С Пиратом-то все понятно. Как и хозяин, хотел исправить, да не смог.
И все же мне показалось странным, что Лоскатухин, по словам деревенских, сильно переживавший смерть жены, однако же не счел ее достойной упоминания в своем дневнике.
Хотя, может быть, о ней была написанная будто мимоходом скупая строчка: «Прости, Настасья. Мог, да не уберег». Ни к селу ни к городу. Вроде и не по смыслу. Жаль, я не спросила, как звали покойную супругу.
В любом случае негусто. Возможно, Лоскатухин чувствовал свою вину перед женой. Но, как это свойственно местным жителям (с чем я лично столкнулась), предпочел забыть, будто ничего не было.