журналистики.
